Миры Роберта Хайнлайна. Книга 7 - Роберт Хайнлайн

— Домой! Хочу домой! Отправьте меня…

Голос Уолтера прозвучал, как удар хлыста.

— Дюмон! Фланнигэн! Отведите ее к врачу.

Старший офицер продолжал, будто ничего не произошло:

— Команда корабля окажет вам всяческое содействие, при условии, что это не будет противоречить моей установленной законом обязанности поддерживать корабль в состоянии, готовом к эксплуатации. Мы поможем каждому из вас, изъявившему желание поселиться в колонии. Лично я считаю…

Его прервал чей-то резкий голос:

— О каком законе вы говорите? Здесь нет никакого закона!

Уолтер продолжал, не повышая голоса:

— Ошибаетесь, закон есть. Пока корабль не прибыл на свой конечный пункт, будут существовать законы, независимо от того, на расстоянии скольких световых лет находится он от космопорта приписки. Далее, хотя и не имею права командовать теми из вас, кто примет решение покинуть корабль, настоятельно советую вам сразу после высадки провести общее собрание, выбрать руководителей и создать комитет по управлению колонией. В противном случае вы вряд ли сумеете выжить.

— Мистер Уолтер!

— Да, мистер Дейглер?

— Сейчас, очевидно, не время для взаимных обвинений…

— Да, конечно.

— Хорошо, не буду увлекаться, хотя мог бы предъявить целый список. Дело в том, что я неплохо разбираюсь в организации колоний — это связано с моей профессией.

— Очень хорошо! Ваши знания нам пригодятся.

— Разрешите мне закончить. Главный принцип поддержания жизнеспособности колоний, не способных находится в постоянной связи с базой, заключается в их размерах. Это — чисто статистическая проблема; слишком маленькая колония может погибнуть, столкнувшись даже с небольшими проблемами. Эта ситуация похожа на попытку участия в карточной игре с недостаточным количеством денег: всего два или три проигрыша — и вы выходите из игры. Оглядываясь вокруг, я вижу, что мы имеем именно такую ситуацию: количество будущих колонистов намного меньше оптимального. Более того…

— Ничего не поделаешь, мистер Дайглер. Это все, что у нас есть.

— Я отлично это понимаю. Не принимайте меня за мечтателя. Но у меня возник вопрос: можем ли мы рассчитывать на экипаж корабля?

Мистер Уолтер отрицательно покачал головой.

— Наш корабль будет находиться в эксплуатационном состоянии до тех пор, пока остаются люди, способные управлять им и следить за механизмами. У нас всегда будет надежда, какой бы крошечной она ни являлась, что мы сможем вернуться домой. Не исключено даже, что нас обнаружит имперский разведывательный корабль. Извините, но вынужден огорчить вас — нет, не можете.

— Я задал вам несколько иной вопрос, мистер Уолтер. Не считайте меня недоумком — я догадывался, что вы не разрешите команде поселиться в колонии. Но можем ли мы рассчитывать на помощь экипажа? У нас всего шесть женщин — плюс или минус одна, — способных к продолжению человеческого рода. Это значит, что следующее поколение нашего нового народа станет еще меньше. Такая колония вымрет — это статистически неизбежно, — если только каждый мужчина не будет работать десять часов в сутки каждый день на протяжении всей жизни лишь для того, чтобы у наших детей был шанс выжить. Я не против этого, если только мы все приложим усилия. Но для того чтобы молодежь, которая еще не родилась, сумела через тридцать лет остаться в живых и рассчитывать на нормальную жизнь, потребуются общие усилия. Поможет ли нам команда?

— Думаю, вы можете рассчитывать на нашу помощь, — тихо ответил мистер Уолтер.

— Это все, что я хотел узнать.

Тут в разговор вмешался маленький краснолицый мужчина, имя которого Макс не мог вспомнить.

— Как все? Нет, далеко не все. Я подам на компанию в суд, я подам в суд на каждого офицера в отдельности. Я подниму такой шум, что…

Макс увидел, что через толпу к мужчине пробрался Сэм и тот внезапно замолчал.

— Отведите его к врачу, — устало произнес мистер Уолтер. — Подать на нас в суд он успеет и завтра. Собрание закончено.

Макс направился к себе в каюту. Элдрет догнала его.

— Макс! Мне нужно поговорить с тобой.

— Хорошо. — Юноша повернул обратно в гостиную.

— Нет, это должен быть разговор с глазу на глаз. Пошли к тебе в каюту.

— Что? Да миссис Дюмон лопнет от негодования и все расскажет мистеру Уолтеру.

— Ну и черт с ними! Эти глупые правила уже не действуют. Разве ты не слышал, что говорили на собрании?

— Это ты не слышала.

Юноша взял Элли под руку, и они направились в гостиную. По дороге они наткнулись на мистера Дайглера и его жену.

— Макс, ты сейчас занят? — спросил мистер Дайглер.

— Да, мы заняты, — ответила девушка.

— Нет, — произнес Макс.

— Гм… придется вам двоим прибегнуть к голосованию. Мне хотелось бы задать несколько вопросов Максу. Против вашего присутствия, Элдрет, я не возражаю, если вы извините мою назойливость.

— Ну что ж, может быть, вы сумеете убедить его, — пожала плечами девушка. — Я не смогла.

Все четверо направились в каюту Дайглеров, которая была больше и намного роскошнее каюты Макса. В ней было даже два стула. Женщины устроились на кровати, мужчины — на стульях.

— Макс, вы произвели на меня впечатление молодого человека, который предпочитает не уклоняться от ответов и говорить откровенно. Мне нужно кое-что узнать, и я не хотел задавать вопросов на собрании при всех. Может быть, вы сможете ответить мне.

— Постараюсь. — если смогу.

— Отлично. Я попытался поговорить с мистером Саймсом, однако он уклонился от разговора с высокомерно вежливой миной на лице. Добраться до капитана мне не удалось, к тому же после того, что мы видели сегодня, в этом нет смысла. Итак, объясните мне, какова вероятность нашего возвращения домой? Является ли наш шанс одним из трех или одним из тысячи?

— Знаете, такой ответ мне очень трудно вам дать.

— Тогда дайте такой ответ, какой вас больше устраивает.

— Скажем, так. Хотя мы не знаем, где сейчас находимся, нам известно, где мы не находимся, причем совершенно точно. Нас нет в пределах, ну, скажем, сотни световых лет от любой исследованной части Галактики.

— Откуда вы это знаете? Мне кажется, что названное вами пространство — это огромная сфера, которую вам вряд ли удалось исследовать за те несколько недель, которые мы провели, сбившись с курса.

— Действительно, это огромное пространство. Оно представляет собой сферу диаметром в двенадцать тысяч триллионов миль. Но нам не нужно исследовать всю сферу.

— Тогда откуда у вас эти сведения?