Вопреки себе (СИ) - Лилия Бернис

— Я поддался эмоциям. Вы на самом деле освободите его через год?

— Клянусь вам в этом.

Евгений Матвеевич окончательно взял себя в руки. Его сын сейчас и без того страдает, а он своей выходкой заставляет его страдать еще больше. Затолкав горе как можно дальше, он резко успокоился.

— Я буду ждать твоего возвращения, сын. Береги себя и не забывай, что тебя ждут дома.

Сказав это, мужчина резко развернулся и зашагал в сторону своей машины. Он хорошо понимал, в какую ситуацию ставил Зиргрина, находясь рядом с человеком, которого тот должен защищать. Лучшее, что он мог сейчас сделать — это оставить парня в покое.

— Не волнуйся, я присмотрю за ним, — бросил Миша в сторону все так же неподвижной фигуры, отправившись следом за отцом.

Зиргрин, чувства которого были закованы в ограничительные заклятья, спокойно проводил взглядом свою семью. К счастью, ему не пришлось ничего предпринимать.

«Урташ», — мысленно позвала бога девушка. — «Тебе придется хорошенько позаботиться о нем после того, как все закончится».

«Если парень справится, я придумаю, как отблагодарить его», — отправил мысль Бог Хаоса, после чего буквально растворился в воздухе, возвращаясь в свою вотчину.

Зиргрин, естественно, не слышал этого обещания.

Глава 35

Когда все разошлись, девушка, которой присягнул Зиргрин, создала прямо в воздухе пространственный портал. Он полностью отличался от мутных воронок магов, которые ранее видел архан. Творение богини скорее напоминало дверной проем, где с другой стороны виднелась совершенно иная обстановка.

— К счастью, я еще способна немного управлять своей силой. Пойдемте, — обернулась Катя в сторону парня.

Зиргрин покорно склонился и прошел следом за ней. После принесения клятвы было трудно смириться со скованностью, которая обрушилась на него с гораздо большей силой, чем ранее. В Керме от многих негативных влияний формации его оберегали подконтрольные духи, но в этом мире их слишком мало, чтобы хоть немного помочь. Это было мучительно, но архан постепенно вживался в эти ограничения.

Абсолютная преданность хозяйке, навязанная его разуму, казалась чем-то чуждым, однако Зиргрин решил принять ее. Если бы он начал противостоять заклятью, то только сильнее страдал бы, не получив взамен ничего хорошего. Поскольку архан по собственной воле принял просьбу бога, ему следовало теперь просто сконцентрироваться на своей задаче и выполнить ее как можно лучше. В конце концов, Урташ не заставлял его принять это решение, тем не менее, он был убежден, что если откажется, то это повлияет на их дальнейшие взаимоотношения. За все нужно платить, а за благосклонность бога — в особенности. Кто знает, быть может, эта благосклонность однажды поможет ему избежать кризиса?

— Вот здесь я и живу, — обернулась Катя, стоя посреди усыпанной подушками и пуфами гостиной. — Место уединенное и немного скучное, но ради безопасности я готова немного потерпеть. Урташ прогнал всех слуг и охрану, запретив мне даже общаться с подругами, пока не родится ребенок. Когда малыш появится на свет, энергия моего мужа уже не будет влиять настолько сильно, так что я смогу вернуться к нормальной жизни под его защитой. Получается, что сейчас здесь будем только мы вдвоем.

Зиргрин хорошо понимал причину паранойи Урташа. Если все так, как бог сказал ему при помощи ментальной связи, то этот несчастный мир переживает уже неизвестно какое по счету повторение. Скорее всего, девушка не знала об этом. И лучше бы ей и дальше не знать, что она уже сотни и тысячи раз умирала, после чего возвращалась во времени. Оказывается, даже такой бог, как Урташ, может столкнуться с неразрешимой ситуацией. Видеть, как бесчисленное количество раз члены семьи гибнут множеством разнообразных вариантов — врагу не пожелаешь.

Перед арханом стояла на этот раз довольно сложная задача. Хуже того, что-то подсказывало парню, что если он потерпит неудачу, то бог Хаоса снова откатит время, больше не озаботившись тем, чтобы перенести Зиргрина на Землю. Все то, что он сделал для своей семьи ранее, никогда не случится. Отец застрелится, Миша сторчится, а он даже не узнает об этом, оставшись в том мире. Единственная причина, по которой его сюда перенесли — это защита жены Урташа. Жизнь отца и брата должна была послужить ему дополнительным стимулом.

Подконтрольные духи разлетелись во все стороны, изучая окружение. Дом, в котором жила Катя, представлял собой скромный особняк, затерянный в лесу. Вокруг все утопало в зелени и цветах, встречалось множество живности, вроде кроликов, оленей, лисиц. Были реки и озера, наполненные рыбой. Натолкнувшись на пространственные завихрения, Зиргрин понял, что этот маленький рай находился в пространственном кармане.

— Урташ сказал, чтобы я называла тебя Тень, но мне так неудобно. Тем более, что я хорошо слышала твое имя. Саша, верно? Хоть и чувствую, что ты принадлежишь другому миру, но на твоей душе еще остались следы этого.

Архан стоял неподвижно у стены, продолжая изучать окружение через подконтрольных духов и полностью игнорируя попытки девушки с ним пообщаться. Поскольку это не было приказом, то вполне могло быть воспринято, как ее мысли вслух.

— Ну почему ты молчишь? Нам предстоит целый год находиться рядом, так что будет лучше, если мы узнаем друг о друге немного больше…

Зиргрин продолжал спокойно молчать, про себя осознавая причину, по которой королевские тени назначались только для представителей мужского пола королевской семьи. Принцесс, как правило, охраняли женщины-рыцари. Окажись несчастный выпускник «зверинца» в охране принцессы — и та его просто заболтала бы до смерти!

— Саша!

От Зиргрина не последовало никакой реакции. Это имя мертвого человека, сам он себя с ним давно уже не отождествляет.

— Тень! — голос девушки резко похолодел. Это был приказ. Парень не имел другого выбора, как метнуться к ней, встав напротив на одно колено в ожидании приказов. Глаза Кати резко расширились от скорости, с которой перед ней появился безликий темный силуэт. Сердце быстро стучало, всполошившись от такой неожиданности. — Ну почему с тобой так сложно?

К своему удивлению, она ощущала от своего телохранителя легкое раздражение. Оно не было направлено на нее, так что не подавлялось заклятьем.

— Слушай, — потерла виски Катя. — Так дело не пойдет. На ближайший год ты станешь единственным моим собеседником. Если будешь молчать, я просто с ума сойду!

Осознав ее ситуацию, архан слегка улыбнулся. В самом деле, можно впасть в отчаяние, оказавшись наедине с ним на протяжении целого года.

— Этот раб просит госпожу не использовать имя его прошлой жизни. Этот раб не ощущает это имя своим.

— Не называй себя рабом! — нахмурилась Катя. — Хотя именно им ты себя ощущаешь, я тебе гарантирую