Музыка Макса (трилогия) (СИ) - Дюран Хельга

— Ты хотел сказать «притон»?

— Пфф… Да похуй, называй, как хочешь. — Макс лениво потянулся, и, откинув одеяло, поднялся с кровати. Он подошёл к шкафу, не обращая на меня никакого внимания. Абсолютно нагой, он открыл шкаф с очень аккуратно сложенной одеждой и неторопливо начал одеваться. — Ну, и что на этот раз? Ты же грозилась уехать?

Я с откровенным интересом рассматривала Макса. Грация хищника и гордая осанка все еще были при нем. Его тело было в хорошей физической форме, рельефным, плотным, без намёка на жир, только худощавее, чем прежде. На спине татуировка с драконом, которую я прежде не видела.

— Я пришла попрощаться. Я действительно улетаю во Францию, — рассеянно ответила я, засмотревшись на очень красивое мужское тело.

— Не пизди! — не глядя на меня, с усмешкой буркнул Макс.

— Вот мой билет! — громко сказала я, достав из кармана джинсов самый настоящий билет на самолет, и небрежно бросила его на тумбочку.

Макс ничего не сказал в ответ. Я поставила подушку Макса повыше, и, улегшись на его место, тоже отхлебнула коньяк из бутылки. Постель пахла Максом. Я едва сдерживалась, чтобы не зарыться лицом в подушку, чтобы понюхать.

— Я надеюсь ты ненадолго? — спросил Макс, кивнув головой на коньяк. — В прошлый раз мы прощались два дня.

— Признай, что было классно? — мечтательно ухмыльнулась я.

— Может быть ты тогда приготовишь своему бывшему муженьку что-нибудь вкусненькое? Раз уж приехала?

— Первому, — поправила я Макса. — Первому муженьку. Ну, это как ты попросишь… — игриво сказала я.

Макс закончил одеваться, отдав предпочтение белой майке и спортивным шортам — его обычная домашняя одежда. Он закрыл шкаф и присел рядом со мной на кровать. Обжег меня своими синими огромными глазами, забрал бутылку и, сделав глоток, вернул её на тумбочку.

Затем уперся рукой в спинку кровати, чуть выше моего плеча, вплотную нависая надо мной. Я вся вжалась в подушку, почувствовав снова его запах, и шумно втянула его носом, отчего мои ноздри затрепетали. Мне нестерпимо захотелось прикоснуться к нему, проверить на ощупь его мускулистые плечи и запустить в волосы пальцы. Макс был всё также волнителен и опасен. Мне было любопытно, волную ли я его.

— Мне кажется, я уже попросил, — томным с хрипотцой голосом произнес он, в упор разглядывая моё лицо. Макс облизнулся, и я нервно заёрзала под ним. Его близость меня возбуждала. — Или просьбы мало, и ты хочешь что-то ещё? Что ты хочешь, малыш?

Я нервно сглотнула и тоже облизнула губы, прислушиваясь к своим ощущениям. Моё тело, предательски остро реагировавшее на Макса, хорошо помнило, что значит принадлежать ему. Интересно, его губы такие же терпкие на вкус, как и прежде? Макс продолжал выжидающе на меня смотреть.

— Я бы не отказалась от поцелуя, — с вызовом призналась я. — Поцелуешь?

Макс хитро и самодовольно ухмыльнулся, но всё же выполнил моё желание, касаясь моих губ своими губами. Я обвила его шею руками, с удовольствием выгнувшись Максу навстречу. Ощущения были настолько острыми, как будто мы и не расставались, но Макс быстро оторвался от моих губ, и я нехотя открыла глаза, всматриваясь в его потемневшую синеву. Мне было мало. Я хотела большего, чем поцелуй. Я протянула руки и начала задирать майку Макса вверх, но он не дал мне этого сделать. Мужчина тут же встал с кровати, поправляя на себе одежду.

— Даже не думай! — предупреждающе погрозив мне пальцем, воскликнул он, видя мой раздосадованный вид. — В моих планах на сегодня, секс с тобой не предусмотрен. Я не куплюсь на твои душевные речи и сладкую попку, хотя я уверен, секс получился бы просто невероятным. — Макс посмотрел на мою тяжело вздымавшуюся грудь. — Господи, в тебе, как и раньше, столько страсти и желания, что эти волны накрывают и меня, поэтому соблюдай дистанцию, детка, и не пытайся меня соблазнить.

— Пф… — фыркнула я, тоже поднимаясь с кровати. — Очень надо…

Я прошла мимо Макса, слыша его негромкий смех за спиной. Он ещё и издевается! Остановившись в коридоре, я склонилась над покупками.

— Может, поможешь? — обратилась я к Максу, проходившему по коридору с бутылкой в руках.

— У меня заняты руки! — бросил он, даже не остановившись.

Козел! Я взяла пакеты и, притащив их на кухню, буквально швырнула на стол. Макс не смог сдержать ироничной улыбки.

— Ты какая-то нервная, — лениво отметил Макс. — Давно не было секса?

— Ты удивишься, но секс — не главное в жизни! — ответила я, нервно стягивая с себя кобуру. Я повесила её на спинку стула и принялась разбирать пакеты.

— Да ладно? С твоим-то темпераментом? — Я ничего не ответила. Макс поставил бутылку на подоконник, открыл окно и закурил. В кухню ворвался свежий майский воздух, наполненный шумом улицы и запахом молодой листвы. — Ну, и что же, по-твоему, главное?

Философские темы с утра о смысле жизни под влиянием алкоголя? Как же я соскучилась по этому бреду! Я подошла к Максу, без разрешения «стрельнула» у него сигарету и сделала еще глоток коньяка.

— Главное то, что ты оставишь после себя, после своей смерти, — сказала я. Макс поднес к моему лицу зажигалку и дал мне прикурить. — Дети, например…

— О! Это кто тут заговорил о детях? — хмыкнул Макс. — Признай, всё в нашей жизни завязано на еблю! Всё, что мы делаем, мы делаем для того, чтобы в итоге с кем-нибудь переспать. Даже, чтобы сделать детей нужно потрахаться. А ты? Разве ты приперлась ко мне не за этим?

— Ты рассуждаешь, как животное, — сказала я, выдыхая дым. Меня уже «торкнуло» от коньяка, от первой сигаретки за столько лет, закружилась голова.

— Я рассуждаю, как мужик, который любит это делать, — поправил меня Макс. — А ты разве нет?

— Не настолько, чтобы ебать проституток.

— Их тоже должен кто-то ебать, иначе им нечего будет есть.

— Божечки, сколько благородства! Да ты просто меценат какой-то!

— Я понял, в чём дело! — воскликнул Макс. — Тебя заело, что я трахаю проституток, а не тебя! Ждала, что я наброшусь на тебя, едва переступишь порог? — Макс заржал, раздражая меня еще больше. — Голодная девочка?

— Ещё чего!

— Ну, тогда тебя не очень расстроит, если ко мне через часок заглянет гостья?

— Что? — возмущенно пискнула я. — Ты снова вызвал Кэт?

— Нет не Кэт… Она пропала бесследно.

— Делай, что хочешь, — зло отмахнулась я, принявшись за готовку.

Макс сел за стол. Вальяжно откинувшись на стуле, он внимательно наблюдал за тем, что я делаю. В моём меню был рассольник, мясо в фольге и овощной салат на гарнир. Меня не смущал его пристальный взгляд, а вот молчание было в тягость.

— Макс, зачем ты поругался с матерью? — спросила я, чтобы хоть о чем-то с ним поговорить.

— Я не ругался.

— Ты с ней не общаешься — это одно и то же.

— Ей прекрасно живётся и без моего общения.

— Ты, что ревнуешь её к своему отцу?

Макс фыркнул при упоминании слова «отец», и взъерошил волосы, ничего не ответив.

— Ма-а-акс, — окликнула я его. — Ты мне не ответил.

— Какой на хуй отец? — презрительно поморщился Макс. — Где он был 34 года, блядь?

— Он даже не знал, что ты существуешь! — выступила я в защиту Томаса.

— Ага, жил в своё удовольствие, пока не стал старым пердуном, а теперь, когда уже никто не даёт, приехал на всё готовенькое к мамочке под бочёк, чтобы та ему стакан воды подала.

— Макс, ты преувеличиваешь. Мне кажется, они очень друг друга любят. А ты бы не хотел, чтобы тебе в старости подали стакан воды? И ты уверен, что знаешь обо всех своих детях? — В своём споре я зашла на опасную территорию, рискуя проболтаться о существовании Вари раньше времени. — У тебя была просто тьма связей.

— Во-первых, я бы предпочёл стаканчик виски, — сказал Макс, демонстративно отхлёбывая из бутылки. — Во-вторых, конечно же, мне известно, что нет у меня никаких детей. А если бы были, то поверь, я уж точно знал бы об этом, и более того, я бы занимался их воспитанием. Напомнить, причину моей женитьбы на Еве?