Возвращение - Геннадий Владимирович Ищенко

время за государственный счёт. Да, совсем забыл. Сегодня звонил Сааков. Не забыла такого? Приняли у него весь фильм без правок, так что в нём остались два защитника прав малолетних зрителей и ты сможешь на себя полюбоваться. И бывший наш класс посмотрит. Жаль, что у меня не будет ничьих адресов, кроме Сергея. Хотя вру! Я же переписывался в той жизни с Ленкой, и помню её адрес в Уфе. Можешь послать ей поздравительную открытку к Новому году. Только делай это пораньше: кто его знает, сколько времени проверяют нашу почту.

На следующий день я поговорил с Беловой, а куратор выделил охрану в кинотеатр. Через два дня мы съездили в цирк, а ещё через день попали в Большой театр на «Лебединое озеро». Я с удовольствием посмотрел балет, а подруга получила столько впечатлений, что пришлось на день отставить наши собственные репетиции.

– Жаль, что я не умею так танцевать! – сказала она мне, уже отойдя от балета. – Такому можно посвятить жизнь!

– Жизнь можно посвятить чему угодно, – возразил я. – Музыке, например, или пению. Так танцевать могут единицы, да и не пустил бы я тебя в балет. Очень мне нужно, чтобы там тебя лапали мускулистые балеруны. Я скоро сам этим займусь.

– Могли бы уже… – шепнула она. – Осталось меньше двух месяцев. Поговорил бы с отцом, он поймёт.

– Были бы мы совершеннолетние, я вообще ни с кем не стал бы разговаривать. Они и так переступили через себя, а ты хочешь, чтобы я на них давил. Потерпим. Там ещё месяц испытательного срока, но я думаю, что для нас его уберут.

На следующий день приехал Келдыш. Я познакомил его с мамой и увёл в свою комнату.

– У меня только один вопрос, – сказал он. – Точнее, вопросов несколько, но по одной теме. И ещё хотел спросить. Мне сказали, что ты пишешь комментарии к своим спискам. Не мог бы заодно осветить несколько вопросов, которыми мы начнём заниматься в самом ближайшем будущем? Темы интересные и перспективные, но уж больно кратко описаны.

– Передайте вопросы с Беловой, и, если мне будет что добавить, напишу. Я всё-таки не энциклопедия, читал только то, что изучали или меня интересовало, и не всё помню дословно. – Я взял бумагу и прочитал, что написали учёные. – Здесь у вас три вопроса. По первому могу дополнить много, по третьему – только уточнить отдельные детали. А вот второй… Кое-что вспоминаю, но не уверен, что это именно та технология. Я интересовался жидкими кристаллами, но не на таком уровне. Давайте напишу всё, что знаю, со знаком вопроса, а уж вы сами решайте, подойдёт вам написанное или нет.

Довольный Келдыш подождал, пока я напишу ответы, и уехал, а ко мне пришла Люся, и мы начали репетицию. Песни чередовали с репризами. Я вспомнил рассказ о типе, который хотел спереть кирпичи из служащей противовесом бочки. В моё время его рассказывал Задорнов, и я где-то читал, что подобное случилось в Штатах, и об этом даже была публикация в одной из американских газет. Оттуда, наверное, и содрали. Ничего, американцы не обидятся за плагиат. А вот с Люсей ничего не получилось: она или мямлила, или начинала смеяться сама.

– Юмористическая проза не для тебя, – сказал я. – Жаль, что не умеешь играть на гитаре, а то у меня есть классная вещь. Её пели под гитару. Это романс Книгиной. Не слышала? У Чехова есть рассказ «Из воспоминаний идеалиста». По нему сняли фильм, в котором эта песня и прозвучала. Это романс, с помощью которого хозяйка дачи охмуряла своего постояльца. Подожди, сейчас подберу мелодию.

Благодаря частой практике я уже научился подбирать мелодии влёт. Конечно, потом их приходилось шлифовать.

– Слушай. В юности матушка мне говорила, что для любви своё сердце открыла. Нынче другие пришли времена, бедная, как заблуждалась она! Ах нынче женихи твердят лишь о богатстве, костры былой любви навеки в них погасли, и лишь один из них – сам ангел во плоти, но где его найти, но где его найти? А у меня душа…

– Здорово! – оценила она. – Этот романс можно спеть и под рояль. В нём нет ничего такого, чтобы нельзя было петь. Сошлёмся на Чехова, вряд ли многие его читали. О чём этот рассказ?

Я рассказал историю незадачливого дачника, вызвав смех подруги.

– Нормально, учим! – сказала она. – Кто читал, тот поймёт, а остальные будут слушать как шуточный романс. А рассказы и анекдоты оставим тебе.

Пятнадцатого декабря после борьбы меня отвезли в один из тиров Комитета.

– Стандартные модели не подойдут, – сказал инструктор. – Не потому что не удержишь или не сможешь стрелять, поставлена задача подобрать что-нибудь малозаметное.

– Пистолет Коровина? – спросил я. – Толку от него! Мне уже давали тысяча девятьсот шестой Браунинг. Хорошо, что не пригодился, а то только рассердил бы противника.

– И как стрелял? – поинтересовался тренер.

– Из Коровина не стрелял, а из Браунинга результат был выше среднего.

– Карманный пистолет не игрушка, – сказал тренер, – особенно для человека, который хорошо стреляет. Не хочешь? Хорошо, попробуем «Вальтер ППК». Он немного тяжелей и больше карманных моделей, но это настоящее боевое оружие. Изготавливался под разные калибры, тебе подойдёт семь и шестьдесят пять сотых. Подожди, сейчас принесу.

Пистолет понравился красотой и небольшим весом. Я не стал выпендриваться и показывать свой профессионализм, а выслушал инструкции и повторил манипуляции тренера с разряженным пистолетом. Потом его зарядил и расстрелял семь патронов, выбив шестьдесят два очка. Вторая попытка увеличила результат ещё на два.

– Не чемпион, но уже близко, – сказал удивлённый тренер. – У нас никто не выбивает из него больше шестидесяти шести. Сейчас покажу, как делать разборку и осуществлять уход. Завтра в это же время здесь будет комиссия, которая должна подтвердить твою готовность к ношению оружия. Потом оформят документы и подготовят ствол. Перед получением нужно выучить несколько инструкций и сдать зачёт.

– Скоро буду вооружён и очень опасен, – сказал я Люсе. – Дадут настоящее оружие.

– Будешь носить?

– Только в тех случаях, когда не будет охраны, а так пусть лежит в сейфе. Люсь, сегодня печальный день.

– А что случилось? – всполошилась она.

– Умер один из тех американцев, ради которых этой нации можно кое-что простить. Знаешь Уолта Диснея?

– Кажется, что-то знакомое. Слышала или читала, но не помню где.

– Это великий человек. Именно он сделал мультипликацию такой, какая она сейчас, и заложил основы той, которая будет в моё время. Вы-то не видели ничего из его работ, разве что «Три поросёнка». Могли ещё смотреть «Бэмби», но я не помню, чтобы