О традициях не спорят! (СИ) - Оксана Крыжановская

  Я смотрю по сторонам и вижу бесчисленное количество окон... Окон чужих жизней.

  Многие окна распахнуты, а многие крепко закрыты... Там находятся те, чье время еще не пришло. Кто еще не сделал выбор.

  Я уже готовлюсь сделать шаг, но меня что-то останавливает. Непонятное чувство скорби и печали. И мысль что это не единственный выход.

  Есть и другой.

  Я поворачиваюсь и вижу дверь. Но ведь она закрыта. Я помню это, так как уже не раз пыталась ее открыть.

  "А в ту ли сторону ты ее пыталась открыть?" - вдруг насмешливо говорит ветер и подталкивая меня в спину, добавляет: "Попробуй еще раз. Давай!"

  Я слезаю с подоконника и подхожу к двери, берусь за ручку...

  - А в прошлые разы ты прыгала, - раздался чей-то голос у меня за спиной. - Почему сейчас передумала?

  Я вздрагиваю и поворачиваюсь.

  ...Время стало течь иначе. В нем не было больше перебоя, или недоразумения. Словно своим решением я пробудила ВРЕМЯ от спячки, и оно теперь стало контролировать каждый прожитый миг, каждой сущности...

  На кровати сидела девушка, приветливо мне улыбаясь.

  Кожа ее была сера как пыль, волосы белые страницы, а глаза настолько стары, словно наблюдали за ЖИЗНЬЮ с самого ее рождения и по сей миг.

  - Ты кто? - удивленно спросила я.

  - Это для тебя так важно? - ответил она насмешливо.

  Я пожала плечами и честно сказал:

  - Нет. Это просто привычка всему давать имена.

  - Да, мы любители все усложнять и находить причины, - понимающе протянул она. - Ты можешь звать меня Я.

  - А ты меня Хейса, - ответила я. - А что ты тут делаешь?

  - Не правильный вопрос, - покачала Я головой. - Ты должна была спросить: " Что здесь делаем мы?".

   - Что здесь делаю мы? - исправилась я.

  - Мы выбираем, - был мне ответ.

  - Вот тут ты не права. Я уже сделала выбор. - Я шагнула к двери, взялась за ручку и дернула ее от себя. - Ты со мной?

  - Думала, ты никогда не спросишь.

  Мы вышли в открытую дверь, и она вывела нас в зал, который долгие годы преследовал меня во снах.

   Я удивленно оглянулась, но Я рядом не было. В место нее были тени, опять окружающие меня, скалящиеся и в предвкушении смеющиеся.

  На этот раз ничто меня не тянуло к зеркалу. Я сама направилась к нему, чтоб наконец-то понять, почему оно мне сниться.

  Я вновь увидела Тень, застывшую с другой стороны, только в этот раз я узнала ее. Это была Я... И я вдруг все вспомнила и поняла.

  Наши пальцы сцепились между здесь и там. Мы радостно рассмеялись, от понимания того, что мы наконец-то нашли друг друга. К нашему смеху присоединился смех остальных. Не тот безумный ужасающий хохот, а искрений смех.

  Живой. Чистый. Свободный.

  ...С теней медленно стали спадать их балахоны, обнажая белые кости.

                                                                  Эпилог

  Мориган с безразличием проследил, как тело дроу падает на пол, дергается в предсмертных конвульсиях и затихает.

  Одна из пленниц за его спиной кричала, обещая оторвать ему его достоинства, как только освободиться.

  Глупая, наивная девка!

   Подняв обмякшее тело с пола, он положил его на стол, после чего достал из кармана зеленоватый камень-ловушка и повел над лицом дроу.

  Ничего не произошло.

  - Еще не сдохла? - раздраженно пробормотал Мориган, приложив руку к ее груди.

  Сердцу стукнуло раз, два, три... и затихло. Он поспешно поднял над ее лицом камень-ловушку, ожидая, что сейчас он вспыхнет зеленоватым огнем, который оповестит о том, что душа попала в него.

  Вновь ничего не произошло.

  - Какого черта! - воскликнул он, вновь приложив руку, вот только сердце у нее уже не стучало. - Это не возможно, - пробормотал Мориган и тут заметил серьги в ушах дроу. - Она ведь не могла? - зло спросил он сам себе и сжал кулаки. - Черт!

  Кинув ненужную ловушку для души на пол, он вытащил из ушей девушке серьги, после чего направился к двери.

  - А с ними, что делать? - долетел до него удивленный вопрос.

  Мориган зло посмотрел на девушек и холодно бросил:

  - Убить.

  - Но Вы, же обещали... - начал было один из надсмотрщиков.

  - Покойникам ничего не обещают, - отрезал он и вышел из комнат, раздраженно хлопнув за собой дверью.

  Мужчина прошелся до конца коридора, вышел из подземелья на лестницу, потом в просторный холл и поспешил на третий этаж. Возле одной из дверей он остановился, перевел дыхание и постучал.

  - Войдите, - раздался в ответ бархатный голос.

  Юлиан сидел возле трельяжа и расчесывал длинные, белокурые волосы.

  Мориган служил ему не одну тысячу лет, поэтому знал, как по-настоящему выглядит его хозяин, но за последние двести лет он настолько привык к образу эльфа, что под другой внешностью его, наверное, и не признал бы.

  - И как все прошло? - поинтересовался Юлиан, не отрывая взгляда от своего отражения и шелковых волос, по которым легко скользил гребень. - Надеюсь, она не слишком мучилась, а сразу умерла? Я все-таки выбрал один из лучших и быстродействующих.

  Слуга проглотил сухой ком в горле и сказал:

  - Да, господин.

  - Акона не устроило бы искалеченное тело, так что твоя идея шантажировать ее родственницами была превосходной! - Голос у Юлиана был мягкий словно шелк, вот только даже шелковой лентой можно убить. - Все-таки Лайн хитро придумал, чтоб Акона мог возродиться только в теле его наследника, который решит сам себя убить! Большинство глупцов считают, что Акона освободиться, если охранника убить, а оно вон как получается! Умно, ничего не скажешь.

  Юлиан и вправду любил много говорить, и если обычно Мориган с раздражением слушает одну и ту же болтовню своего господина, то сейчас он впервые хотел, чтоб эльф говорил не останавливаясь. Но сегодня его надежде не суждено было сбыться.

  - Ну, и где душа? - Эльф не спрашивал, он требовал.

  Мориган вздохнул и на одном дыхании выпалил:

  - Я ее упустил.

  Лицо Юлиана не дрогнула, а даже наоборот губы разлезлись в очаровательной широкой улыбке.

  И Мориган слишком хорошо знал, что эта улыбка обозначает.

  - Подойди сюда.

  Он послушно подошел к своему господину. Эльф схватил с трельяжа длинный кинжал и, не переставая радостно улыбаться, всадил его в бедро Моригану до самой рукоятки. Тот не посмел даже пискнуть, только скулы напряглись, да на лбу пот выступил.

  - Я, кажется, тебе несколько раз объяснил, что эта душа мне нужна для того, чтоб вернуть назад Илиса, - ласково прошипел Юлиан, с нажимом давя на ручку кинжала. - И что теперь я должен буду ему сказать? Прости, мой слуга - кретин! - ее упустил?

  - Я все исправлю, господин, - пробормотал через силу побледневший Мориган.

  - Исправишь? - Даже через зубы он умел говорить ласково. - И как же?

  В ответ слуга протянул ладошку, где лежали две серьги.

  Юлиан с интересом взял одну сережку, приподнял ее повыше и удивленно пробормотал:

  - Значит, тут не обошлось без нее? А я-то думал, что мы все давным-давно обсудили. - Эльф забрал вторую серьгу и приказал: - Ступай, тело госпожи Хейсы Эджерай в порядок приведи.

  Мориган поклонился и, стараясь не хромать, поспешно откланялся. Кинжал он вытащил из бедра, только когда оказался в своих личных покоях, но даже тогда он и не подумал злиться, а лишь печально вздохнул, положил кинжал на стол и отправился исполнять приказ.

  Эльф же, в это время, задумчиво смотрел на серьги, а потом перевел взгляд на зеркало и что-то забормотал.

  Отражение вначале исказилось, поплыло, а потом стало вновь четким, вот только теперь там отражалась женщина.

  - Что тебе надо? - лениво спросило отражение.

  - Нириан, а где приветствие? - Эльф насмешливо усмехнулся. - Или ты там со своими грешниками о манерах совсем позабыла?

  - Юлиан, я не намерена тебе приветствовать и уж тем более вести с тобой светские беседы, - ответила женщина с едва заметным раздражением. - Поэтому говори прямо, что тебе надо?

  Эльф лениво облокотился на спинку стула и с легкой печалью начал:

  - Понимаешь, мне все-таки пришлось убить госпожу Хейсу Эджерай. Перед этим я, конечно же, как ты и говорила, помог ей очистить душу от обязанности перед Некросом и даже выбрал для нее самый легкий способ смерти но, - Юлиан печально вздохнул, - ее душа куда-то делась.

  - А от меня ты, что хочешь? - лениво спросило отражение. - Я и так помогла тебе, подготовила сосуд для Акона...

  - Вот тут ты ошибаешься, - ласково перебил ее эльф. - Ты в первую очередь помогла себе, - последнее слово он выплюнул со злостью и призрением, но дальше голос вернулся в свою бархатную стать. - Потому что ты прекрасно знаешь, что я с тобой могу сделать за то, что ты натворила.