Реквием по империи - Диана Удовиченко

Неутомимость носферату и выносливость шеймидов не подвели: через двое суток пути андастанцы нагнали обоз. Длинная вереница подвод и карет медленно тянулась по узкой дороге, проходившей через густой ельник. Позади повозок двигались колонны пеших. Султану были хорошо видны сидящие на телегах женщины и дети, согбенные старики и старухи, уныло плетущиеся пешком по пыльному тракту мужчины. Воины, сопровождавшие обоз, ехали верхом на расстоянии десяти шагов друг от друга. Ирияс не ошибся: виндорцы покидали насиженное место.

Приказав войску остановиться, султан кивнул одному из шеймидов. Тот произнес заклинание, и его голос, многократно усиленный магией, загремел над лесом:

– Галатцы, сдавайтесь великому Солнцеподобному султану Ириясу, и мы пощадим вас!

Беженцы продолжали двигаться так, словно ничего не произошло. Шеймид предпринял еще одну попытку:

– Ваша императрица у нас в плену! Сдайтесь, и мы не причиним ей зла!

Никакой реакции не последовало. Люди как будто все в одночасье оглохли и не слышали призывов воина.

Один взмах смуглой руки – и к галатцам устремились отряды носферату. Шеймиды отдали нежити приказ разделаться только с воинами, а остальных людей просто окружить. Предвкушая настоящий пир поглощения, андастанцы нетерпеливо наблюдали за тем, как волна зомби стремительно накатывается на повозки.

Но когда до путников оставался какой-то фихт, в облике беженцев, будто по волшебству, произошли разительные перемены. Обоз, наконец, остановился, и люди, колонной тянувшиеся позади телег, повернулись лицом к носферату, выпрастывая из дорожных мешков арбалеты и мечи. Остальные разворачивали повозки поперек тракта, преграждая зомби путь вперед. На телеги вскакивали лучники и арбалетчики, целясь во врага сверху. Женщины-магессы отбрасывали тряпичные кульки, изображавшие грудных детей, и выпрямлялись на повозках во весь рост, сплетая огненные заклятия. Старики чудесным образом разгибали спины, превращаясь в молодых воинов.

В носферату полетел град арбалетных болтов и стрел. Вонзаясь в мертвую плоть, они вспыхивали колдовским пламенем, стремительно распространявшимся по телу тварей, испепеляюшим их тела за считаные секунды. Волшебницы швыряли в зомби огненные шары, каждый раз попадая точно в голову. Тех носферату, которых не достала волшба, солдаты принимали на клинки. Ирияс вынужден был признать, что на пути его войска встали хорошие мечники: люди смело врубались в толпу не-мертвых, и снесенные их ударами головы уродливыми мячами катились по дороге, орошая пыльную землю черной слизью.

Наблюдая за избиением носферату, султан ощутил настоящую ярость. Эти нелепые людишки считают, что устроили ему ловушку? Ему, Солнцеподобному, непобедимому, захватившему полконтинента? Он кивнул, и на врага ринулись новые отряды зомби. Только теперь впереди скакали четверо шеймидов.

– Лля-эрриа Исдис! – тоскливо прокатилось над лесом.

Сразу с десяток телег, поднятых невидимым ударом огромной силы, взлетели в воздух, вспыхнули и рухнули на головы людей, погребая их в своем пылающем чреве. Некроманты обрушили на галатцев потоки смертоносной волшбы.

Казалось, галатцам пришел конец. Но вдруг чары шеймидов натолкнулись на мощный щит и рассеялись, не причинив вреда. Ряды воинов расступились, и вперед выступили люди, облик которых показался Ириясу странным и смутно знакомым. Их было пятеро – трое юношей и две девушки. Высокие, хрупкие, с белыми, сверкающими, словно серебряные нити, волосами, они стояли перед некромантами. Султан никогда не видел эльфов – первозданный народ не появлялся в Андастане, – но узнал их по описанию и рисункам из книг. Даже ему, свято верившему в избранность своего народа, эльфы показались совершенными существами. На мгновение Ирияс невольно залюбовался их утонченной красотой и изяществом движений. "Но откуда? – подумал он, сбрасывая с себя очарование, словно морок. – Откуда они здесь? Ведь Аллирил погиб…"

Тем временем одна из эльфиек растянула над обозом магический щит, а остальные четверо первозданных подняли руки, готовясь к сражению. Но они почему-то мешкали, и некроманты решили воспользоваться заминкой, отправив в противников самые мощные чары, на которые только были способны. Эльфы отразили атаку странным, необычным способом. Они выставили перед собой ладони, с которых полилось ослепительно-белое свечение. Под действием этой волшбы заклятия некромантов сделались видимыми, приобретя образ черных потоков. Две реки – черная и белая – сталкивались, образуя в воздухе пульсирующий шар. Озадаченные этой волшбой, некроманты сотворили и швырнули в первозданных новые заклятия. И снова повторилось то же самое: черные и белые полосы, переплетающиеся между собой, сливающиеся в ком, бьющийся над головами сражающихся, словно вырванное из груди сердце.

Пока шеймиды были заняты магическим поединком, люди бросились на носферату. Вокруг кипело сражение, летели отрубленные головы, падали убитые галатцы… А некроманты с эльфами все продолжали стоять друг напротив друга: одни атаковали, другие отражали атаки, даже не пытаясь перейти в наступление.

Вдруг одна из шеймидов, прекрасная Надия, слабо застонав, уронила руки и обессиленно опустилась на землю. И тут же на ее голову обрушилась ледяная стрела, отправленная очаровательной белокурой эльфийкой. Волшба раскроила череп Надии, развалила тело до пояса чуть ли не пополам. А первозданная, сотворив новое заклятие, направила его на другого шеймида. Воздушный удар невероятной силы отшвырнул некроманта к деревьям и приложил о ствол толстой старой ели. Воин сполз наземь. Пушистые еловые лапы, ожив, потянулись к юноше, будто жадные руки, обхватили шею, обвились вокруг нее, потянули вверх… Вскоре труп удушенного некроманта висельником закачался на макушке дерева.

"Магия жизни, – понял Ирияс. – Противоположность магии смерти. А противоположности притягиваются. Вот почему заклятия сливаются друг с другом. И вот почему первозданные не торопились нападать! Они просто вытягивали из шеймидов энергию, а потом, когда те обессиливали, легко добивали их. Скорее всего, при этом эльфы становились еще сильнее, преобразовывая и присваивая энергию некромантов.

Он хотел приказать воинам прекратить нападение, но не успел: они упали замертво, а первозданные присоединились к людям, сражавшимся с носферату. Их магия уничтожала зомби целыми десятками. Корни, выскакивавшие прямо из дороги, опутывали ноги не-мертвых, валили их наземь и, обвившись вокруг шеи, отрывали головы. Ветви деревьев, неестественно удлинившись, тянулись к носферату и утаскивали их в лес, выбрасывая назад разорванными в клочки.