Гонка разоружения - Скотт Риттер

Комментарии Бессмертных были повторены на более поздней встрече посла Мэтлока, заместителя министра иностранных дел Виктора Карпова и советского представителя в Специальном контрольном комитете, посла Стрельцова. Ни при каких обстоятельствах, сказал Карпов Мэтлоку, нельзя допустить, чтобы действия американских инспекторов в Воткинске нарушили производственный

график Воткинского завода. Посол Карпов подчеркнул тот факт, что действия США уже задержали производство ракет на девять дней, хотя Меморандум о соглашении допускал это только на четыре часа. Карпов пришел к выводу, что Воткинский завод выполнил все обязательства, взятые на себя по договору. Вина за кризис, по его словам, лежит исключительно на американской стороне.

Стало очевидно, что Воткинский ракетный кризис придется разрешать делегации во главе с доктором Джорджем Луком, которая должна была прибыть в Москву 11 марта и отправиться в Воткинск на следующий день. Именно на этом этапе в Воткинске было принято тактическое решение, которое значительно облегчило бы работу Лука и его команды. Во время прямых бесед между командующим американским участком Роем Питерсоном и начальником отдела 162 Анатолием Томиловым о технических деталях спора Томилов указал, что время для разговоров давно прошло и что каждая сторона должна сосредоточиться на завершении раздела отчета об инспекции, «комментариях», с их собственным описанием событий.

Джон Сарториус сообщил Рою Питерсону об абсолютном требовании, чтобы как американская, так и советская стороны придерживались единого мнения относительно точной природы разногласий по поводу КаргоСкана, иначе они рискуют попасть в ловушку конкурирующих повествований, разгадка которых не только отнимет много времени, но и еще больше затуманит картину и связанные с этим технические вопросы. Джон смог сослаться на более ранний инцидент, произошедший 15 декабря 1989 года, связанный с использованием камер для записи спора по поводу утверждения о несанкционированном доступе американских инспекторов к объекту КаргоСкан, который в то время все еще находился в стадии строительства. Затем и американская, и советская стороны представили свои собственные версии событий, касающихся рассматриваемого инцидента, в соответствующем разделе «комментарии» отчета об инспекции, создав конкурирующий список обвинений и встречных обвинений, которые обе стороны сочли контрпродуктивными. Только в первую неделю января 1990 года обе стороны смогли согласовать общую версию, которая затем была направлена в Специальную комиссию по проверке для принятия решений.

Джон поделился своим беспокойством по поводу повторения этого подхода с полковником Коннеллом, который согласился и поручил Джону обратиться к Рою Питерсону и получить его разрешение начать работу со своими советскими коллегами над согласованным общим языком, который будет включен как в раздел «комментарии» США и СССР в отчетах об инспекциях, документирующих договор. Рассматриваемая двусмысленность в данном случае касалась вопросов, относящихся к оперативному статусу КаргоСкана.

В то время как вокруг него разворачивался кризис, Джон, Сэм Израэлит и советские сопровождающие уединились в конференц-зале OSIA, работая над текстом совместного повествования на английском и русском языках, который будет включен в раздел «комментарии». Эта формулировка имела решающее значение для определения точной природы противостояния. Точность, проявленная Джоном, Сэмом и советскими сопровождающими в формулировках, которые в мельчайших деталях отражали технические проблемы, стоявшие на кону, должна была принести огромные дивиденды, как только американская и советская делегации прибыли в Воткинск для переговоров о выходе из тупика с КаргоСканом.

Доктор Лук, Карен Лоусон и другие члены делегации США вместе с Джорджем Коннеллом прибыли в Воткинск утром 12 марта. Советская делегация во главе со Львом Кокуриным прибыла в тот же день. Делегация США была расквартирована на даче Устинова, в то время как сами переговоры проходили в американском конференц-зале, расположенном в здании Рузвельта. В меморандуме, подготовленном для делегации Лука, Рой Питерсон изложил четыре «показательных» вопроса, которые требовали решения, прежде чем Советы согласятся разрешить отображение ракеты SS-25 с помощью КаргоСкана. Это были помехи изображений, глубина сканирования, геометрия детектора и хранение/стирание данных изображения. В течение следующих четырех дней доктор Лук и Лев Кокурин оценивали соответствующие позиции США и СССР. Общий язык в разделе «комментарии» отчета об инспекции значительно облегчил эту работу, равно как и подробные тематические документы, подготовленные Джоном Сарториусом и Сэмом Израэлитом, объясняющие соответствующие технические детали.

В конце концов, доктор Лук согласился принять практически все советские рекомендации, которые были представлены на рассмотрение относительно работы КаргоСкана с декабря 1989 года. Что касается проблемы помех, было решено включить рентгеновский аппарат Linatron только за одну секунду (по сравнению с пятью секундами) до начала съемки. Что касается продолжительности сканирования, доктор Лук согласился принять советскую рекомендацию о том, чтобы затвор начинал открываться через 180 миллисекунд в сравнении с 200 миллисекундами до начала проявления изображения; что касается геометрии детектора, доктор Лук принял советский метод расчета, согласившись удалить два детектора из электронной установки.

Единственной областью, в которой доктор Лук применил американский способ решения проблемы, было хранение магнитных лент, используемых для записи изображений, сделанных КаргоСканом. Советы настаивали, и доктор Лук согласился с ними, что ни одна магнитная лента никогда не покинет Воткинск. Более того, сами ленты будут храниться в модуле управления КаргоСкана с использованием американского замка и советской печати. Но доктор Лук настоял, и Советы согласились, что изображения на ленте будут сделаны на двух шестнадцатеричных распечатках данных, по одной распечатке с каждой стороны, которые затем будут включены в ежемесячный отчет о проверке. Доктор Лук также потребовал, чтобы были сделаны две полароидные фотографии с одним видом изображения КаргоСкана, который будет выбран дежурным офицером США, который также будет доведен до сведения обеих сторон и включен в ежемесячный отчет.

Доктор Лук и Лев Кокурин согласились с несколькими меньшими проблемами, большинство из которых требовали согласования разработанных на местном уровне «объективных критериев» между инспекторами США и представителями Воткинского завода, и ни один из которых не препятствовал бы эксплуатации КаргоСкан. Кроме Того, доктор Лук наконец-то преодолел затор в документации КаргоСкана, проинструктировав инспекторов США опубликовать всю документацию, хранящуюся в настоящее время на месте, которая может быть использована для ремонта и технического обслуживания КаргоСкана. Многие из этих документов были утаены инспекторами на основании предыдущих директивных указаний, полученных из правил и предписаний управления безопасности оборонных технологий (DTSA), регулирующих Советский Союз, и их отсутствие значительно нарушило процесс установки КаргоСкана.

Инспекторы, вовлеченные в кризис по делу КаргоСкана, получили высокую оценку руководства OSIA за свою работу. Генерал Ладжуа направил официальное письмо с признательностью всем членам инспекционной группы объекта Воткинск, в котором он заявил, что их коллективная работа «на первом плане внедрения РСМД в течение очень сложного периода» была «весьма похвальной». Ладжуа продолжил, отметив, что «при осуществлении процесса инспекции в весьма сложных обстоятельствах