Жестокая сказка (СИ) - Ангелос Валерия

Мертвая тишина пугает. Во сто крат сильнее диких воплей. Истерических криков нет. Но черт раздери, что это вообще такое? Что здесь происходит?

- Т-ты… т-ты… - прерывающийся голос Шакала позади.

Он жив. А другие? Ни единого голоса не раздается.

Поднимаюсь, но до сих пор остаюсь на коленях. Наталкиваюсь взглядом на мощные ноги, облаченные в темные брюки. Перевожу взгляд выше – на крепко стиснутые кулаки. И еще выше – на голый торс, покрытый кровью. Лик зверя обнажен.

Маски долой. Мой пульс впадает в безумие. Дикий и неистовый. Он. Мой. Викинг? Нет. Рустам Ахметов? Тоже мимо. Просто – мой. Мужчина. Хищник. Воин. Завоеватель. И правитель. Хозяин мира.

- Т-ты… т-ты… к-как… - бормотание не затихает.

Сильные руки подхватывают меня под плечи, отрывают от залитого кровью пола и прижимают к мускулистой груди, впечатывают в горячее тело.

- Как ты посмел? – сипло спрашивает Шакал, вскрикивает: – Как?!

Не вижу, но чувствую: он оглядывается по сторонам. Видит то, что я видеть не должна. Не хочу. Не буду смотреть. Нет, нет. Не надо. Пожалуйста.

- Я не хочу, - повторяю вслух тихо, но твердо. – Прошу.

- Твое желание – единственный закон, - чеканит он.

- Но ты, - запинаюсь, вжимаюсь в него, запрокидываю голову, чтобы снова встретить взгляд черных глаз. – Ты хотел показать? Это важно для тебя?

- Они мечтали принести тебя в жертву. Годами вели охоту. Думаю, справедливо поменять роли местами. Каждый получает то, что заслуживает. Правда побеждает.

- Мне нужно увидеть? – судорожно выдыхаю. – Обернуться?

- Твой ад заканчивается здесь и сейчас, - ровно произносит Рустам. – Я отсек все лишнее. Обрубил. Эти ублюдки годами устраивали для нас испытания. Вот и я подготовил ответ. Ловушку, которую никому из них не суждено преодолеть.

- Если идешь через ад, нельзя оборачиваться, - выдаю я.

- Верно, - скалится. – Оставь дьяволу дьяволово.

- Я… - начинаю и замолкаю, до крови закусываю губу.

- Ступай, - говорит Рустам, мягко отстраняя меня, толкая за спину, направляет прямо к выходу.

Делаю несколько шагов. Застываю возле двери.

- Нет! – кричит Шакал. – Нет, ты обезумел… еще не поздно… договориться. Ты же понимаешь, этого не простят. Высший круг не простит. Ладно, Граф, но я… я…

Издевательский смешок.

Грохот рухнувшего на колени тела.

- Деньги, - предлагает Шакал. – Власть. Чего ты хочешь? Скажи. Назови цену. Мы найдем, как уладить вопрос. Ты сорвался. Понимаю, но ты… кажется, ты…

Я выхожу. Не оглядываюсь и не оборачиваюсь. Бросаюсь прочь.

Рустам сам возьмет все, что захочет. Никто ему не помешает.

Задерживаюсь в коридоре. Прижимаю ладони к бедрам, комкаю в скрюченных пальцах перепачканное кровью платье.

Может, стоит вернуться? Заступиться? Попросить. Помочь. Только – кому? Убийце? Преступнику? Тому, кто всю жизнь играл чужими судьбами, вовлекал людей в грязь, продавал и покупал, уничтожал, рушил все на своем пути.

Самосуд – не выход. Но здесь и сейчас это единственный доступный путь. Орден необходимо остановить.

Я продолжаю дорогу. Вперед.

Я делаю выбор. Принимаю своего мужчину.

Глава 82 

Я не спрашиваю Рустама о том, что именно он сотворил с Шакалом, каким образом отнял его жизнь. Просто, когда мой мужчина возвращается, понимаю: все кончено. Эта страница перевернута.

Размышляю о происшедшем некоторое время. Каждая мелочь учтена заранее, входит в четко продуманный план. Достаточно осознать, как давно прозвучали слова о том, что перед Викингом необходимо опуститься на колени. Детали формируют единую картину. Место, которое нельзя покидать. Проведенные на камнях границы. Стоило Шакалу лишь коснуться меня, Рустам сразу возник поблизости. Лязгом оружия отрезвил противника. Дальше метнул топоры прямо в отмеченные борозды, вероятно, этим и запустил скрытый механизм с лезвиями, активировал мясорубку. Никто не ждал, будто послушный приказам солдат вдруг взбунтуется и поведет собственную игру на уничтожение врагов. Все гости убиты: и мужчины, и немка, которая так сильно меня презирала и ненавидела. Кровавая бойня подвела итог. Я не уточняю, верны ли мои догадки, нет необходимости. Прихожу к этим выводам и останавливаюсь. Подробности излишни. Без того ясно, что наше прошлое отсечено, обрублено, изрезано на куски и выброшено прочь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Пора продвигаться. Будущее размыто и туманно. Орден не дремлет. Одержана победа в очередной битве, но война еще не завершена. История только начинается.

- Мы вылетаем в Германию, - сообщает Рустам. – В Мюнхен.

- Удачное направление для поездки, - говорю я. – Там мой отец проходит реабилитацию. Надеюсь, я смогу его посетить? Никаких проблем со встречей не возникнет?

- Я организую визит, - замечает ровно. – Обеспечу охрану.

- Зачем? – искренне удивляюсь.

- Ты моя женщина. Официально. Теперь к тебе будет повышенное внимание. Поверь, у нас хватает врагов, причем везде. В каждом городе, в каждой стране.

- Мне придется постоянно находиться под надзором телохранителей?

- Ты их даже не заметишь.

- Разве так бывает? – интересуюсь с долей недоверия.

- В этом и суть, - усмехается. – Они не должны привлекать лишнее внимание. Будут находиться рядом и жестко действовать в случае угрозы.

- Думаешь, меня попытаются похитить? – напрягаюсь от его слов. – Или… даже хуже того? Пожалуйста, объясни, что именно происходит.

- Важны не чужие попытки, а эффективность наших собственных действий, - заявляет невозмутимым тоном. – Без присмотра я тебя никогда не оставлю.

- Наверное, это должно меня успокоить, - выдыхаю сдавленно. – А получается совсем наоборот.

- Принцесса, - обнимает и крепко прижимает к своей груди. – Дракон сумеет защитить свое. Не волнуйся и не дергайся. Это вполне нормальная практика. Политики постоянно находятся под охраной. Бизнесмены. Актеры. Популярные люди нигде не гуляют одни.

- Но я обычная, я не… ладно, - нервно мотаю головой. – Постараюсь привыкнуть к новому образу жизни, когда каждый мой шаг отслеживают, разбирают, точно под микроскопом.

- Ты не почувствуешь давления, - обещает Рустам. – Никакого дискомфорта. Наличие охраны гарантирует безопасность, вот и все. Это облегчит жизнь, а не усложнит.

- Надеюсь, - киваю я.

- Кстати, твой брат прибыл в Мюнхен вчера, - продолжает без эмоций. – Решил навестить отца. Удачное стечение обстоятельств, ведь ты сможешь пообщаться сразу с обоими.

- Точно, - улыбаюсь. – И это просто совпадение?

- Ну разумеется, - заключает спокойно.

- Ты пойдешь со мной? – спрашиваю тихо. – В медицинский центр.

- Вряд ли нам стоит настолько торопить события, - отвечает Рустам. – Твоя семья не обрадуется мне, а я им тоже не очень рад. Понадобится больше времени для принятия сложившейся ситуации.

- У нас отношения, - замечаю я. – Долго скрывать не выйдет. И вообще, они же не знают всей правды. Про орден, про жестокие игры над судьбами невинных людей. Про то, что ты столько лет меня защищал, оберегал от опасности.

- Вот и не нужно их разочаровывать, - хмыкает.

- В каком смысле? – пораженно округляю глаза.

- Они привыкли ненавидеть меня. Пусть все так и остается. Будем работать над их восприятием постепенно. Рассказывать правду нельзя. Меньше знают – крепче спят.

- Я понимаю, про орден ничего объяснять не надо. Это тайна, причем очень опасная, а подвергать близких людей такой серьезной угрозе я не намерена. Но как насчет всего остального? Почему бы не открыть часть истины? Про наше общение в детстве? Про помощь, которую ты оказывал?

- Твои родные не готовы меня принять.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- А ты? – запинаюсь. – Готов?

- Придет день – и мы во всем разберемся. А пока тебе лучше встречаться с близкими без меня. Сомневаюсь, что твоему отцу стоит видеть меня, особенно после операции. Пусть окрепнет. Тогда и пообщаемся. Не дергайся. Скрывать наши отношения не собираюсь.