Сливово-лиловый - Клер Скотт

мной на кровать, чувствую его пальцы на половых губах. Латекс ощущается непривычно и странно влажным — но, возможно, это мои чувства играют со мной злую шутку. Роберт в буквальном смысле массирует всю мою интимную зону, периодически ненадолго останавливается, убирая пальцы, и затем снова продолжает. Примерно через минуту я чувствую это: становится безумно горячо, слегка щиплет, такое ощущение, что клитор набух и стал в десять раз больше.

— О, Боже… — стону я. — Что это?

Роберт перемещает пальцы к моей заднице. Он вводит в меня что-то маленькое и твердое. Снова проходит не больше минуты, прежде чем я чувствую жжение, жар. Всхлипываю, а мужчина возвращается к клитору, который кажется таким нетерпимо горячим, набухшим, и настолько чувствительным, что я почти мгновенно балансирую на грани кульминации.

— Роберт, пожалуйста… могу я… о, Боже… Роберт!

— Ты можешь, — отвечает он, но я уже в процессе. Жар на сфинктере и в заднице резко усиливается, я напрягаю мышцы и кричу от оргазма в подушку, на которой лежу. В тот момент, когда расслабляюсь, Роберт стимулирует меня еще больше, доводя до следующей кульминации. И еще раз, и еще раз и в четвертый раз. Веревки и это новое, эротичное ощущение не дают мне никакой возможности уклониться. Я стону, умоляю и кричу во время оргазмов, которые доставляет мне Роберт, насколько это возможно, жадно выпячивая ему навстречу ягодицы.

После четвертого оргазма он дает мне передышку и позволяет отдышаться. Я чувствую, как тот склоняется надо мной, ощущаю его дыхание возле уха.

— Вау, — шепчет он, — это было очень круто.

— Дааааа… — выдыхаю я и сглатываю. — Что ты со мной сделал? Что это в моей заднице?

— Имбирь, детка. Я вырезал маленькую пробку из куска очищенного корня имбиря и засунул ее тебе в задницу. То, что тебя так завело и заставило кончить так сильно — это имбирный сок, который я втер в тебя. Вот почему перчатки, понимаешь? Ну и как тебе?

— Это… вау. Я… мне это понравилось.

Голос у меня слабый и бессильный, во рту совершенно пересохло.

— Знаешь, — шепчет он, — когда еще можно использовать корень имбиря в заднице?

С этими словами он вынимает корешок, и с моих губ срывается стон.

— Нет, когда? — тихо спрашиваю я.

— При наказании. Чем дольше его оставлять, тем становится неприятнее. Когда я тебя ударю, ты автоматически сожмешь задницу, как при оргазме. Это выжмет из корня еще больше сока, и в какой-то момент ощущения станут очень и очень противными. Мы это испробуем. После твоей следующей провинности, Аллегра.

Я тихонько стону, только представив это, — и жду с нетерпением.

— Чем больше имбирного сока я здесь… — Роберт проводит пальцем по моим половым губам, массирует мой клитор в течение двух секунд, — …размажу, тем горячее и возбужденнее ты станешь, но — и в этом самый смак — ты не сможешь кончить. В небольших количествах сок дарит очень приятные оргазмы, как это было только что, но в больших количествах он мешает кончить. Это очень мучительно, когда ты так невероятно возбуждена, так сильно жаждешь оргазма и можешь делать все, что хочешь. Но это не сработает, ты не сможешь этого сделать. Немного потренировавшись, я смогу удерживать тебя в этом состоянии часами, Аллегра.

Его голос — чистейший соблазн.

— Ох… — только и могу произнести я и уже знаю, кому в ближайшем будущем достанется большее количество этого волшебного сока на клитор. — Как долго это действует, если нанести немного всего один раз?

— Около тридцати минут. Чем больше, тем интенсивнее, тем дольше. Менее чем через полчаса ты больше ничего не будешь чувствовать.

Я уже ощущаю, что эффект сходит на нет. Ощущение изысканное, думаю, что мне оно нравится, поэтому делаю мысленную заметку, чтобы с этого момента в доме всегда был имбирь.

— У тебя есть еще немного? — спрашиваю я, шевеля задницей, насколько могу.

— Что?

— Сока?

— Да. Ты хочешь еще одну дозу?

— Да, пожалуйста.

— Э-э-э, кому-то это действительно понравилось, да?

— Хм-м-м, это было очень, очень клево. И это чувство уже почти прошло.

— Похотливая сучка, — шепчет Роберт, а затем я чувствую его пальцы между ног, чувствую, как он растирает сок, и удовлетворенно стону.

* * *

Мне снится очень эротический сон. Я ощущаю на себе руки Роберта, ласковые и нежные, завлекающие, соблазняющие. Чувствую поцелуи на спине, кончики пальцев, скользящие по моим половым губам. Очень медленно до меня доходит, что я больше не сплю, и открываю глаза. Рассветная полумгла, проникающая сквозь щели жалюзи, окутывает комнату рассеянным светом. Наверное, еще даже нет половины шестого. Я чувствую руку Роберта между ног, он впивается в мое бедро, сгибает мою ногу и осторожно слегка разворачивает меня, чтобы без проблем проникнуть как можно глубже.

— Роберт… — шепчу я и тянусь назад, нащупываю его голову, ласкаю его щеку, когда нахожу ее.

— Наконец-то проснулась, а? Приятно, что ты все-таки решила принять участие в этом мероприятии…

Я чувствую его ухмылку под ладонью и уже собираюсь ответить, когда он резким толчком врезается в меня. Без проблем. И понимаю, что обильно теку, и задаюсь вопросом, как долго он меня ласкал, не разбудив при этом.

— А-а-ах… — стону я, наслаждаясь крепкой хваткой, удерживающей меня.

Теперь, когда я уже проснулась, он прикасается ко мне совсем по-другому. Я пытаюсь улечься поудобнее, чтобы получить максимум удовольствия от этого раннего утреннего траха. Но Роберт не позволяет мне этого, удерживая руками мое тело в том положении, в котором хочет, чтобы я была.

— Прекрати, моя красавица. Я использую тебя, беру тебя, когда пожелаю, Аллегра.

— Я просто хотела… — бормочу я, пытаясь оглянуться через плечо.

— Нет.

Он скользит ладонью к моему рту, и я киваю, чтобы показать, что понимаю. Роберт все равно оставляет руку на месте и начинает меня трахать. Одной рукой удерживает меня на месте, а другой закрывает мне рот — явный признак того, что все происходящее только для него, для его удовольствия. Мое удовлетворение не в счет. Я — вещь, которую он использует. Я стону при каждом сильном толчке ему в ладонь, улыбаюсь, когда он начинает дышать все быстрее и быстрее, когда начинает стонать, когда чувствую и слышу его оргазм. Мужчина расслабленно опускает руку, мой рот снова свободен. Он притягивает меня к себе, тонкая пленка испарины на его коже кажется прохладной, а кожа под ней — обжигающе горячей. Роберт остается внутри меня, не пытаясь выйти, и я напрягаю вагинальные мышцы несколько раз подряд.

— Н-нх? — издает Роберт дергает бедром, как будто рефлекторно реагирует на мое тело.