"Фантастика 2023-112". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Бирюшев Руслан Рустамович

Какой-то вран — судя по небольшому размеру, молодой еще и неопытный — заметался вдоль древесно-моховой границы, пытаясь достать укрывшуюся добычу, но лишь стал добычей сам. Ширококрылая птица, передвигавшаяся по земле неуклюжими прыжками, запуталась во мху в какой-то паре метров от Дальнохода. Вран забился в затягивающихся путах сосунка.

Однако и Дальноходу тоже не повезло. Виктор так и не понял, то ли добытчик, испугавшись бьющейся рядом твари, сам шарахнулся в сторону и совершил роковой шаг, то ли мох, качнувшись от рывка сильной птицы, случайно дотянулся и до человека тоже. Так или иначе, но Дальнохода сначала слегка зацепило, а секунду-другую спустя уже основательно накрыло толстым колышущимся одеялом, поблескивающим от выступившего едкого сока.

Враны больше не предпринимали попыток выковырнуть пищу из опасного леса. Птицы галдели и дрались друг с другом за добычу, что досталась им на поляне. Легкие доспехи шахтных и защитные попоны быконей летели во все стороны окровавленными ошметками. Мощные клювы терзали человеческую плоть и тянули потроха из вспоротых животов скотины. В лужах крови блестели россыпи патронов из разорванных седельных сум. Много патронов. Целое состояние, которое теперь некому было прибрать к рукам.

Люди на поляне уже не кричали, быкони — не хрипели.

Только многоголосое гортанное «Каух! Каух! Каух!» звучало над лесом. Да отчаянные вопли Дальнохода, который, кажется, только сейчас осознал, в какую скверную ситуацию угодил.

Освобождать добытчика, впрочем, никто не спешил. Зеленокожим это, судя по всему, было не очень надо. А если и надо — то подойти к Дальноходу дикари все равно не могли. Чтобы приблизиться к добытчику, нужно было либо пересечь поляну с вранами, либо пробираться сквозь сплошную завесу из мха-сосунка, не менее опасного, чем пирующие птицы. Зеленокожие предпочли отступить.

Уже в паре десятков метров от лесной поляны сосунок стал редеть, а через полторы сотни метров — исчез совсем. Теперь над головой нависало лишь одеяло обычных кроновых мхов.

Обычных для Большого Котла…

— Каух! Каух! Каух! — неслось сзади.

Сквозь вранскую брань еще можно было расслышать крики Дальнохода. Сначала проклятия добытчика мешались с призывами о помощи. Потом Дальноход орал от боли. Наверное, плотоядный мох уже начинал умерщвлять свою жертву. И что-то подсказывало Виктору: смерть в его объятиях будет медленной и мучительной.

Что ж, добытчик получил по заслугам.

Впрочем, и насчет своей участи и участи своих товарищей Виктор не обольщался. Когда тебя ведут на убой — в этом тоже хорошего мало.

Их вели. Долго.

По темному влажному лесу с крышей из разросшихся в несколько слоев мхов. По неприметным тропкам, петляющим между стволами гигантских камень-деревьев в три-четыре обхвата и теряющимся в бледно-зеленом от недостатка солнечного света, но все же очень густом подлеске.

Дикари двигались гораздо быстрее, чем мог бы идти нормальный человек. Да что там человек — быкони и те едва поспевали за зеленокожими, чьи длинные сильные ноги были прекрасно приспособлены для скорой ходьбы по котловым лесам.

Однако и об осторожности мутанты не забывали. Дикари шли, пустив вперед и по флангам дозорных, избегая открытых мест, где могли бы атаковать враны, и внимательно осматривая кроновые мхи, в которых могли таиться древесные ящеры или еще какая-нибудь хищная пакость. Видно было, что зеленокожие знают, как ходить по кроновым лесам.

Моховые путы, оплетавшие пленников, высыхали, но не ослабевали. Наоборот, после потери влаги, казалось, они затягиваются еще сильнее. Виктор чувствовал себя так, будто его закатали в клубок из прочного жесткого волоса. Причем клубок этот был намертво примотан к седлу быконя.

А когда ты увязан тюком, что-либо предпринимать для своего освобождения нет никакой возможности. Они и не предпринимали ничего. Только Костоправ негромко, но почти без перерыва материл зеленокожих, заворачивая порой настолько хитроумные словесные конструкции, что их осмысление даже заставляло Виктора ненадолго отвлечься от печальных мыслей о скором конце.

Впрочем, дикари не понимали изощренного мата и не способны были по достоинству оценить творческих усилий матершинника. Брань Костоправа их не задевала и не беспокоила. Но лишь до поры до времени.

Из зарослей впереди вынырнул дозорный. Мутант что-то негромко сказал, проведя ладонью над землей. Знак был непонятен, но, судя по всему, предупреждал об опасности.

Зеленокожие насторожились.

Виктор тоже напрягся. Может быть, это шанс на спасение?

— Ну и какого рожна встали?! — никак не унимался Костоправ. — Что, очкуете, уроды зеленорожие?!

Дикари заволновались. Видимо, теперь с шумом, который производил неугомонный лекарь, они мириться не желали.

— Вижу, что очкуете, мрази, вашу ма-а-а…

Тюк!

— …ать!

Замолчать Костоправа заставили просто. Без уговоров и угроз. Очередное словоизлияние лекаря оборвал короткий и несильный вроде бы удар дубинки. Удар пришелся по затылку.

Костоправ обмяк и обвис. Наступила тишина.

Дикари не издавали ни звука. Укрывшись за деревьями и в зарослях подлеска, они напряженно ждали. Чего? Кого? Кто мог напугать зеленокожих?

Тихо ведь вроде, в лесу спокойно.

Чу! А вот сейчас уже не так тихо.

Виктор услышал шелест, хруст и легкий скрежет.

Потом увидел…

Что-то двигалось среди камень-деревьев, царапая по пути толстые прочные стволы и сминая податливый подлесок. Что именно — толком и не понять. То ли друг за другом шла вереница каких-то шипастых ежей-переростков, словно бы нанизанных на одну нить. То ли это чье-то гибкое и длинное тело, разбитое на отдельные сегменты и усеянное колючками, извиваясь, ползло сквозь чащобу.

Виктор покосился влево. Поймал взгляд А-Ка. Решительный и отчаянный. Они со Стрельцом поняли друг друга без слов. Если шум, который производил Костоправ, мог привлечь неведомую тварь и если эта тварь или твари представляли опасность для зеленокожих, то…

В общем, хуже ведь уже не будет. Тут ведь все просто: или покорным бараном умирать на жертвеннике дикарей-мутантов, или…

Кто знает, может, им еще и повезет. Может, лесная зверюга сожрет зеленокожих, а людей, замотанных в плотную жесткую моховую массу, не тронет. Надежда, конечно, слабенькая, но это все-таки хоть какая-то надежда.

А-Ка кивнул. Виктор кивнул тоже.

— Эй! — они крикнули в голос, почти одновременно.

Тут же в воздухе мелькнули две дубинки.

Первым ударом дикари вырубили Стрельца. А в следующее мгновение в голове Виктора взорвался искрящийся шар, и искры потонули во всеобъемлющей тьме.

Возвращение к реальности оказалось болезненным. Ныло ушибленное темя. А какие-нибудь изменения? Судя по тому, что они по-прежнему были с ног до головы обмотаны высохшим мхом-сосунком и покачивались на быконях под надзором зеленокожих, существенных изменений не произошло. Правда, количество конвоиров заметно сократилось. Видимо, дикари потеряли нескольких своих соплеменников.

Зато подношение богам — спасли.

Правда, рты у подношения теперь были заткнуты плотными травянистыми кляпами, от которых слюна становилась горькой и жгучей. В таких не очень-то покричишь. Даже пришедший в себя Костоправ молчал и только злобно зыркал вокруг.

Хорошо хоть плотоядного мха в глотку не насовали…

О том, какое расстояние они уже преодолели и где находятся, Виктор не имел ни малейшего представления.

Лес закончился. Поредевший отряд двигался через равнину, поросшую стелющимся по земле кустарником. Виктор заметил, что дикари сами стараются не наступать на змеящиеся, усеянные шипами ветки и следят, чтобы быкони тоже не влезли в заросли ползучих кустов. Растение явно было не из дружелюбных.

Быстро сгущались сумерки. Наверное, именно по этой причине зеленокожие и рискнули выбраться из леса: в вечернее и ночное время не летают враны.