Стальная империя (СИ) - Васильев Сергей Александрович

В ставке Верховного главнокомандующего.

Император сидел, расслабившись в кресле, и молча наблюдал, как на его столе росла стопка прошений об отставке. Не испытывал ни сожаления, ни радости. Адмиралы, честно отстоявшие свою вахту во время последних битв на море, генералы, не покинувшие пост в битвах за Маньчжурию и Забайкалье, к сожалению, были солдатами тех войн, каких в ХХ столетии уже не будет. Битвы моторов, скорострельного оружия и боеприпасов огромной разрушительной силы диктуют принципиально новые требования к морально-волевым качествам командиров. Крейсер, потопивший военный корабль врага и занимающийся спасением экипажа, немыслим в новой жестокой действительности, как и освобождение из плена под честное слово не брать больше в руки оружия. А эти генералы воевать по-другому, цинично и жестоко, уже не смогут. Пусть уходят с миром, с высоко поднятой головой, с чувством выполненного долга и обиды за лишение их права принять победный парад в столице поверженного врага. Это пройдет со временем…

Важно, что мучительно-рискованная военная кампания окончена, дело сделано неплохо. Британия ослаблена настолько, что ни о каких геополитических проектах типа Антанты не помышляет, но не так сильно, чтобы стать лёгкой добычей для тех же тевтонов. Сунется Вилли на остров — дадут по зубам англичане, изрядно ощипанные, но непобежденные, получившие хороший опыт войны нового типа. И тем, и другим предстоит долгая утомительная возня вокруг британских колоний. А в той избушке свои погремушки. Один на один, кайзер с королем, пожалуй, справился бы, да только на то же наследство претендует Америка, Япония и с десяток игроков рангом пониже. И этого занятия им всем на 10–15 лет, не меньше…

А мы за это время будем строить и учиться. Превращать аграрную архаику в промышленную технократию. А еще снабжать воюющие стороны оружием и боеприпасами. И экспансия наша будет носить точечно-сырьевой характер. В Маньчжурии это аграрные Кирин и Барга, позволяющие не ломать голову над продовольственной безопасностью Сибири и Дальнего Востока, это железо Аньшаня, алюминий Ляонина и нефть Фушуня. Нефть — приоритет! На этот раз он дотянулся до всего, о чем знал — Месопотамия, Аравия, Персия и даже Борнео. Везде эксклюзивные концессии Российских компаний, повсеместно присутствуют горные инженеры империи, имеющие вторую, не гражданскую специальность и числящиеся на службе по военному ведомству. Осваиваются, врастают неприступными бастионами в неприветливые пески внешне частные, а на деле — глубоко интегрированные в государственное тело нефтедобывающие компании. Вот тут Гучков на своём месте и занят так, что ему на революционные глупости времени уже не хватает.

Нефть, алюминий, железо — это то, что будет иметь решающее значение в ХХ столетии. Поэтому он сам предложил Швеции обмен — Финляндское княжество, грубо поправшее унию, на железнорудную продукцию Кируны. Шведский властитель пытался возражать, но броненосцы на рейде Стокгольма — серьезный аргумент. Договорились поменяться по-свойски, на 50 лет, а там посмотрим… Рудники отгружают первое сырьё в экстренно отстраивающийся Мурманск, а шведские драбанты наводят порядок в Гельсингфорсе, вдумчиво развешивая по фонарям финских националистов. Завтра “сумрачный тевтонский гений”, потолкавшись по европейскому железнорудному безрыбью, вольно-невольно обратится за сырьём к своему восточному соседу. Тут мы его и будем ждать с чрезвычайно выгодными и единственно возможными для него условиями — сталь и нефть в обмен на заводы и технологии.

Франция ничего не может предложить на этом празднике жизни и она продвигает свои иезуитские хитрости — инициативы, из которых во все стороны торчат уши “Опус Деи” — собрать “Лигу наций” и передать ей все права по урегулированию спорных международных вопросов. С этими хитрованами он церемониться не стал — в лоб заявил: “Россия будет участвовать в работе тех международных организаций, где имеет право вето.” Французы удалились озадаченными. Русская миссия в Ватикане доложила, что вместе с ними озадачился и сам Папа.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Впрочем, папское изумление не идет ни в какое сравнение с ротшильдовским. Пока главный дипломат клана выяснял отношения с самодержавием в Кремле, практически всё молодое поколение его семьи по личному приглашению русского царя и императорского географического общества со всем возможным комфортом было перемещено из Европы в Азию и путешествовало под надежной охраной по Сибири, Памиру и Тибету в компании с Ионовым, Корниловым, Громбчевским и Маннергеймом. Эдмон — умница, сразу смекнул, что таким оригинальным образом были замечены и оценены попытки Ротшильдов влезть во внутреннюю политику России с черного хода… Обязательно надо наградить старого Канкрина. Полтора года тщательной подготовки, больше тысячи задействованных агентов, даже не подозревающих о конечной цели операции. Филигранная работа. Ну а молодые Ротшильды будут путешествовать, пока старшее поколение не выполнит взятые на себя обязательства. Возвратить в Россию украденные при их участии бюджетные средства, прекратить финансировать революционно-террористические организации и сепаратистов. В качестве штрафных санкций — налоги в Англии и Америке. Они должны быть минимум в два раза выше российских. Ведь новый флот стоит дорого!

Всё перечисленное — только благоприятный фон для решения Главной Задачи, ради которой он так старательно разжигал весь сыр-бор. На краю стола лежит подписанный манифест о новом порядке управления страной, ставящий жирный крест на самодержавном правлении. Сегодня его зачитают на собрании Главного Политического Управления, завтра опубликуют газеты и уже никто не сможет развернуть этот океанский лайнер.

Его личное изобретение — двухпалатный Государственный совет с разделенными полномочиями. Законодательное собрание из выборных депутатов. Приходят со своими пятилетними программами, одобренными избирателями и обязаны их реализовать, иначе — суд — приговор — Сибирь на следующую пятилетку. Там народные стройки только разворачиваются.

А вот в сенат, ведающий исполнением законов и назначениями чиновников, никого не избирают и не назначают. Это — представительство тех, кто является становым хребтом государства. Здесь собираются лучшие организаторы производства. Семь постоянных мест забронированы за отраслями-интеграторами, связывающими страну в единое целое государственными монополиями — образование, наука, оборона, продовольствие, медицина, энергетика, пути сообщения. Остальные отданы предприятиям, ставшим мировыми лидерами в своей отрасли. Чем таких будет больше, тем лучше. Чтобы управлять страной не потребуется выслуживаться и интриговать, достаточно хорошо строить и производить. И если делаешь это лучше других — добро пожаловать в ареопаг избранных.

Для самого императора такой способ формирования высших государственных органов был непривычен, но личный неудовлетворительный опыт участия в различных представительных организациях просто вопил о необходимости нестандартных решений. Если вы хотите получить то, чего у вас никогда не было, вы должны сделать то, что никогда не делали. А не было никогда в России одновременно независимости и преемственности политики. В Великобритании её обеспечивал долгосрочный консенсус лэндлордов и банкиров Сити, в Америке — негласные соглашения финансистов Уолл-стрит. Ну а в России, с ее традиционными патерналистскими отношениями и отсталой архаичной экономикой, логика обстоятельств требует отдать бразды правления строителям-промышленникам. В Англии и в САСШ им в горло уже вцепились финансисты и сожрут, рано или поздно. Вот тогда и окажется, что Россия — единственная страна, управляемая инженерами и учёными, а не спекулянтами и ростовщиками. Тихая пристань для желающих что-то создавать своими руками, а не стричь купоны… Да, технократия! Но что такого страшного в этом слове? Технари создают рабочие места и выпускают необходимую народу продукцию, куют плуги и оружие победы. Они же — смертельные враги ростовщиков, спекулянтов и прочих паразитов, традиционно прячущих за государственной вывеской свой корыстный интерес. Паразитов — к ногтю!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})