Война, прошедшая сквозь миры - BlackRaven

 — Никогда ничего подобного прежде не видел, — пожал плечами тот. — Но одно могу сказать точно. Если такое происходит повсеместно, приземляться нам нельзя. Будем держаться в воздухе, пока наши что-нибудь не придумают или, в худшем случае, пока не израсходуем чакру.

"И все-таки чакра божества в руках человека — опасная вещь!" — подумал Наруто. Он несся над землей в сторону Древа. К нему тянулись мгновенно вырастающие древесные щупальца, но блондин стрелял в них появляющимися из-за спины черными шарами, в результате чего те переставали существовать.

Узумаки усмехнулся, приземляясь на ноги в нескольких десятках метров от того места, откуда росло Древо.

 — Думало, я испугаюсь подойти настолько близко?! — произнес Наруто, чувствуя, как вокруг него начинает вырастать еще больше деревянных коряг, желающих схватить его.

Древо ничего не ответило, но древесные щупальца, потянувшиеся к блондину сзади, угрожающе затрещали.

 — Я понял, почему ты так сильно ненавидишь людей! — воскликнул Наруто громко. — Ты боишься их. Человек стал настолько силен, что сама природа стала терпеть поражение перед ним.

Щупальца остановились, будто Древо услышало Узумаки.

 — Твоя сила сама по себе огромна. Но в руках человека она еще больше, — продолжил блондин. — Особенно сила, которой овладели мы с Саске. Вот почему ты так боишься потомков Кагуи Ооцуцуки. Они стали могущественнее тебя.

Наруто вздохнул.

 — Знаешь, я могу тебя понять. Я тоже боялся силы, которая была частью меня, но являлась чем-то большим, чем я сам. Единственный способ — это смириться и жить в мирном сосуществовании с этой силой, — пробормотал он.

Он бросил взгляд на божество.

 — Понимаешь, о чем я говорю? Хватит гневаться, остановись! Мы можем начать всё сначала. Ты — символ всего живого, что существует в этом мире. Так зачем же разрушать всё, что было создано с таким трудом?

Древо, естественно, не ответило. Но сейчас Узумаки думал не о том, как глупо он, наверное, выглядит со стороны, беседуя с гигантским деревом, а о том, что всё можно было уладить мирным путем. И ему следовало лишь дождаться знака божества, чтобы окончить всю эту бессмысленную войну.

 — Выбрав Изуну, ты совершило ошибку. Посмотри, как изменила его твоя сила! Пора всё это закончить. Остановись, и никто больше тебя не тронет и не посягнет на твои священные плоды. Клянусь! — крикнул он.

Изуна и Саске, сражавшиеся друг с другом в небе, услышали этот крик и устремили взгляды вниз. 

 — Наруто! Берегись! — вскрикнул Учиха, глядя, что к ничего не подозревающему Узумаки подкрадывается целая армия коряг.

 Узумаки обернулся, и в следующий миг целая лавина дерева во всех его возможных формах существования в этом мире обрушилась на него. В последний миг Узумаки успел вскочить вверх, на самое высокое бревно. Когда блондин обернулся и увидел, что его несет прямо на Древо, с которого начали падать плоды, то вытянул над собой руку.

Блондин закрыл глаза, собирая как можно больше чакры Шинджу. Для этой атаки ему потребовалось взять большую ее часть.

 — Этой рукой... Я дарю этой технике форму! — произнес блондин, когда техника появилась над его ладонью, на которой стояла метка, помогавшая направлять чакру, преобразуя ее во что угодно. Гигантская черная сфера с лезвиями из той же черной материи — такую форму приняла техника, выбирая самый яркий и запоминающийся образ из памяти блондина.

Узумаки поднял вверх вторую руку.

 — А этой рукой я дарую этой технике... жизнь. Все мои чувства и воспоминания, все надежды на спасение и счастливое будущее... От тебя зависит судьба этого мира и всего человечества... — воскликнул Узумаки глядя, как меняется техника.

Часть ее становится белой, часть остается черной. На лезвиях проступают разнообразные печати. Еще один круг печатей вращается между лезвиями. Вокруг дзюцу появляются черные шары, крутящиеся в разные стороны по двум пересекающим друг друга орбитам.

"Наруто... Ты... освоил чакру высвобождения духа и физической энергии?" — подумал Саске, не веря своим глазам. Сейчас в руке блондина было то, что несло в себе частичку света и тьмы, первейших свойств чакры, которыми владел Рикудо Сеннин, более известный как Хагоромо Ооцуцуки.

 — Онмьетон... Ин-Ян Расен Сюрикен! — крикнул Узумаки, метнув технику вперед, целясь прямо в основание ствола Древа.

 — Нет! — воскликнул Изуна, перемещаясь вниз. Силуэт Учихи смазался, и он появился прямо на пути техники, выставляя перед собой руки, чтобы либо впитать ее, либо отбросить назад.

Но ни то, ни другое у Второго Хокаге не получилось, и в следующий миг его разрубило напополам черно-белым лезвием. В тот же миг глаз на лбу Изуны лопнул, и из него начала вытекать черная чакра, уходящая куда-то в небо. К Учихе стал возвращаться естественный облик. Белый плащ исчез, волосы вновь стали черными, а риннеган в глазах потух, превратившись в обычные черные глаза.

Расен Сюрикен пролетел дальше и, достигнув своей цели, взорвался... Гигантская полусфера, переливающаяся черным и белым, в которую обратилась техника после своего расширения, принялась крошить Древо у самого корня. Оглушительный треск, разнесшийся на многие километры во все стороны, и дерево, чья опора была уничтожена, начало падать назад. Ветви его извивались, словно живые руки. А плоды, не успевшие упасть, всасывались обратно и перемещались в виде чакры к месту повреждения, пытаясь нейтрализовать повреждение или превратиться в новые корни. Но было слишком поздно.

Наруто и приземлившийся рядом с ним Саске, закрыли уши от гула, с которым Древо падало и дальнейшего грохота. Когда оно все же рухнуло, то провалилось под землю вместе с гектарами земли, на которые пришелся удар. А две половины Изуны, которые Расен Сюрикен не только разделил, но и отбросил назад, исчезли во мгле следом за божеством.

Узумаки тяжело дышал. Он чувствовал, что не продержится долго. Он не знал, что с ним случится от такого оттока сил, но душу блондина согревало то, что всё кончено.

 — Старик Хагоромо... мог бы гордиться... нами. Ты и я... совершили невозможное... — быстро дыша, прохрипел Узумаки.

Саске немигающим взором глядел в пропасть. Что там было внизу? Земля? Может быть, эта пропасть была не такой уж и глубокой. А может, ядро планеты? Он посмотрел на Наруто.

 — Ты всегда умел удивлять, — выдавил Учиха, попытавшись улыбнуться.

Ноги Наруто подкосились, и от падения его спас лишь посох, выросший в руке, о который парень смог опереться.