Рай. Земля. Ад - Елена Тихомирова

и накрыла им остывающее тело сестры. После чего скорбно встала на колени рядом и некоторое время так и стояла.

– Прощай, любимая сестрёнка, – прошептала она.

После чего демонесса обернулась в сторону застывшей девушки. Глаза Дайны сверкали от влаги, но со щеки её скатилась одна единственная слеза.

– Держи. Займись своими царапинами.

Кхалисси стянула с себя сумку и швырнула её под ноги Леи. После чего бережно подняла на руки труп и медленно ушла, оставляя дверь открытой.

***

Первый заместитель подошла к двери своего кабинета, намереваясь открыть её ключом, но остановилась. Обычно ехидная Дайна никак не отреагировала на это происшествие. Со вчерашнего вечера они не перемолвились ни словом. Пробуждение и поездка к замку тоже прошли в молчании. При этом внутри Леи боролись двоякие чувства. Она ощущала себя виноватой перед Дагна, но также считала, что и её доверие стало основательно обмануто ими. Ей пришлось обречь столько людей на гибель из-за невысказанного слова!

Нет. Так было нельзя!

Резко развернувшись на каблуках, молодая женщина подошла к огромной двустворчатой двери и настойчиво постучала. Спонтанное решение вряд ли принесло бы пользу, но она чувствовала себя обязанной его совершить, а потому уверенно вошла внутрь кабинета наместника.

Рубашка на Ал’Берите была расстёгнута, частично порвана и не заправлена в брюки. На полу среди сорванных с неё пуговиц валялся, словно тряпка, сюртук. Один сапог остался у ног демона, а второй лежал на верхней ступени. И при этом наместник Аджитанта сидел в кресле-троне, никак не реагируя на приветствие своей подчинённой. Он лишь вытянул руку с массивным кубком в сторону, и сидевшая подле него на холодной поверхности постамента высокая демонесса, сверкнув жёлто‑салатовыми глазами, покинула прежнее место, дабы наполнить бокал жидкостью из огромного кувшина. Её длинное красное платье изобиловало вырезами и держалось только благодаря двум тоненьким золотистым цепочкам на шее. Роскошные жёсткие кудри чёрного цвета шевелились подобно змеям, но оставались позади росших по обе стороны лба толстых витых рогов. Из-за этого были хорошо видны ушки, заострённые на мочках.

– Ваше превосходительство, – повторила свой поклон девушка.

Демонесса её ни капельки не беспокоила. Как и царящая вакханалия. Все мысли сосредоточились на том, чтобы заполучить согласие повелителя. Это всё, что Лею сейчас заботило. Она знала, что не так много может предложить, но всё же… Возможно стоило рассказать о предложении Вердельита и попытаться намекнуть, что на него могло прозвучать согласие?

– Чего ты хотела? – Ал’Берит наконец-то обратил на неё внимание.

Его замутнённые глаза никак не могли определиться с цветом. Они то возвращались к светло‑зелёным, то становились лиловыми. А между этим, пожалуй, можно было различить и тот самый загадочный серо-буро-малиновый.

Наместник Аджитанта позволил себе пребывать в дико пьяном состоянии.

– Я прошу вас вернуть людей из Питомника на Землю вместе с остальными. Взамен я могла бы…

– Это похоже на сделку, – повелитель нехорошо усмехнулся, перебивая её, и быстро выпил содержимое кубка до дна. Часть напитка неаккуратно потекла по его подбородку, и демон варварски стёр излишки влаги сгибом руки.

– Предложение можно назвать и так, – начала Лея издалека, но он снова прервал её на полуслове.

– Мне не нравится, к чему ты клонишь, – его лицо резко стало грозным, на лбу появилась хмурая складочка. – Я не заключаю сделок. С какой стати? Я распоряжаюсь всем и могу делать всё, что считаю необходимым!

Ал’Берит отшвырнул пустой кубок в сторону. Металл со звоном упал на пол, скатываясь с постамента. Демонесса в испуге бесшумно отошла к стене, стараясь оставаться незаметной, но лиловые глаза не выпустили её из поля зрения. Через миг от черноволосого развлечения виконта осталась лишь горстка пепла. Сердце молодой женщины тут же начало отбивать более быстрый ритм, но внутренне она всё ещё была спокойна.

– Я мог бы сделать это и с тобой, – заметил наместник, резко вставая со своего места, и подошёл к ней вплотную.

– У меня нет в этом ни малейших сомнений, повелитель, – бесстрастно ответила она, хотя страх уже разрастался в её душе.

В столь сильном гневе демон был способен на любые поступки. А Лея знала, что сейчас крайне раздражает его.

– У тебя нет сомнений, – растягивая слога повторил он, когда сжал её голову между своих ладоней.

Смотреть в его нечеловеческие глаза было невыносимо. Ей захотелось отреагировать так же, как обычным дворовым запуганным шавкам, когда на них столь пристально смотрит разъярённый хозяин – отвернуться и бежать, поджав хвост. Но она продолжала смотреть в лиловое пламя, и Ал’Берит произнёс.

– Надавить чуть сильнее, и здесь не останется никаких мыслей.

Виконт в медленном темпе начал сжимать свою хватку, и голова у Леи загудела. Пожалуй, вскоре черепу предстояло лопнуть, как перезревшему арбузу.

– Вы можете сделать всё, что считаете необходимым. Я прошу вас лишь об одном – верните людей из Питомника на Землю.

Она и сама не поняла, откуда в ней нашлись силы столь уверенно повторить своё прошение, хотя от ужаса колени просто подкашивались. Повелитель же остановился и неспешно и пристально оглядел её сверху вниз. На Лее было простое, полностью закрытое тёмно-коричневое платье с широкими рукавами и узкими длинными манжетами на пуговичках. В нём оказалось жарковато, но зато оно скрывало последствия вчерашнего боя. Тело покрывали многочисленные синяки. Укусы и царапины распухли. Даже обычное соприкосновение ткани с этими воспалениями приносило ощутимую боль. При движении же образовавшаяся корочка надрывалась, и из ранок стекала капельками свежая кровь.

С недовольным видом Ал’Берит убрал свои руки с головы молодой женщины, чтобы после распустить её волосы, забранные в плотный куколь. Движения демона оказались крайне резкими и неаккуратными. Ей было откровенно неприятно, но она лишь поджала нижнюю губу, несколько прикусив ту.

– А знаешь ли ты, к кому обращена твоя просьба? Кому ты предлагаешь всё? – сквозь зубы процедил он, и Лея заученно повторила привычные слова церемониймейстеров.

– Его превосходительству Ал'Бериту, наместнику Аджитанта, Хранителю летописей и Главному архивариусу Ада.

Она вовсе не стремилась к сарказму. Просто мозг не нашёл ничего лучше, как чётко ответить на поставленный вопрос. Однако лицо демона вроде резко скривилось, а затем раздался его хохот, и совершенно чужой громоподобный голос с угрозой сказал:

– Нет. Его тебе ещё не доводилось видеть!

Снятие облика происходило быстро, но при этом достаточно медленно, чтобы можно было сосредоточиться на деталях. Повелитель стал увеличиваться в размерах. Одежда лопнула и лоскутами упала на монолитный каменный пол. Кожа переменилась, становясь красноватой и бугристой, как если бы под ней образовались небольшие «зёрнышки». Привычные черты стирались. Лишь горящие лиловым пламенем глаза давали