Антология советского детектива-45. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Семенов Юлиан Семенович

— Из исправительно-трудовой колонии, где он ранее отбывал наказание, нам сообщили, что вы интересовались его судьбой. Мы и решили, что человек пропал. Но теперь будем знать, где он.

Ветров видел, что такое пояснение успокоило старика. Майор попрощался и вышел из дома. Сел в машину, а в душе — тревога. Нет, нельзя верить этому вертлявому старику. Нельзя. Он вспомнил, что хотел съездить в Вильнюс и попытаться найти мастера, который изготовил чемодан, обнаруженный на месте происшествия. «Заодно и с Крокетом побеседую», — решил Игорь Николаевич.

В этот момент машина подъехала к управлению…

Командировка

Вильнюс. Прекрасный старинный город, сохранивший свою национальную культуру. Широко и вольно разбросаны его дома и улицы на холмистых берегах двух рек. Ветров любил приезжать сюда.

Приехав в город, он прямо из гостиницы позвонил начальнику уголовного розыска. Телефон долго не отвечал, и Ветров уже хотел положить трубку, как вдруг послышался щелчок. Ответил знакомый голос:

— Лисаускас слушает.

— Привет, Станислав. Узнаешь, кто нарушил твой покой?

— Нет, не узнаю. Постой, постой! Неужто Ветрова некие могучие вихри занесли наш город?

— Точно, узнал.

— А где ты?

— Естественно, в гостинице.

— Все скромничаешь, бессовестный! Почему ко мне не заехал?

— Но волнуйся, дружище. Я еще успею надоесть тебе. Работы привез для всего городского розыска. И если найдешь машину, чтобы меня доставить к себе, то я готов быть вашим работодателем.

— Я сам еду. Ты где остановился?

Ветров сообщил другу, в каком номере его искать, и начал быстро приводить себя в порядок. Лисаускас не любил заставлять кого-либо подолгу ждать себя. Так оно и получилось. Не прошло и полчаса, как они приехали в управление внутренних дел. Лисаускас пригласил в кабинет своего заместителя. Ветров начал рассказывать:

— В нашем городе идут серийные кражи. На одной из них преступник, не желая оставлять на месте происшествия своего напарника, который прыгнул со второго этажа и сломал ногу, убил его. А еще раньше они пытались совершить кражу из кассы одного завода. Кража, правда, не состоялась. Воры вынуждены были бежать и оставили вот этот чемодан, — Ветров положил на стол «дипломат». — В нем преступники переносила целый набор инструментов, подготовленных для вскрытия сейфов, — нож, перчатки и фонарик. Наши эксперты склонились к выводу, что этот чемодан изготовлен по специальному заказу. Уверяют, что мастера находятся в вашем городе. Так что, уважаемые соседи, помогите.

Лисаускас и его заместитель осмотрели чемодан и молча переглянулись. Лисаускас неожиданно пошутил:

— Видишь, какие у нас виртуозы есть. Даже ваше ворье оценило.

— Погоди, погоди! Может, не только виртуозы ваши, но и ворье тоже, — отпарировал Ветров.

После этого они составили план действий. Было решено, что местные оперативные работники возьмут на себя розыски специалиста по изготовлению чемоданов, а Ветров, после того как выяснится местонахождение Крокета, встретится с ним.

Лисаускас остался верен себе. Как всегда, он действовал быстро и решительно. Только Ветров закончил инструктаж сотрудников, которым была поручена проверка мастеров по изготовлению чемоданов, как Лисаускас дал ему сведения, где находится Крокет. Время было уже за полдень, и Игорь Николаевич решил, что поедет к нему на следующий день утром…

Встреча с Крокетом

В кабинет, отведенный майору для беседы с Крокетом, конвоир ввел невысокого стриженого человека. Игорь Николаевич обратил внимание на его худощавое в угрях лицо, настороженный, злой и в то же время испуганный взгляд. Он тихим голосом поздоровался и остановился у дверей.

— Здравствуйте, Крокет. Присаживайтесь…

Крокет прошел в глубь кабинета и осторожно присел на привинченный к полу табурет. Конвоир повернулся и вышел. Ветров и Крокет остались наедине. Наступила тишина. Каждый думал о своем.

— За что вас осудили? — спросил майор.

— За карманную кражу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Сколько раз вы были ранее судимы?

Ветров заметил, что этот вопрос смутил Крокета, и тот, немного помедлив, как-то неуверенно ответил:

— Дважды.

— А не трижды? Вы знакомились с обвинительным заключением? Там указано, что трижды.

— А какое это имеет значение? Дважды или трижды — один черт!

— Кто у вас из родственников есть?

— Никого у меня нет.

— Как так нет? Насколько мне известно, есть отец. Разве вы не писали ему письма?

— Нет у меня отца, — глухо ответил Крокет и, помолчав, добавил: — Никого у меня нет.

«Что за чертовщина?! — думал Ветров. — Или он не желает говорить об отце, или ожесточился и не хочет никого признавать. А может, с психикой не ладится?»

— Где вы отбывали последний срок наказания?

Крокет молчал.

— Почему вы молчите, Георгий?

Крокет опять как-то по-особому взглянул на Ветрова и спросил:

— Гражданин начальник, вы специально из-за меня приехали сюда?

Ветров сначала хотел сказать, что приехал в Вильнюс по другому делу, но что-то подсказывало ему воздержаться от этого ответа, и майор подтвердил:

— Да, да. Именно из-за вас. Мне кажется, что вы должны мне что-то сообщить. Вы же понимаете — ехать сюда без серьезного дела нет никакого смысла.

— Да, это так, — чуть слышно проговорил Крокет и неожиданно выпалил: — Наверное, Крокета взяли?

Ветрову потребовалось мобилизовать всю свою выдержку, чтобы не вскочить со стула от этих слов. Спокойным голосом он предложил:

— Ну, так как? Поговорим?

— Чего уж там ломаться — поговорим! Я же не убил, не украл его документы. Он сам ксивы свои дал. Говорил: «Если погоришь, садись по моим документам». Что мне — жалко, что ли?

— Как же на следствии не уличили вас?

— Повезло! Следователь однажды сравнивал фотографию в паспорте и сказал, что я не похож. Но убедил его. А там и взаправду фото, где Крокет лысый. У меня уже шевелюра приличная была. Не то, что сейчас, — и он погладил себя по голове. — Молодой работник… неопытный. Вот и удалось надуть…

Ветров оказался в трудном положении. Он видел: сидящий напротив человек считает, что майору все известно. Выяснять сейчас его подлинную фамилию неуместно. Ветрову ничего иного не оставалось, как вести осторожный, разведывательный опрос.

— А где ваши настоящие документы?

— Здесь же, в Вильнюсе. У одного знакомого.

— У какого знакомого? — задал вопрос Ветров и, не дожидаясь ответа, предложил: — Давайте сделаем проще. Я скажу, чтобы вам дали бумагу, ручку, а вы сами все и опишите. Договорились?

— Давайте, — махнул «Крокет» рукой. — Все равно уже все ясно…

Прошел день. Местные работники уголовного розыска потрудились предостаточно. Они обошли все мастерские, установили и опросили всех лиц, которые могли изготовить этот чемодан.

Как только Ветров вошел в кабинет Лисаускаса, тот с огорчением проговорил:

— Знаешь, места себе не нахожу после твоего вчерашнего звонка. Надо же такой ляпсус допустить! Но что поделаешь: следователь молодой. Документы усыпили его бдительность. Вот что значит нарушить предписания, которые положено выполнять при задержании преступника. Ох и влетело ему от начальника управления.

Лисаускас достал из стола исписанный лист бумаги:

— На. Его повинная.

— Настоящую фамилию установили?

— Чеховский Андрей Иванович. Ранее дважды судимый за карманные кражи.

— Не забудьте теперь проверить, действительно ли он Чеховский?

— Считай, что это сделано. Уже запросы направили куда следует и документы его изъяли. Видишь: он пишет, у кого их оставил. Получим ответы на наши запросы и сообщим нарсуду. Надо же соответствующие изменения вносить в документы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ветров, стоя у окна, внимательно прочитал показания Чеховского и задумался.

— Где же все-таки настоящий Крокет? — обратился он к Лисаускасу. — Не верил я его отцу. Не верил! Видно, что человек говорит одно, а думает совершенно о другом. Приеду — возьмемся за него. Вполне возможно, что сынок всю погоду и строит. Ну а как мастера? Ничего утешительного?