Рыбы России (Том второй) - Леонид Сабанеев

Рис. 92. Чехонь

Как видно из названий и по рисунку, чехонь имеет некоторое сходство с саблей, или, вернее, косарем, и отчасти напоминает селедку. Коренное же название этой рыбы, по мнению некоторых, происходит от слова «чешуя», которая у нее легко спадает и потому обращает на себя внимание, но вернее предположить, что и чёша и чехонь даны ей тоже по форме тела и происходят от тесать, тёша, где трудно выговариваемое г заменилось буквою ч.

По форме своего удлиненного и сильно сплющенного тела чехонь легко отличается от других карповых рыб; спина у нее почти совершенно прямая, брюхо очень выпукло, остро, и вся рыба представляет большое сходство с бердышом или короткою саблею. Боковая линия у чехони лежит очень близко к брюху и притом идет не прямо, а зигзагами. Спина у нее серовато-бурая, бока и брюхо серебристо-белые, спинной и хвостовой плавники серые, нижние имеют красноватый оттенок; глаза серебристые. Чехонь достигает значительной величины — до аршина[141], но никогда будто не бывает тяжелее трех фунтов; большею частию она имеет в величину около 1½ фута и весит не более 1½ фунта.

Рыба эта имеет довольно ограниченное распространение. Она встречается исключительно в реках Черного, Азовского, Каспийского морей, также в Аральском море и в среднем и нижнем течении Сырдарьи. В реках Балтийского моря она встречается уже гораздо реже, а на севере ее нет вовсе. Вообще чехонь принадлежит исключительно средней и особенно южной России, и здесь, за исключением Кубани, в которую входит в небольшом числе, Куры и некоторых других собственно кавказских рек, принадлежит к числу самых обыкновенных рыб. В Германии она редка и замечается большею частию у устьев рек, впадающих в Балтийское море (Эльба, Висла); в Австрии попадается в Дунае, где изредка доходит до верхнего ее течения; весьма замечательно, что она всего многочисленнее здесь в Платенском озере, где ловится и употребляется в большом количестве в пищу бедным классом населения. На запад чехонь, по-видимому, не доходит до Рейна, а также вовсе не встречается в Швеции, Англии и всей Южной Европе. У нас северная граница распространения этой рыбы проходит во Финскому заливу, Неве, южной части Ладожского озера и р. Свири; в озере Ильмень она нередка, особенно зимой, и встречается даже в его заливах. На Маете чехонь попадается изредка весною, в Онежском озере она уже никогда не замечается. В южнорусских реках, а также Волге чехонь водится в наибольшем количестве в низовьях, в устьях, а также в самом море, так как не избегает соленой воды, даже, пожалуй, предпочитает ее речной; однако в южном Каспии она встречается очень редко. В Тереке она обыкновенна, но неизвестно, как часто попадается в Урале. Из Волги она заходит во все более значительные реки: Уфу, Белую, Каму[142], Вятку до города Вятки, в Оку до Калуги, а годом и до Орла, в Свиягу, в Унжу, Ветлугу, Кострому, Шексну до Белоозера, Мологу и даже Тверцу, но выше Твери чехонь уже вовсе неизвестна. В северной части Азовского моря чехонь весьма многочисленна и вдет отсюда в Дон, откуда заходит изредка в Донец до Изюма, но в Кубани ловится в весьма небольшом количестве. В Днепре она тоже весьма обыкновенна только в низовьях и лимане и не доходит до Смоленска, хотя нередко замечается в Десне под Брянском; около Чернигова же она прежде по крайней мере замечалась во множестве. В Днестре, Буге, Пруте и Дунае эта рыба встречается значительно реже.

Вообще чехонь любит простор и держится преимущественно в больших реках, внутренних морях, реже в больших озерах (Ладожском, Ильмене, Платенском), а в небольшие реки почти никогда не заходит. Осенью и весною она совершает очень большие путешествия вверх и вниз по рекам, собирается тогда в огромные табуны и ловится в громадном количестве. Большею частью она живет в самых глубоких и быстрых местах реки и в самых широких рукавах (в низовьях Волги), летом также в чернях и морских заливах и никогда не заходит в поемные места, заливные озера и ильмени. Плавает очень быстро и нередко выскакивает из воды, гоняясь за насекомыми и мелкими рыбками[143], которых очень часто находят в ее желудке. Большею частью ей достаются в добычу мелкие уклейки и молодь некоторых других рыб, но главную пищу чехони все-таки составляют разные черви и насекомые; во время падения метлицы на Шексне, Мологе и других второстепенных реках средней России она кормится исключительно этими перепончатокрылыми. Продолжительность жизни ее незначительна, но все-таки она живет не менее десяти лет, а не 4–5, как это предполагает Геккель. Плодовитою чехонь делается, по-видимому, еще не достигнув двухлетнего возраста, так как растет чрезвычайно быстро. По крайней мере в низовьях Волги в январе, т. е. на 9-й месяц своей жизни, она достигает уже почти половины своего роста, именно 20 см.

Главный лов чехони происходит весною, также осенью, исключительно в низовьях рек, — неводами и другими сетями. Иногда попадается она и на удочку, наживленную червяком и закинутую на быстрине и глубоких местах реки. Клев ее сходен с клевом уклейки, но гораздо вернее; удочка также пускается очень мелко, так как чеша держится у самой поверхности воды. Где ее много, она берет беспрестанно, особенно в начале лета, так что в короткое время можно выудить несколько сот штук этой рыбы. Данилевский был однажды свидетелем, как хорошо ловится она на удочку. При переправе через Миусское горло (в Азовское море) ему пришлось ждать парома, бывшего на той стороне пролива, и в это время мальчик успел натаскать с плота обыкновенной удочкой более полутораста штук чехони. Он их нанизывал на веревку и, чтобы иметь живыми, опускал в воду. От тяжести веревка оборвалась, и рыба пропала. Мальчик, однако, не унывая, продолжал свой лов и в течение менее трех часов наловил более прежнего. Еще в большем количестве ловится чехонь во время падения метлы. На Мологе, по свидетельству Фенкггина, иногда случалось, что часа в полтора науживали с последней крайней гонки, ближе к середине реки, до двух пудов этой рыбы. Арсеньев тоже говорит, что на Шексне ему удавалось ловить по 500 штук чехони.

На Десне, в Черниговской губ., не так давно еще чехонь ловилась на удочку во множестве — ночью, когда она стаями подходит к берегу, причем слышно издалека ее чмокание. Удят здесь нахлыстом («на свист»), наживляя удочку червяком. Чехонь клюет чрезвычайно резко и всегда сама себя подсекает.

Несмотря на свою костлявость, чехонь очень вкусна, и нежное сладковатое мясо ее весьма уважается на юге, особенно в Малороссии, куда соленая чехонь с давнего времени привозится с низовьев Днепра и берегов Азовского моря и заменяет для простонародья селедку. По этой причине она принадлежит к довольно ценным карповым рыбам, тем более что сбыт ее с каждым годом увеличивается. До 1868 года в нижней Волге чехонь шла только на топку жира, и то исключительно осеннего лова, но теперь и здесь ее приготовляют исключительно малосолом (причем на 1000 рыб полагается до 8 пудов соли) и отправляют в большом количестве в юго-западные губернии. Изредка ее также приготовляют впрок вялением и копчением. Улов чехони в нижней Волге в настоящее время, вероятно, превосходит за увеличением сбыта количество улова в семидесятых годах, когда он доходил до 5 миллионов штук. В свежем виде она может быть сохранена весьма недолгое время и после того, как вынута из воды, засыпает едва ли не скорее других карповых рыб, почему никогда не употребляется для наживы.

Весенний ход чехони в нижней Волге, под Астраханью, по наблюдениям В. Е. Яковлева, начинается с ранней весны, причем отдельные косячки ее состоят обыкновенно из рыб одного возраста. Трогается она с зимних ям уже в феврале, когда еще Волга бывает покрыта льдом. Эти ранние косяки состоят из мелкой чехони, не крупнее 30–35 сантим.; крупная же вдет позднее — в марте и апреле. Относительно икрометания чехони известно очень мало, и даже время ее нереста не определено с достоверностью. По-видимому, в южной и средней России она мечет икру после спада воды, в мае, но в нижней Волге значительно ранее, вероятно в конце марта или в апреле, до разлива, который начинается здесь много позже, чем в верховьях и средней части реки. Во всяком случае, чехонь нерестится всегда в самой реке, на очень быстрой воде, по перекатам, отмелям и песчаным косам[144]; по словам сведущих ловцов, нерест происходит по утренним зорям, перед восходом солнца, преимущественно в туманную погоду. В это время она выпрыгивает из воды на пол-аршина и выше и толчется на одном месте до того густо, что вода кажется кипящею, как в котле. Низовые рыбаки говорят про нее: «Чеша икру бьет, точно огонь сечет». По некоторым наблюдениям можно заключить, что чехонь мечет икру неодновременно; именно более мелкая раньше, а крупная позднее, как это замечается и у других рыб. Идущая со взморья чехонь поднимается по Волге невысоко, ибо вступает в реку почти со зрелыми половыми продуктами; за Енотаевск заходят уже очень немногие косяки, так что главная масса рыбы нерестует в самых устьях. Надо полагать поэтому, что чехонь, встречающаяся весною в средней и частью верхней Волге, принадлежит уже к оседлым, а не проходным рыбам, как нижневолжская.