Разыскивается: белая и пушистая, с криминальными наклонностями! - Надежда Соколова

Меня эта идея почему-то не вдохновляла и привела в неописуемый ужас. Заткнуть могут и за счет зубов и тряпкой не первой свежести.

— Не надо — жалобно шмыгнула я носом, — лучше скажите, зачем я вам нужна?

— Не нам — перекинул меня на другое плече похититель — да и если подумать, то и никому не нужна, — и со смешком добавил: — болтливой и живой.

Это меня совсем выбило из колеи, поэтому на какое-то время я ушла в себя. Нужно подумать, да и говорить с моими визави не о чем. Точней вопросы у меня есть, только, кто же мне на них будет сейчас отвечать? Меня куда-то целенаправленно тащат захолустными улочками, люди здесь нет-нет, да встречаются, вот только спасать меня не спешат. Похитители мои при встрече с кем-нибудь резко напрягаются, еще чуть-чуть и зазвенят как струна. Чего это они такие нервные? Я виду себя спокойно, на помощь не зову. Смысл? Обычные обыватели ничего не смогут сделать против умелых наемников. А мои похитители явно не сельские ребята и вооружены они не вилкой с огурчиком на конце. Нянчится — не будут, прирежут горе спасителя и мне по печени надают. Печенку я свою люблю поэтому — молчу.

Сейчас лучше выждать удобного момента. Угнетает только то, что он может и не настать, но об этом лучше не думать. Если упрусь рогом, сделаю только хуже, так что нужно ждать… надеюсь не у моря погоды.

Мужики шли довольно быстро, почти бежали. И если я не ошибаюсь, то направляемся мы в противоположную сторону от главных ворот. Правда, я не уверенна. Я в последнее время ни в чем не уверенна, так как не так давно обнаружила в себе зачатки топографического кретинизма. Обнаружился он у меня на болоте. Но если мои предположения верны, то значит, мы направляемся все равно к выходу из города.

Интересно, Аскар скоро меня искать кинется? И еще больше интересней узнать: найдет он меня живой или… или совсем в противоположном состоянии?

Тащивший меня мужик резко остановился и стащил меня с плеча. Поставил перед собой и уставился. Второй похититель остановился рядом и вылупился на меня с каким-то подозрением. Я уже было прикинула варианты на тему: Что случилось? В голову приходило всяко разное, начиная с того что они поняли что ошиблись (я бываю оптимистом). И до того, что я что-то натворила, но этого по определению быть не может.

— Ты чего молчишь? — спросило одно коротко стриженное блондинистое чудо, крылья приделай и ангел, блин! Только павший он какой-то… не хороший.

— Ась? — испуганно похлопала я глазами и машинально втянула шею, была бы страусом — голову бы в песок спрятала.

Похитители уставились друг на друга пустым взглядом, с минуту наверное так стояли, иногда кивая и время от времени жестикулируя руками. Ощущение как будто они разговаривают, хотя даже рта не раскрыли.

Закончив друг на друга таращится, их взор снова вернулся ко мне.

— Почему ты такая спокойная? — подозрительно прищурился мужик, который меня на плече тащил.

Похитители при лучшем рассмотрении и правда, очень похожи, не близнецы конечно, но однозначно братья. Оба коротко стрижены, брови и ресницы темные, хотя волосы светлые. Оба худощавые и немного непропорциональные, слишком длинные у них руки и ноги — это их не уродует, но смотрится довольно странно. Один «братец кролик» был чуть выше другого, но выглядел он, немного младше, хотя черты лица намного грубее и нос когда-то был сломан. Впрочем, нос, похоже, страдал и у другого братца, просто значительно реже.

Я этих моральных уродов хорошо запомнила! Так, на всякий пожарный. Чтоб если что, так опознать смогла.

Младшенький (условно) помахал перед моим лицом рукой:

— Эй, с тобой все в порядке?

Идиот — вынес вердикт мой мозг — протащил меня столько на плече, еще о самочувствии спрашивает! Он что, реально думает, что это очень удобная поза для транспортировки людей? Или эти два гада думают, что похищенные люди в принципе не могут чувствовать себя плохо?

— Кажется у нее шок — задумчиво пробормотал старший.

Младший на него опять уставился пустыми глазами, а старший от него отшатнувшись, тряхнул головой и прошипел:

— Перестань, говори нормально, у меня итак голова раскалывается, а тут еще ты с ментальным трепом.

— А если кто услышит?

— Да какая разница? — отмахнулся старший братец. — Девчонка была одна, за нами никто не следит, а что услышит она — кивок в мою сторону — то уже не расскажет. Хватай ее и пошли быстрей, с ее самочувствием позже разберемся, как из города уберемся.

— А если она так и не очухается? Как мы узнаем, где серьга?

А сережки-то у меня и нетуууу. И что делать? Смысл начинать говорить, если сказать нечего? Остается только молчать и строить из себя идиотку. Может еще слюну пустить или соплю из себя выдавить для достоверности? Определится я не успела, меня снова перекинули через плечо, и я поняла, как чувствует себя мешок картошки. Мерзкое ощущение, знаешь, что с этими дядями никуда идти не стоит, но сделать ничего не можешь кроме как каждые пять минут с плеча сползать. Несильно помогает в спасении себя любимой, но моего похитителя это откровенно начало раздражать, а это хоть и мелочь, но приятно.

Выругавшись, меня перекинули на другое плече, да так, что у меня дух выбило. Эх, тяжела ты судьба иномирской пленницы…

— Фриз! — прикрикнул старшенький на младшенького. — Осторожней с ней.

— А чего она постоянно ерзает, и сползти норовит? — огрызнулся этот… АнтиФриз.

— Она это не специально, успокойся.

Меня дотащили до городской стены, технично пропихнули в дырку за кустами в этой самой стене. Я еще раз попробовала сделать шашлык из своих похитителей, потому что мне ужасно не хочется покидать город. АнтиФриза это волновало мало, гореть, эта сволочь не стала, как и его брат. Поэтому мне пришлось, снова успокоится, потому что мне пообещали отрезать уши.

Через кушери растущие возле городской стены мои похитители пробрались довольно бодро, хотя и шипели, когда ветки царапали оголенную кожу. К слову, одежды на них осталось мало после моей попытки поджечь негодяев. Негодяи в отличие от своей одежды — не горят, чешуя у них огнеупорная, поэтому остались они в одних немного тлеющих лохмотьях с дымком. Была бы я чувствительной барышней, давно бы стала пунцовой от упоминания моей персоны со столь нелестными эпитетами. Но в моей нынешней ситуации не до защиты морального облика, тут бы физический сохранить в целостности.

На дороге уже поджидала карета с запряженной в нее темненькой лошадкой, крупненькой хочу заметить и злюченькой или голодной… так копытом стучит, и бедное дерево чуть ли не до пенька сгрызла. Меня затолкали в карету, АнтиФриз залез за мной следом, а старшенький отвязав лошадку от изрядно пожеванного деревца сел на козлы и погнал ее прочь от города.