Сказочная фантастика - Роджер Желязны

— Главным образом, это моя ошибка, — возразил Джиб. — Это я настаивал, что должен лично вручить Старцам топорик.

— Ничьих ошибок тут нет, — не согласилась Мэри. — Кому могло прийти в голову, что Старцы будут вести себя подобным образом?

— Значит, двинулись, — сказал Хэл. — Интересно, что нам встретится на пути?

Где-то далеко раздался волчий вой и, замерев, они прислушались в ожидании отклика, но его не последовало. Огонь потухал, и Хэл подбросил в костер еще хвороста.

На склоне хрустнула ветка под чьей-то ногой, и все вскочили, отступив от огня.

По склону, загребая ногами землю, спускалась оборванная фигура. На плече ее сидел встопорщенный ворон, а сзади семенила белая собачка.

— Господи! — воскликнул Корнуэлл. — Да это же Сплетник! Мы совсем забыли о нем.

— На это он и рассчитывал, — брезгливо сказал Снивли. — О нем то вспоминаешь, то снова забываешь. Такой уж он есть. То ты его видишь, то нет. И когда он не маячит перед глазами, ты о нем и не помнишь. Ты легко забываешь о нем, потому что ему хочется, чтобы ты о нем не вспоминал. Такой уж у него скользкий характер.

— Черт бы тебя побрал, человече, — рявкнул Джонс, — где ты шлялся? Куда ты пропал?

— Если мой нюх не обманывает меня, — ответил Сплетник, — то тянет добрым жареным мясом. Просто прекрасным мясом. А я страшно голоден…

— Провалиться мне, — сказал Джонс. — Ты вечно страшно голоден.

37

Была уже вторая половина дня, и они почти перевалили через хребет, когда в небе появилось первое пятнышко. Путники остановились, и, пока присматривались к нему, появилось еще несколько.

— Это просто птицы, — сказал Джиб. — Мы слишком нервничаем. Мы уверены — что-то должно произойти, как нас предупреждали Старцы. Вы говорите, что мы почти перевалили через хребет, не так ли, мастер Джонс.

Джонс кивнул.

— Эти пятнышки беспокоят меня, — тревожно заметил Хэл. — Помните, Старцы говорили о Тех, Кто Парит Над Горами.

— Ты перевалил через этот хребет, — сказал Корнуэлл Джонсу, — и ничего с тобой не случилось. Тебе даже ничто не угрожало.

— Но я убежден, — ответил Джонс, — это было лишь потому, что я двигался в правильном направлении. Логично предположить, что цель всех здешних обитателей — защищать университет. На тех, кто покидает эти места, они не обращают внимания.

В небе теперь уже было множество точек, они медленно снижались, описывая круги.

Высокие каменные стены поднимались со Дня ущелья, закрывая солнце. Свет попадал сюда, только когда солнце стояло в зените. Тут и там росли деревья, в основном — кедры; они цеплялись корнями за расщелины скал и упрямо тянулись вверх. Ветер, врывавшийся в ущелье, выл и стонал, ударяясь о его стены.

— Не нравится мне здесь, — сказал Снивли. — Дрожь пробирает прямо до костей.

— И стою я здесь, — посетовал Джонс, — безоружный, если не считать дубины, которую мне пришлось выломать. Будь у меня мое ружье! Если бы этот тупой робот не вырвал у меня из рук ружье…

Тупой робот не обратил на слова Джонса ни малейшего внимания — если, конечно, он в самом деле слышал их. Все его щупальца были втянуты в тело, не считая одного, которое угловатым завитком лежало на груди.

Пятна опускались все ниже, и наконец стало видно, что это огромные птицы с чудовищным размахом крыльев.

— Если бы только у меня был с собой бинокль, я бы разглядел, что они собой представляют, — продолжал Джонс. — Но, конечно же, я не захватил его. Убедил себя, что надо путешествовать налегке. Удивительно, как я вообще что-то взял с собой. Больше всего мне были нужны ружье и мотоцикл, но я лишился и того, и другого.

— Могу сказать тебе, что это за существа, — предложил Хэл.

— У тебя зоркие глаза, друг мой.

— Глаза охотника, — поддержал Джиб.

— Это гарпии, — сказал Хэл.

— Самые омерзительные существа в Зачарованных Землях, — проскрежетал Снивли. — Отвратительнее даже Адских Псов. И они застигли нас на открытом месте.

Сталь лязгнула, когда Корнуэлл выхватил меч.

— Ты уже куда лучше владеешь им, — спокойно сказал Хэл. — Скоро сможешь рассечь и шелковый платок. Если немного попрактикуешься.

Сложив крылья, гарпии стали стремительно пикировать на них, и путешественники увидели их страшные физиономии, напоминающие человеческие черепа, и услышали леденящий душу вой.

Зазвенела тетива Хэла, и одна из гарпий, словно споткнувшись в воздухе, перекувырнулась и, раскинув крылья, шмякнулась о землю. Снова зазвенела тетива, и еще одна гарпия свалилась вниз.

Остальные несколько замедлили свое падение, и Сплетник, прижавшийся к каменной стенке ущелья, вскинул свой посох. Маленькая собачка спряталась между его ног, а ворон, вскрикивая, топтался у него на плече.

— Дайте мне только дотянуться до них, — взмолился Сплетник. — Я переломаю их глупые шеи. Я ненавижу эти гнусные существа. Мне тут нечего делать, но я не могу уйти отсюда. Я преломил хлеб в этом обществе, и не один раз, а дважды, и мой Фидо сдружился с вашим Енотом.

— Ложись, — сказал Мэри Корнуэлл. — И прижмись к земле. Держись за мной.

Снивли и Оливер торопливо набрали камней, сложили их в кучи и встали рядом с ними, зажав в руке каждый по угловатому камню.

Гарпии теперь кружились прямо над их головами, решив, видимо, не бросаться на них, целясь остроконечными клювами, а пустить в ход могучие когтистые лапы.

Корнуэлл взмахнул мечом, и блестящий клинок снес лапы одной, из гарпий. Грузное ее тело, ударившись о землю, подпрыгнуло и закружилось на месте. Огромный клюв раненого чудовища чуть не ухватил Хэла за ногу, когда тот пробегал мимо.

Ведро расположилось недалеко от Сплетника, в воздух взвилось множество щупальцев, они отбрасывали гарпий, ловили их и били о каменную стену.

Джонс, свирепо размахивавший дубиной, сшиб двух страшилищ. Третьей удалось прорваться к нему, и она ухватила его когтистой лапой за руку, метясь другой в лицо. Могучие крылья отчаянно взбивали воздух, стараясь приподнять человека. Хэл, услышав изумленный вскрик Джонса, обернулся и успел пронзить стрелой тело чудовища. Оба, и гарпия и Джонс, рухнули на землю. Джонс стремительно вскочил и раздробил дубинкой череп страшилища. Левая рука его, залитая кровью, висела вдоль тела.

Сплетник, орудуя посохом, успешно отразил нападение, и ворон зашелся триумфальным карканьем. Оливер и Снивли без остановки осыпали нападавших градом камней.

Джиб уложил двух чудовищ топором, пока Корнуэлл, размахивая мечом, разил гарпию за гарпией. Полдюжины раненых бестий с воем бились на каменном днем ущелья. Воздух был полон перьев.