Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

где останавливался. Как мне показалось, целую вечность назад. А ведь прошло времени всего ничего. Даже оплаченная неделя еще не истекла.

Забрав ключи, я поднялся в свой номер. Буревестник следовал за мной тенью. И надо сказать, пару раз это оказалось вовсе не лишним. Наверное, я все-таки переоценил свои силы. Пока поднимался по небольшой лестнице, меня пару раз начинало вести в сторону. В первый я вовремя оперся на стену. Во второй же Буревестнику пришлось меня буквально ловить.

В номере я опустился на кровать, тяжело дыша.

— Никита, Никита, — покачал головой Буревестник, — зачем же вы так с собой? В гроб же сами себя загоните.

— Не думал, что подняться по этой чертовой лестнице окажется так тяжело.

— И много у вас вещей, Никита? — поинтересовался Буревестник, оглядывая номер.

— Саквояж я так и не успел распаковать. И пальто еще в шкафу висит. Только оно для Питера предназначено. Тут в нем слишком жарко.

— От Питера мы и правда далековато, — кивнул Буревестник, садясь на стул.

Я же решил, что мне достанет сил вытащить из-под кровати саквояж. Оказалось, что на это меня вполне хватает. Я раскрыл его и вынул маузер в кобуре. И это было крайне необдуманным поступком. Потому что я сразу же услышал скрежет взводимого револьверного курка.

— Успокойтесь, Буревестник, — сказал я, даже не глядя в его сторону, хотя это и стоило мне известных усилий. — Я просто проверяю — на месте ли мое оружие Вдруг тут уже успели пошуровать мои бывшие коллега. Уж этого-то монстра они бы мне ни за что не оставили.

Я аккуратно, стараясь не делать лишних движений, извлек из кобуры свой маузер. Кинул его Буревестнику. Тот легко поймал увесистый пистолет левой рукой.

— Знаю такие, — кивнул он. — Револьвер бьет мощнее, и он намного надежнее этой игрушки. — Лидер революционеров кинул его мне обратно.

Я даже не стал пытаться ловить маузер на лету. Тот упал рядом со мной на кровать, что меня вполне устраивало.

Сунув пистолет в кобуру, я поместил ее на привычное место. И сразу почувствовал себя куда увереннее.

Я закрыл саквояж. Решительно поднялся на ноги. Коленки еще предательски подрагивали, однако спуститься по лестнице и дойти до извозчика уж как-нибудь сумею. Если что, Буревестник поможет. Лидер революционеров, кстати, забрал из шкафа мое пальто. Сделал мне приглашающий жест свободной рукой.

Заперев за собой номер, я отправился в короткое путешествие до лестничного пролета. А после, крепко взявшись за перила, спустился на первый этаж.

— Уже покидаете нас? — поинтересовался портье. — Рассчитать на условии более раннего выезда?

Я подумал секунду и покачал головой, возвращая ему ключи. Быть может, эта гостиница еще послужит мне убежищем в ближайшее время.

Мы с Буревестником уселись в пролетку. Извозчик слегка нахлестнул лошадей.

— Почему вы не вернули свои деньги? — спросил у меня Буревестник.

— Не знаю, — дернул здоровым плечом я — это уже вошло у меня в привычку. — Деньги невелики — все равно на этом более раннем выезде меня ограбят. А тут хоть есть еще несколько дней и место, где можно переждать бурю.

И ведь как в воду глядел!

Краб оказался удивительно скучным человеком. Говорил он мало. Играть в шахматы или шашки отказывался.

— Я только в карты мастак, — пожимал плечами он. — Да и то не в серьезные. Все больше в такие, что по каторгам да тюрьмам играют. Вы, Володя, таких и не знаете, верно. Да и не надо вам их знать-то.

Это оказалась едва ли не самой длинной тирадой, какой он разродился за все время, что просидел вместе с Володей в одной комнате.

В общем, несчастному молодому человеку оставалось лишь одно — привычно глядеть в узкое окошко на Куру. Вода в реке была грязной и по ней часто плыли целые острова разнообразного мусора.

Солнце миновало зенит и светило во всю доступную ему по зимнему времени силу, когда у входа в их убежище раздались голоса. Говорили явно на повышенных тонах, однако не грубо, а скорее весело.

— Опять кунаки к нашим заявились, — буркнул Володя. — И ведь сколько их не было. Пока не провели экс. Теперь вот будут в долг просить. Или наоборот старые долги требовать. Противно просто. Как так можно…

— Очень даже можно, — усмехнулся Краб, поднимаясь с кровати. — Многие только тем и живут, знаете ли. Но что-то много кунаков разом набралось.

— Известия о том, что мы взяли казначейскую карету, уже весь Тифлис облетели.

— А почему только сегодня?

Краб словно стал другим человеком. Собранным, внимательным, подозрительным. Он сделался похожим на хищника. Все его неуклюжесть и медлительность слетели с него в единый миг.

Он вытащил из-под кровати свою короткую винтовку. Рассовал по карманам патроны к ней.

— Дай мне пару банок, — кивнул он Володе. — И остальную взрывчатку приготовь.

Молодой человек не очень понимал — с чего это Краб словно взбесился. Но чутью товарища он доверял. А потому без единого слова возражения вытащил из ящика две начиненные смертью банки и протянул их Крабу.

— Про остальные не забудь, — без особой нужды напомнил однорукий революционер и шагнул к выходу.

На плече его висела британская винтовка. В правой руке он держал массивный револьвер.

Прежде чем Краб успел выйти из комнаты, дверь распахнулась, едва не приложив его по лбу самым комичным образом. Вот только не до смеха всем было. Ни Крабу, ни Володе, ни ворвавшемуся к ним Дато.

— Что там такое творится? — быстро спросил у него Краб.

— А, — протянул Дато, — кунаки пришли. Денег просят. Узнали, черти, что мы карету взяли — теперь каждый хочет и себе кусочек урвать.

— Вот видите, — облегченно проговорил Володя. — Как я и говорил вам. А вы…

Он прервался на полуслове, только сейчас заметив в руке Дато блеснувший нож.

— Не ждал меня тут встретить, — усмехнулся Краб. — А парня и ножичком можно кончить. Верно говорю?

Он подмигнул Дато. А тот отреагировал мгновенно. Взмах ножа был стремителен. Лезвие коротко сверкнуло в тусклом свете зимнего солнца. Но Краб только казался неуклюжим увальнем. Клинок ножа звякнул о металл его искусственной руки. Быстрым движением отвел его в сторону. И следом врезал Дато рукояткой револьвера по лицу.

Володя не видел результата удара. Все скрыла широкая спина Краба. Он услышал только неприятный чавкающий звук. А следом как будто большой мешок повалился на пол. Это упал Дато.

— Умнее надо быть, — произнес Краб, — предусмотрительнее. — И выстрелил. Один раз. С таким револьвером, как «Веблей Скотт» этого было более чем достаточно.

— Хорошо еще, что он ножичком банку твою не задел, —