Второй кубанский поход и освобождение Северного Кавказа. Том 6 - Сергей Владимирович Волков

Со мной ехал в Екатеринодар тяжело раненный командующий Запорожским полком, есаул Павличенко. Во время одной из конных атак он с двумя сотнями своего полка врезался в отходившую колонну чеченцев и в происшедшей схватке получил несколько пулевых и шашечных ран, причем обе руки его были прострелены. Но он оставался верхом и продолжал командовать своими запорожцами.

По пути в Екатеринодар наш поезд обогнал поезд генерала Врангеля. Он сам только что вынес сыпной тиф в очень острой форме и, против ожидания врачей, после двух недель беспамятства, благодаря уходу баронессы Врангель, был положительно вырван из смертельной опасности. Он был еще очень слаб и направлялся на отдых в Сочи. Он пожелал есаулу Павличенко и мне скорейшего выздоровления, чтобы успеть ко времени переброски моей дивизии из-под Грозного стать во главе наших частей.

В Екатеринодаре я попал в госпиталь, в котором работал хирург профессор И.П. Алексинский[243]. Узнав о моем прибытии в госпиталь, он немедленно провел меня в рентгеновский кабинет и, осмотрев мою ногу, сказал, что не считает нужным меня оперировать, так как те осколки костей, которые находятся в области раны, или сами выйдут, или со временем рассосутся. Через некоторое время я получил из Сочи письмо от генерала Врангеля, в котором он приглашал меня скорее вернуться к дивизии, которую предполагалось перебросить на великокняжеское направление.

МАРКОВЦЫ ПОД АРМАВИРОМ И В СТАВРОПОЛЬЕ[244]

Армавирские бои

Город Армавир вошел в историю всех основных полков и дивизий Добровольческой армии по сильным боям, которым им пришлось вести в его районе. Силы красных здесь, увеличившиеся в начале августа отошедшей от Екатеринодара Сорокинской армией, в начале сентября и Таманской, достигали численности 50 тысяч бойцов при 65 орудиях и бронепоезде. Против них стояли: сначала только 2-я пех. дивизия и партиз. отряд, переименованный в дивизию, генерала Шкуро; потом подошли от Екатеринодара – 3-я пех. и кон. дивизии; а затем, по очищении Майкопского района, Кубанская, генерала Покровского.

Но недостаток пехоты в Добровольческой армии потребовал отправки 2-й пехотной дивизии к городу Ставрополю, где собралась другая армия красных, силою в 40 тысяч бойцов при 60 орудиях. Оставшаяся у Армавира 3-я пех. дивизия, под натиском огромных сил противника, вынуждена была оставить город и отойти не на север, а на восток от него. Направление на станцию Кавказская, на пути сообщения между Екатеринодаром и Ставрополем, для противника оказалось открытым.

Это потребовало срочной отправки на фронт последнего резерва Добровольческой армии – Офицерского генерала Маркова полка, и то только в составе свободных двух батальонов.

* * *

11 сентября, как и в предыдущие дни, марковцы спокойно занимались своими делами. Вечером получившие отпуск отправились в городской театр на концерт. Зал был полон. На сцене сменялись артисты, певцы… И вдруг вместо очередного артиста вышел адъютант полка и, при водворившейся абсолютной тишине, объявил:

– Господам офицерам и чинам 1-го Офицерского генерала Маркова полка и 1-го артдивизиона приказано немедленно явиться в свои части, которые выступают на фронт.

Концерт был прерван, пока марковцы не распрощались со своими знакомыми и не покинули зал.

12 сентября утром 2-й и 3-й батальоны полка, все команды, штаб и взвод артиллерии начали погрузку в два железнодорожных состава, и во второй половине дня оба эшелона, провожаемые генералом Деникиным, тронулись на ст. Кавказская и далее в армавирском направлении.

13 сентября с рассветом эшелоны прибыли на ст. Отрада Кубанская, в 18 верстах к северу от Армавира, выгрузились и немедленно выступили вдоль железной дороги к Армавиру.

Всем ясно – предстоит атака города. Путь шел по легкому скату местности, почти сплошь покрытой кукурузными грядами, перемежающимися со стерней сжатого хлеба. Вдали, на подъеме, смутно обрисовывались купы деревьев и контуры домов Армавира.

Противник ничем не обнаруживал своего присутствия. Пройдя 6—7 верст, батальоны развернулись в боевой порядок: 3-й – влево от железной дороги, имея одну роту в резерве; 2-й – вправо, имея одну роту уступом за правым флангом и другую в резерве там же. Такое построение 2-го батальона вызвано тем, что ему предстояло наступать, имея вправо широкую и глубокую лощину, которая хранила в себе всякие неожиданности. За лощиной – конная сотня.

После полудня батальоны двинулись вперед. 3—4 версты были пройдены спокойно. Но вот раздались встречные выстрелы с короткой дистанции. Цепи ускорили шаг; местами рванулись бегом. Незначительные группы красных убегали назад и скрывались в кукурузе.

Пройдено еще с версту. И вдруг с расстояния около ста шагов поток огня встречает марковцев. Противник сидел в окопчиках, укрытых в грядах кукурузы. Его пулеметы на тачанках, замаскированных порослью, клокотали очередями. Жуток был вой и свист пуль, щелкающих по листьям и стеблям кукурузы, сбивающих их… Короткий момент невольной задержки и… в атаку! Противник, уже в значительных силах, не везде принял удар…

На ходу приводясь в порядок, марковцы быстро шли вперед. И только теперь, наконец, открыла по ним огонь артиллерия противника и выехавший со станции его бронепоезд. Жуткие были разрывы снарядов, довольно метко ложащиеся, подымающие в воздух столбы земли, пыли, стебли кукурузы. Но подошли бронепоезда – «Единая Россия» и «Офицер» – и отвлекли внимание красных от пех. цепей; они и открывший огонь артвзвод заставили их бронепоезд укрыться на станции, а огонь их батарей привлечь на себя. Пехота красных снова скрылась в кукурузе. Ружейный огонь стихал перед фронтом марковцев, но он в это время клокотал за их правым флангом: красные из лощины атаковали шедшую уступом 8-ю роту. Рота не смогла сдержать их и стала отходить. Вступила в бой резервная, 5-я рота. С трудом они остановили красных, но не отбросили.

Атака красных из лощины не ограничилась только атакой на 8-ю роту: они атаковали и шедшую на правом фланге передовой цепи, выдвинувшуюся значительно вперед 7-ю роту. Рота должна была остановить наступление и, загнув свой фланг, отбиваться направо. Это был момент, когда 3-й батальон был уже почти у кладбища на окраине города, а 2-й батальон должен был атаковать последнюю перед городом, в версте от него, позицию противника, но, обстреливаемый во фланг, залег.

Перешли в наступление против него красные, и батальон стал быстро отходить, охватываемый справа. Преследование противником, однако, скоро было остановлено резервной ротой 3-го батальона.

Батальонам приказано отойти в исходное положение.

Наступила ночь.

7-я и 9-я роты – в резерве по обе стороны железной дороги, у будки, в которой штаб полка. Развели небольшие костры, т. к. было очень свежо.