Антология мировой фантастики. Том 4. С бластером против всех - Алекс Орлов

Офицер пришельцев, худощавый и ловкий, элегантно-недоступный в своей черной с серебристой строчкой форме, с любопытством выглянул из бокового люка машины.

– Ты что, сдаешься, парень?

Майкл Вайерман кивнул.

– Тогда, ради Бога, отойди с дороги! Ты же не хочешь, чтобы тебя переехал тяжелый бронетранспортер?

Офицер подкрепил свои слова нетерпеливым жестом руки и Майкл Вайерман, продолжая как болванчик кивать, поспешно отступил на обочину. Офицер нагнулся и что-то крикнул, обращаясь к недрам своего броневика, покатившегося после этого вперед и остановившегося лениво бурча выхлопной трубой на обочине рядом с Майклом.

Колонна из шести бронетранспортеров с пехотой на борту пронеслась мимо них в клубах пыли и горячего ветра. Офицер что-то быстро проговорил, прижав к горлу кнопку микрофона и другой вездеход, близнец того, что стоял сейчас рядом с Майклом, оставил свою замыкающую позицию в арьергарде, набрал скорость, обогнал колонну и занял место впереди. Патрульная колонна исчезла за ближайшим к разоренному блокпосту поворотом. Майкл Вайерман остался на дороге один на один с вездеходом пришельцев. По обе стороны от них вдоль дороги поднимались ровные ряды почти одинаковых сосен. С севера горизонт заслоняла серая горная гряда.

Офицер выбрался из люка и уселся на борт вездехода, уперев каблуки высоких ботинок в металлический решетчатый выступ.

Чуть откинув голову назад, он некоторое время хмурил брови и рассматривал лицо и комбинезон Майкла Вайермана, потом быстро и нетерпеливо проговорил:

– Можешь опустить руки, парень. Теперь давай выкладывай - в чем дело?

Майкл Вайерман опустил руки так резко, что ладони хлопнули его бедрам.

– Я сдаюсь.

– Это понятно. Я спрашиваю о другом - почему ты это делаешь?

Явное замешательство было написано у офицера пришельцев на лице. Подобно девяносто девяти процентам пришельцев находящихся сейчас на Земле, этот человек был слишком молод и вряд ли участвовал в компании по захвату планеты, да и в любой другой войне тоже. Как член одной небольшой изолированной расы, проживающей внутри другой расы, очень схожей внешне, но при этом физически лишенной возможности заводить совместное потомство, офицер общался с коренными обитателями только ввиду крайней необходимости, знал их мало и не ожидал неприятностей с их стороны. Он конечно же был в курсе того, что в горах скрываются повстанцы, но не привык к неприятностям и с этой стороны тоже. Также как и остальные его молодые сослуживцам, он жаждал дела, мечтал быть переведенным на передовую к тем звездным системам, где жизнь отличалась от скучной рутины, пускай даже и прерываемой иногда известными дозволительными развлечениями гарнизонной службы.

Поэтому не было ничего удивительного в том, что, увидев перед собой пожелавшего сдаться повстанца, пришелец был крайне удивлен. Все объяснялось очень просто. Диссиденты и повстанцы скрывались в горах, и это было их коренным свойством, в результате чего жизнь офицера и горных обитателей протекала как бы в параллельных непересекающихся мирах. Несмотря на то, что совсем недавно он на всех парах мчался к месту неожиданной кровавой расправы над собственными товарищами, сознание его еще не зарегистрировало этой перемены в жизненном круговороте. Поэтому к Майклу Вайерману он отнесся только одним совершенно естественным образом: как к вторгшемуся в четко установленный приятный мир загадочному незнакомцу, поведение которого малопонятно и потому раздражающе.

Неожиданно офицера, ожидающего ответа Майкла, осенила запоздалая мысль - все это могло быть простой ловушкой, засадой. Он вздрогнул, напрягся и принялся крутить головой, с тревогой всматриваясь в полумрак под деревьями. Но уже через несколько секунд он догадался, что настоящая ловушка уже давно захлопнулась бы и он был бы мертв. Понимая, что проявил беспечность, и еще более взволновавшись от мысли о том, что только благодаря счастливой случайности остался жив, офицер бросил резко:

– Так что скажешь?

Майкл Вайерман задумался, но короткого и вразумительного ответа для описания сложного состояние души своей придумать так и не смог. По правде говоря, он сам себя не понимал. Он принял решение под влиянием внезапного порыва и вот результат - он здесь.

– Я решил, что с меня хватит, - проговорил он. - Я выхожу из игры.

– Ты решил, что с тебя хватит убивать наших солдат и пора попробовать поискать себе какое-нибудь другое занятие? Так тебя понимать?

Майкл Вайерман потряс головой.

– Насколько я знаю, я не убил ни одного из ваших солдат. Я участвовал в нападении на блокпост и стрелял по нему. Возможно, я попал в кого-нибудь - я не знаю. Но это могло произойти только случайно. С меня хватит, я больше не хочу стрельбы.

– А ну-ка, открой рот, - внезапно приказал ему офицер. - Я хочу посмотреть твои зубы.

Увидев, что Майкл не понимает его, пришелец пришел в ярость:

– Открывай рот, сказано тебе! Давай, быстро!

Чувствуя себя круглым дураком, Майкл с трудом разлепил губы. Так же неожиданно офицер протянул вперед руку и пощупал его одежду. По всему было видно, что офицер делает какие-то выводы для себя из этих исследований, и Майкл Вайерман не сразу понял, с чем это могло быть связано. Офицер посмотрел на него очень внимательно.

– В горах ты совсем недавно. И этот комбинезон на тебе, он сшит не на Земле. Откуда ты взялся?

Придумывать что-то и выкручиваться было слишком поздно. Майкл почувствовал, что просто не в силах заставить себя произвести какой-то звук. Он просто стоял, похолодев, и тряс головой, поняв наконец, чем на самом деле грозит ему пленение. Он должен прекратить об этом думать, решил он. Думать и решать нужно было раньше. Он ступил на дорожку, сойти с которой сможет только тогда, когда она, очень скоро, приведет его к неизвестному, но наверняка печальному концу.

Итак, Майкл Вайерман на собственной шкуре почувствовал, что означает попасть в плен. Пленный человек уже не тот. Майкл печально вздохнул, больше не обращая внимания на то, высоко ли у него поднята голова и широко ли развернуты плечи.

– Я прилетел с Чиерона, - признался он. - Десять дней назад меня сбросили на парашюте в горы.

– Ты центаврианский шпион?

– Я свободный землянин, - резко ответил Майкл Вайерман.

Офицер пришельцев с минуту подумал. Потом ответ был им найден.

– Ого, вот оно что, - он снова откинулся назад. - «Правительство в изгнании» - вот ты откуда?

Майкл Вайерман кивнул.

– И ты решил сдаться в плен.

Офицер поиграл с переключателем каналов на висевшей на поясе коробочке передатчика.

– Очень интересно.

Наконец он решительно включил передатчик.