Всем врагам назло! - Елена Харькова

Вскоре Продюсер устроил им первое выступление в сборном концерте, посвящённом юбилею одного довольно крупного завода. Выступающих было много. Среди них было несколько популярных певцов и двое известных сатириков, а из новичков были они с Юлькой и ещё какая-то группа лохматых парней в рваных джинсах. Анжелика с Юлькой должны были спеть одну песню о ковбое, который вместо того, чтобы ухаживать за девушками, ухаживал за лошадьми, а девушки в образе Анжелики и Юли всячески пытались его соблазнить. Вот такая незатейливая песенка.

Их выступление было девятым по счёту. Девушки стояли за кулисами и с восторгом смотрели на выступающих. Когда мимо них на сцену проходила очередная знаменитость, Юлька дёргала Анжелику за руку и, задыхаясь от счастья, визжала: «Олька, Олька, смотри, кто пошёл! Боже, и он здесь поёт! Господи, какое чудо! Мы выступаем в одном концерте с такими звёздами! Охренеть!»

Под восьмым номером выступал Юрий Антонов, и тут девчонок сковал такой страх, что руки и ноги затряслись, а во рту всё пересохло. Они следующие!!! Вот уже зазвучали аплодисменты, Антонов кланяется, берёт цветы и уходит со сцены. Конферансье торжественным голосом объявляет:

– А сейчас перед вами выступит открытие этого года – новая группа «Нимфы». Встречайте!

Зрители вежливо захлопали. Нужно идти на сцену. Анжелика оглянулась на Юльку. Та стояла как вкопанная, глаза её из миндалевидных превратились в круглые, как у лупоглазой рыбы, лицо стало мертвенно-бледным, зато уши пурпурно-красными. Подруга смотрела куда-то в пространство и ни на что не реагировала.

– Пойдём! Ну пойдём же, нас уже объявили, – тормошила её Анжелика, но Юлька лишь мотала головой и вовсю упиралась, не желая выходить на сцену.

– Юлька, ну ты чего? Струсила? Но почему? Ты ведь миллион раз в своём ресторане на сцене пела. Представь, что это ресторан.

– Какой к чёрту ресторан! – взвыла подруга. – Я ни разу на сцене не выступала! Я только на школьных концертах пела. Но там были все свои, а здесь… Я боюсь выступать! Я не пойду туда!

Аплодисменты стали ещё громче. Публика недоумевала: ну где же там «открытие этого года»? Конферансье из другой кулисы со зверским лицом махал им руками. Что же делать?! Анжелика дико разозлилась. Она схватила Юльку за руку и почти силой вытолкнула её на сцену. Та, чуть не потеряв ковбойскую шляпу, кое-как её нахлобучила на голову и опасливо посмотрела на зрителей.

Зал дружелюбно зааплодировал очаровательным девушкам. Включили музыку, и девчонки начали танцевать, при этом сексуально улыбаясь. Улыбку Юльки, правда, сексуальной можно было назвать с большой натяжкой, скорее она была похожа на застывшую гримасу.

Музыкальное вступление песни закончилось, и Юлька должна была начать петь. Анжелика уже открыла рот, чтобы изображать пение, но подруга почему-то молчала. Увидев совсем недоброжелательный взгляд «сестрички», насмерть перепуганная Юлька еле прохрипела:

– Я не могу петь! У меня пропал голос!!!

У Анжелики сердце ушло в пятки. Какой стыд, какой позор! Один куплет они протанцевали молча. Анжелика была в ужасе.

«Что же теперь делать? Изобразить, будто мы танцевальный дуэт? Допустим, публика это проглотит, правда, удивится, зачем же у танцевального дуэта в руках микрофоны. А вот Митрич с Продюсером нам потом головы оторвут и вышвырнут на улицу. Сто процентов! И весь мой коварный замысел полетит псу под хвост! Чёрт!»

Анжелике ничего не оставалось делать, как со злостью прошипеть подружке:

– Эй, выдра, открывай рот и шлёпай губами. Я сейчас петь буду.

И Анжелика начала петь в микрофон слова припева:

– Эй, ковбой, потанцуй со мной! Обними мой гибкий стан и прижмись щекой.

Анжелика даже удивилась, как красиво зазвучал её голос через микрофон. Юлька тоже была поражена и на мгновение застыла с открытым ртом. Анжелике пришлось её ущипнуть. Юлька тут же опомнилась и стала добросовестно открывать рот, изображая пение. Таким образом, они благополучно допели песню, правда, без последнего куплета, поэтому публика так и не поняла, кого же предпочёл тот дурак-ковбой – этих соблазнительных девушек или своих лошадей.

Зал разразился бурными аплодисментами. Но скорее всего это не из-за таланта девушек, а просто потому, что на заводе работали в основном мужчины и такие молоденькие сексапильные красотки пришлись им по вкусу.

Девчонки, запыхавшись, вбежали в гримёрную.

– Та-а-ак! Значит, говоришь, ты петь не умеешь? – заорала вдруг Юлька, как только за собой захлопнула дверь. – Ах ты подлая обманщица! Я, значит, должна была всё время глотку драть, а ты решила за мой счёт прохлаждаться, да?!

– О! Вот и голос прорезался! – ещё громче закричала Анжелика. – Скажите, пожалуйста! Как теперь-то завизжала! Можешь, значит, орать. А где же у тебя был голос, когда мы на сцене позорились? А? В задницу провалился?

Но Юлька и не думала считать себя виноватой в чуть было не сорвавшемся выступлении.

– Да хоть бы и в задницу! По крайней мере я очень рада, что вывела такую лгунью, как ты, на чистую воду!

У Анжелики аж дыхание перехватило от такой наглости.

– Это я-то лгунья?! Я?!! А ты кто же тогда? Кто врал как сивая козлиха, что поёт в ресторане? «Ах, мои фанаты толпами ходили меня послушать! Ресторан теперь без меня, блин, обанкротился!» – кривляясь, передразнила она Юльку. – Лживая выдра!

– А ты хитрожопая крыса!

– Что?! А ты…

Неизвестно, чем бы закончилась эта перепалка, но тут раздался стук в дверь.

– Вы чего закрылись? – послышался голос Продюсера.

Юлька зло сверкнула глазами и направилась к двери, но Анжелика рывком её остановила и прошипела:

– Если скажешь ему, что я умею петь, – пожалеешь! Я ночью твой парик побрею!

Юлька на минуту замерла, глядя в пылающее злостью лицо подруги, но потом вырвала руку и открыла дверь.

– Ну, красотули, поздравляю! Это успех! – радовался Мишель. – Я сидел в зале и слышал, как публика на вас реагировала. Все реплики передавать не буду, думаю вам это слышать ни к чему, но скажу, что впечатление вы произвели огромное. Кстати, Юля, как сегодня твой голос интересно звучал! Надо спросить звукооператора, как он микрофон настроил. Ну ты молодец, молодец! Дай-ка я тебя поцелую.

После поцелуя Юлька совсем растаяла. О том, что это пела Анжелика, девушка решила промолчать.

«Ладно, пусть это будет нашим секретом. Будем с Олькой по очереди петь. Свой голос ведь тоже надо иногда беречь».

С тех пор они так и стали петь: то Анжелика, то Юлька. Продюсер с Митричем никак не могли понять, что происходит с Юлиным голосом, почему он так меняется.

Выступали они в ночных клубах, иногда в таких же сборных концертах, как и в первый раз. Зарплату Продюсер им не платил, только выдавал деньги на еду и иногда на одежду, если попросят. Просила, конечно, Юлька, а Анжелика считала это унижением своего достоинства. Но в принципе вся одежда у девушек была общая, поэтому купленные вещи «сестрички» носили по очереди.