Мир принцев - Вера Чиркова

И снова четверо парней вьются по кругу, и после первого прохода внезапно остается лишь один, высокий и темноглазый, с нахальной усмешкой. Он сделал несколько резких, быстрых танцевальных движений, превращаясь в вихрь и резко замер, опустив руки. А через миг взмахнул ими и вверх взвился яркий шелковый платок. Он медленно опадал, окутывая струящимися складками танцора, ставшего неожиданно невысоким и хрупким.

Принц даже за амулет схватился, заподозрив магию. Но магии не было, а музыка вновь сменилась и по кругу поплыла явно женская фигурка.

В этот момент принц одобрительно улыбнулся первый раз.

Девушка, как и предыдущая, потеряла свой платок после первого круга, но зрителям было не до него. Шоколадная фигурка в длинных шароварах и тунике точно такого же цвета как и кожа, с распущенными черными локонами и с алой полумаской на лице.

Ей не нужно было делать особенных па, она привлекала внимание своей необычностью.

И снова летели по кругу парни, оставив на этот раз солировать светловолосого голубоглазого парня.

Он лихо станцевал довольно сложный танец, а когда остановился, выхватил из-за ширмы рыжеволосую и, крутнув в крепких руках, вытолкнул на середину сцены.

Этот танец у нее был совсем не похож на первый, намного быстрее и разнообразнее движения, ярче костюм, четче ритм.

Принц снова одобрительно улыбнулся. Выступление труппы не отпускало ни на мгновение.

И снова пролетели парни, оставив для сольного выступления зеленоглазого красавчика. Его быстрый танец напоминал бой на мечах, и кто-то из невозмутимых слуг ахнул, когда навстречу его выпаду кто-то бросил из-за ширмы завернутую в темный шелк берзийку.

Но красавчик девушку ловко поймал, поднял вверх на вытянутых руках и сделал полный оборот на одной ноге. Поставил аккуратно на ноги, ловким движеньем сдернул покрывало, и вместе с ним исчез за ширмой.

Теперь на ней был алый костюм и алая роза в волосах.

И танец был живой, зажигательный, с совершенно неизвестными принцу движеньями.

А тордизанку они что, для коллекции возят? Принц неожиданно вспомнил, что еще не танцевала самая заурядная на вид девушка.

А по сцене снова кружили парни, на этот раз накрыв головы тумастанскими белоснежными платками и сменив простые туники на полупрозрачные, вышитые шелком.

Принц весь подобрался, когда начал танец их старший, Камил, как шепнул дворецкий.

Его высочество благосклонно кивнул старику, не спуская глаз со сцены, где тумастанец то крался как змея, то летал птицей, то мчался степной пантерой.

И вдруг словно сломался, застыл, отступая за ширму, а по сцене уже плыла под нежную мелодию эльфийской свирели гибкая фигурка в простом белом платье до пола и с невесомым белым шарфом в руках. Длинные темные волосы, заплетенные в косу, перекинуты на грудь, а на голове странный высокий венок с бахромой из белых бусинок.

Так необычайно плавно двигалась девушка по сцене, словно ступала не по вытертым доскам, а плыла на чем-то невидимом по воде. И летел вверх платок, и она становилась то листком на осеннем ветру, то снежинкой в студеный день, то потянувшимся к солнцу первым весенним цветком, робким и чистым.

Музыканты поймали мелодию, вступили сначала осторожно, тихонько, потом, осмелев, добавили громкости.

Подошел к ним поближе красавчик со свирелью, начал рукой задавать темп.

Принц сидел совершенно очарованный танцовщицей, и злой на самого себя. Не сумевшего с первого взгляда угадать, кто в этой труппе прима.

А танцоры словно забыли про него, работали в полную силу, оттачивали движенья, синхронность, считали шаги и такты. И тут принц снова заметил нечто, о чем совершенно не догадался вначале. Танцевали все, и парни и девушки, кроме тордизанки. А она тихонько сидела на поставленном в сторонке сундучке и молча наблюдала. Но когда кто-то делал неправильное движение или не успевал в такт, она вставала рядом и показывала. Столько раз, сколько это было нужно. И когда музыканты не смогли понять, что от них хотят, подошла и наиграла на свирели. И получилось у нее значительно лучше, чем у красавчика.

Значит, именно она и была их истинным главой – с досадой решил принц.

Наконец они закончили тренировку, собрали свои вещи и слезли со сцены. И снова парни заботливо сняли девушек, поразив принца своими манерами.

Камил подошел к принцу и, вежливо склонив голову, спросил, как считает его высочество, могут они в ближайшем времени рассчитывать на выступление в королевском дворце?!

Принц и сам хотел им это предложить, но такая почтительность приятно согрела его сильно пострадавшее за последние сутки самолюбие.

Он покровительственно кивнул тумастанцу и ответил, что после обеда они вместе тронутся в путь. И возможно уже сегодня вечером его величество сможет оценить их мастерство!

Глава 35.

Обедать их пригласили в маленькую, уютную столовую и не было сегодня ни слуг с кинжалами, ни принца.

О том, что его высочество не сможет с ними пообедать из-за важных дел, вежливо предупредил дворецкий, едва они вошли в комнату.

Зак только едва заметно хмыкнул. Знал он, что это за важные дела.

Команда, предупрежденная Заком, вела себя так же сдержанно и пристойно, как и при принце. Близкое присутствие которого Зак отлично чувствовал по наличию собственноручно изготовленного амулета, висевшего на высокородной груди.

Ну, это северные принцы себя так называют. Высокородными. Утверждают также, что у них и кровь не такая, как у простого народа. Хотя, доподлинно известно, когда много веков назад пришли сюда их предки, спасаясь бегством от жестокого хана Карая, кровь у всех была одинаковая.

И когда много позднее, один из молодых северян, взял силой власть вначале в своем племени, а потом в беспощадной войне захватил и присоединил соседние, кровь у него тоже была нормальная, по свидетельству лекарей. Не раз зашивавших раны беспощадному захватчику. Да и у его сыновей, крепко держащих в руках власть, и по мере возможности добавлявших к своему владению очередные земли, с кровью все было в порядке.

Когда объявляли свою страну королевством, когда резали в борьбе за власть братьев, даже, когда всходили на трон бастарды, кровь не менялась. И даже, когда произошла смена династии, кровь оставалась такой же, как у всех. И вдруг, пару веков назад, начали вещать об особой крови, издревле данной королю богами, как знак отличия от простолюдинов. И даже легенд на эту тему насочиняли и баллад понаписали. И теперь все принцы своей неземной родословной гордятся, старательно забывая, что один из их дедушек никак не мог быть сыном своему венценосному отцу, ибо был тот телом немощен и духом слаб. А мать его, королева иностранка, отличалась завидной любвеобильностью, и ночевала где угодно, только не в покоях мужа.