Медные колокола - Ирина Анненкова

- Что мы можем им противопоставить? – напряженно спросил Смеян.

- Нам тоже необходимы магические силы. Очень много.

- Где же мы можем их взять? Быстро и много?

Перенег замялся, и за него ответил Тешен.

- Быстро и много мы сумеем их получить только из стихий. Боюсь, у нас есть только один вариант: ритуал мага и медиума.

- Совместная концентрация! - прошептала потрясенная Квета. – Да, это могучий обряд! Но… кто же из нас сумеет его провести?!

- Насколько я знаю, никто из присутствующих, несмотря на свой огромный опыт, никогда не практиковал магию совместного извлечения энергии стихий, - согласно кивнул старый чародей. – И это создаст некоторые сложности. Но всё когда-то происходит впервые!

- Но среди нас нет подходящей пары! – продолжала настаивать колдунья. – Для успешного проведения ритуала маг и медиум должны быть связаны особыми отношениями!

- Вы правы, Квета, - улыбнулся чародей, - и одновременно не правы. Нам очень повезло: среди нас есть двое, чьи души тянутся друг к другу. И мне кажется, ритуал мага и медиума им по плечу!

- Но я не понимаю, - смущенно пробормотала Квета, - разве они уже…? Или не….? Или да….? И как же тогда…?

И тут все посмотрели на нас с Даром. Я почувствовала, как вспыхнуло моё лицо.

- Они ещё «не», уважаемая Квета, - смешно пошевелил бровями Тешен. – Однако в нашем случае полное отсутствие опыта только пойдет на пользу. Просыпающиеся души могут творить чудеса! Если им удастся открыть потоки стихий, то они, соединив свои чувства и силы, смогут взять оттуда столько, сколько сумеют «унести», не расплескав ни капли.

Рука Дара нашла мои пальцы и сжала их. Жаркая волна ударила меня в сердце. Мы посмотрели друг другу в глаза, и тотчас же исчезло всё - и страх, и слабость, и сомнения, осталась только ошеломляющая нежность…

Подготовка к обряду заняла немало времени. Мудрый Тешен долго рассказывал о том, что нам предстоит; время от времени свои дополнения вносил и Перенег. Все остальные были заняты тем, что готовили место для совершения ритуала. Рыжеволосая Квета не отходила от меня ни на шаг. Степку, попытавшегося было бузить (кошак, ясное дело, решил выразить свой решительный и безусловный протест против участия любимой хозяйки в «этом сомнительном деле»), нейтрализовали – на сей раз заклинанием – и запихали в дорожную сумку, откуда он безмолвно сверкал глазищами.

Мы ждали рассвета.

Когда под плоским облаком, по-хозяйски обосновавшимся на востоке горизонта, вспыхнула первая огненная искра, и до начала обряда осталось совсем немного времени, из лесу рыжим запыхавшимся колобком выкатился Радош. Приняв человеческий облик, он выпил целый котелок воды, крепко обнял и расцеловал меня (Дар угрожающе засопел рядом, чем доставил мне неописуемое удовольствие), а затем рассказал, что личи покинули замок и через спешно организованную кротовину переправляются к границе долины, и вскоре между нами и ними останется лишь во-о-он тот холмик. С десяток драконов готовят к полету – вполне возможно, что они вот-вот и вылетят.

Данара тут же засобиралась. Вместе с нею в соседнюю долину отправился Смеян – дракониха и чародей хотели попытаться освободить и привлечь на нашу сторону тех драконов, которые не желали по своей воле подчиняться Тиамат. В последний момент на спину гигантской рептилии запрыгнул и Радош, отправившийся продолжать свою разведывательно-диверсионную деятельность.

- Пора! – шепнула Квета, увлекая меня в сторону озера. У самой опушки леса я обернулась и нашла глазами Дара. Он стоял рядом со своим учителем – Молодой Медник рядом со Старым Медником – и внимательно смотрел на меня. Я чуть помедлила, затем махнула рукой и решительно зашагала вслед за рыжей колдуньей.

Мне не было страшно. Хотя Тешен честно предупредил нас с Даром о том, что обряд крайне сложен и опасен, что даже очень опытные маги бывает, гибнут, безуспешно пытаясь слиться со стихиями и стать их проводниками в мир людей, я была уверена: всё получится. Наши стремительно разгорающиеся страсть и нежность, наше безграничное доверие друг к другу были тому порукой.

Конечно, роль Дара в предстоящем ритуале была намного сложнее моей: ему предстояло вести обряд и заклинать стихии, призывая их силы. Я же была должна пассивно покориться его воле и принять в себя потоки высвободившихся энергий, а затем направить их на магов, которые будут готовы вложить всю мощь стихий в магический удар по серому замку и личам.

Когда мы подошли к берегу озера, уже почти совсем рассвело. Последняя ночная мгла быстро улепетывала в чащу леса.

- Как хорошо, что закончилась ночь, - негромко сказала Квета. – Утром, когда день юн, - время сил Добра. Странно, что личи не напали на нас ночью, когда творится большинство черномагических заклинаний. Наверное, что-то у них пошло наперекосяк!

- Надеюсь! – улыбнулась я и начала раздеваться. Все амулеты и обереги были загодя сняты и рассованы по карманам.

Последние дни цветень радовал нас теплом, однако вода лесного озера, едва сбросившего с себя лед долгих зимних месяцев, была чугунно-серой и обжигающе студеной. Хвала богам, мне было не привыкать: даже зимой наш водяной по старой дружбе расчищал для меня широченные полыньи. Всё скрипел, проказник: «Девчонки мои спят, так хоть с тобой, плотвой бесхвостой, поплаваю!»

С разбегу нырнув в ледяную воду, я проплыла с полдесятка саженей и вынырнула уже на глубине. Квета на берегу нараспев читала заклинание, полагающееся для ритуала омовения, предваряющего основной обряд. Женщина мужественно старалась не лязгать зубами от холода, глядя на меня. Когда я неторопливо вышла на берег, колдунья немедленно направила на меня струи горячего, как в бане, воздуха.

Все-таки отличная штука – эти бытовые заклинания! Жар, исходящий от Кветиных ладоней, не только согрел меня, но и в считанные мгновения высушил мои волосы.

- Не дай-то боги ещё простудишься, - неловко пробормотала женщина, накрывая мои плечи длинным темным плащом, сотворенным из воздуха простым щелчком ее тонких пальцев. Я благодарно прижалась к ней. Жива останусь – непременно попрошу ее научить меня всем этим премудростям!

Место, выбранное для совершения обряда, представляло собою не очень большую, почти идеально круглую поляну, окруженную могучими соснами. Земля была тщательно расчищена от прошлогоднего бурьяна. В самой середине поляны чем-то острым был очерчен круг диаметром саженей в шесть. Внутри его была расстелен кусок полотна, пришпиленный к земле в девяти точках ритуальными кинжалами, утопленными по самую рукоятку. По самому краю ткани змеились колдовские руны и магические знаки. Вдоль окружности, споря с разгорающимся днем, полыхали высокие костры из березовых и еловых поленьев. Я тут же не к месту вспомнила Степку: где его там всё тянуло жениться, а где - удавиться?