'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

Высокий худой гангстер кивает Франку.

– Бертрам, – говорит он с заметным английским акцентом.

Маленький толстый гангстер в приветствии поднимает руку и произносит:

– Эрнст. Мои друзья зовут меня Эрни.

– Но он не твой друг, ты, идиот! – парирует Кукловод.

– Нет.

– Я… чему… чему обязан? – спрашивает Франк, и его голос опять срывается. Он наблюдает за тем, как два гангстера идут мимо полок с оружием и берут все, что считают нужным, как будто все здесь раздается бесплатно: управляемые боеприпасы, ЭМИ-шокеры, одноразовые ракетные установки.

– Если вам нужны запчасти… – говорит Франк.

Циклоп хватает его за горло и прижимает к стене.

– Теперь слушай внимательно, ты, червяк! – говорит Кукловод. – Я…

Потом, кажется, время останавливается. Циклоп не произносит больше ни слова. Он лишь неподвижно стоит на месте и прижимает Толстяка Франка к стене. В глазу аватара сияет красный круг, который то и дело нарастает и исчезает, совершая движение по часовой стрелке.

– О боже… только не это! – бормочет Эрнст.

– Сорри, – произносит Бертрам, повернувшись к Франку. – У нас сбой связи.

– У циклопа проблемы с буфером, – говорит Эрнст.

– Такое иногда случается, когда мы заходим в подвал или куда-то наподобие этого.

– А нам, к сожалению, частенько приходится это делать.

– Да уж. Да плевать. Одна секунда, и аватар снова заработает.

– Ничего. У меня есть время, – хрипит Франк.

Эрнст вынимает из кармана своего пиджака батончик жисоса, целиком засовывает его в рот и бросает обертку на пол. Франк наблюдает за этим, но ничего не говорит.

– Что вы вообще от меня хотите? – спрашивает он вместо этого.

– Ну, я не знаю, – говорит Эрнст с набитым ртом. – Шеф никогда не рассказывает нам о своих намерениях.

– В любом случае это не наше дело, – вмешивается Бертрам.

– А что он сказал тебе до этого? – спрашивает Эрнст.

– Он сказал: «Я…» – и потом соединение оборвалось, – хрипит Франк.

– Да, я тоже не знаю, – продолжает Бертрам. – Возможно, он хотел чем-то пригрозить.

– Да, – говорит Эрнст. – Он точно не собирался сказать: «Я… отправлю твоих детей в хороший университет».

– Нет, – согласился Бертрам, – это бы меня удивило.

– Или: «Я… тебя как следует раскручу. Мне кажется, у тебя действительно классный голос». Это он, наверняка, тоже не сказал бы.

Бертрам смеется.

– Спорим, что он скажет: «Я просуну твою голову через эту стену. Я сосчитаю до трех, и потом абракадабра».

– На самом деле, – говорит Эрнст, – он имеет в виду, что разобьет твой череп о стену с такой силой, что и в черепе, и в стене после этого останется отверстие.

– Может быть, он также скажет: «Я вырву тебе руки и отколочу тебя твоими собственными руками!»

– Он уже как-то это делал.

– Но не совсем сработало.

– Просто оторванные руки слишком дряблые. Они недостаточно твердые, чтобы их эффективно использовать в качестве дубинок.

– Кроме того, это напоминало настоящее свинство, со всей этой кровью и тому подобным. А нам двоим после этого пришлось все убирать.

– Это было просто неправильно, что он устроил такое представление в своей собственной мастерской. Я надеюсь, что он скажет…

В этот момент циклоп снова ожил.

– Я просуну твою голову через эту стену, – заставляет сказать его Кукловод. – Я сосчитаю до трех, потом абракадабра.

Эрнст и Бертрам довольно переглядываются.

Франк чувствует, как его горло еще больше сжимается. Ему почти нечем дышать.

– Один… – считает Кукловод.

Его жертва стонет.

– Два…

– Что вам нужно от меня? – выдавливает из себя Толстяк Франк хриплым голосом.

Циклоп еще больше сжимает его горло. Потом он спрашивает:

– Где мне найти Кики Неизвестную?

ПОХИЩЕНИЕ САМОГО ЗНАМЕНИТОГО В СТРАНЕ КАЧЕСТВА ЛЕКАРЯ МАШИН

(Что случится потом – непостижимо!)

Что же было в посылке, которую получил Петер Безработный в самом конце первой книги? Что доставил ему дрон из TheShop, самой популярной в мире торгово-посылочной фирмы? Что ж, это был новый розовый вибратор в виде дельфинчика. Очевидно, профиль Петера был все еще некорректен. Или, может быть, это всего лишь шеф TheShop позволил себе сыграть с Петером шутку[716]. В любом случае Петер помирился с дельфином[717]. Он повесил его на стену, как другие люди вешают диплом.

Джон Наш перед самой своей смертью в результате взрыва отменил запрет на ремонт, и поэтому Петер сумел переоборудовать свою лавку подержанных товаров с пакетировочным прессом в кабинет по лечению машин. С кушеткой для «пациентов» и креслом для себя.

На кушетке лежит собака по кличке Бродяга. Пес часто дышит, открыв пасть. Слюна капает с языка на обивку. Петер постоянно удивляется, насколько хорошо удается компании E-nimals Corporation имитировать настоящих животных. Но то, что они воспроизводят даже запах из пасти собак, кажется ему перебором. Может быть, они еще будут изображать кошек, которые мечтают попасть под машину? Во всяком случае, это определенно позитивно сказалось бы на показателях продаж. «Кошки-самоубийцы! Купи три и получи четвертую в подарок!»

Собака по-прежнему дышит, высунув язык. Петер брезгливо отворачивается.

– Может быть, включить вентиляцию? – спрашивает Никто.

– Да, пожалуйста.

Пес поднимает голову и начинает лаять.

– Я не совсем понимаю, – говорит Петер. – Одну минуту.

Он вызывает меню собаки на своем айпаде качества и переключается в режим «Доктор Дулиттл».

– Еще раз, пожалуйста.

Пес опять лает, что уховертка Петера переводит следующим образом: «Если бы вам в течение года никто не чистил зубы, у вас бы тоже пахло из пасти».

– Ага, – говорит Петер. Впрочем, он еще не знает, что будет сейчас похищен[718]. Он задумчиво смотрит на Пинка. У старика возникла совершенно непостижимая любовь к айпаду качества, и он даже соорудил для него подставку из тощих ручек и ножек. Так что теперь планшет стоит на кофейном столике и совершает приседания. Редкое зрелище.

– От обоев в вашем коридоре у меня возникает ощущение голода, – говорит Бродяга.

Под коридором пес подразумевает ставший теперь бесполезным пакетировочный пресс между рабочим и жилым помещением. Демонтировать его было бы очень затратным делом. Но Петер в то же время не хотел нагонять страх на своих новых клиентов. Поэтому он поручил своим машинам оклеить стены пресса обоями. Теперь помещение выглядело как проходная комната. Во время оклеивания Ромео то и дело попадал в подпрограмму своего кода, которую наиболее точно можно обозначить как «Порно от мастера». Сексдроид босиком, в грязных джинсах и с обнаженным торсом пытался как можно более эротично работать валиком для поклейки обоев. Что ему вполне удавалось. Во всяком случае, перед витриной лавки Петера еще никогда не собиралось столько народу, как во время ремонтных работ. На очень недорогих, но стилистически сомнительных обоях были изображены пестрые кораллы и