Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Его мускусные железы напряглись. Он удержался от того, чтобы нервно сжать зубы.

— Говор… Серый… Я … внимательно слушаю тебя … и

Танкуоль решил, что с машиной дальновещания определённо какой — то непорядок. Многие слова повелителя провидцев пропали и, несомненно, что всего лишь несколько слов Танкуоля дошли до его повелителя. «Возможно, — подумал серый провидец, — это можно использовать себе на пользу». Он должен просчитать подобную возможность.

— Множество побед, повелитель, и несколько мелких неудач! — Танкуоль заорал так громко, как только мог.

Его рёв напугал рабов, и они прекратили бежать. Беговая дорожка замедлилась, изображение замерцало и расплылось. Длинные разряды молний потускнели.

— Быстрее, идиоты! Не останавливаться!

Танкуоль подбодрил рабов резким ударом своего хлыста. Изображение медленно восстанавливалось, пока снова не стали видны размытые очертания гигантского лорда — скавена. Из дальновещателя начало подниматься облачко неприятно пахнущего дыма. Пахло так, как будто внутри машины что — то горело. Двое инженеров стояли с вёдрами вонючей воды, набранной неподалёку прямо из канализации.

— … неудачи, серый …видец Танкуоль?

«Если и использовать небольшие неполадки в работе машины, то сейчас самое время», — подумал Танкуоль.

— Да, хозяин. Удача! Много побед! Пока мы разговариваем, наши воины проводят разведку под городом людей. Вскоре мы будем располагать всей информацией, требуемой нам для неизбежного триумфа!

— Я говор … неудач … провидец Танкуоль.

— Я тоже рассчитываю на удачу, великий. Задействованы все пригодные воины — скавены, чтобы составить карту города.[22]

Член совета наклонился вперёд и покрутил рукоять. Изображение замерцало и стало немного отчётливее. Танкуоль теперь мог видеть, что голову говорящего закрывал большой капюшон, скрывающий черты лица. Так часто поступали члены Совета Тринадцати. Это делало их более таинственными и угрожающими. Танкуоль заметил, что тот повернулся и что — то проговорил кому — то за пределами обзора. Серый провидец предположил, что его повелитель выругал кого — то из инженеров клана Скрайр.

— … и как поживает … агент фон Гальштадт…

— Он чувствует себя неважно, — ответил Танкуоль, на его взгляд слишком уж поспешно.

Это звучало гораздо лучше, чем сказать, что тот мёртв. Он решил быстро сменить тему разговора. Ситуацию нужно было спасать, и побыстрее.

Он понимал, что не имеет значения, насколько хитроумно он отвлечёт своих хозяев при помощи дальновещателя; в конце концов до них дойдёт весть о смерти фон Гальштадта. В каждом войске скавенов было полно шпионов и осведомителей. Это всего лишь вопрос времени, когда новости о провале его плана достигнут Скавенблайта.

— У нас новости… смена планов… мы посылаем армию в Нульн… когда готовы… такуйте город.

Слова лорда провидцев заставили уши Танкуоля подняться от удовольствия. Если в Нульн отправляют армию, он будет командовать ей. Захват города неизмеримо повысит его статус.

— Полководец Вермек Скаб будет командовать… оказать ему любое… можное содействие…

Танкуоль сжал зубы от разочарования. Его отстраняют от командования армией. Он зафыркал, представляя себе последствия. Хотя… С Вермеком Скабом может произойти несчастный случай. Тогда серый провидец Танкуоль величественно возвысится, чтобы по праву полностью получить свою долю славы.

Нос Танкуоля защипало. Облако извергнутого машиной дыма теперь заполнило почти всё помещение, и Танкуоль был совершенно уверен, что устройство не должно было выбрасывать подобные снопы искр. Также не показался ему добрым знаком тот факт, что оба инженера бросились бежать к двери. Он решил последовать за ними.

— Я предвижу присутствие … дурных факторов в твоем будущем, Танк… Я предсказываю тебе беду пока … сделать что — то с этим.

Внезапно Танкуоль прирос к месту, разрывающийся между желанием убежать и желанием услышать больше. Он почти выпрыснул мускус страха. Если повелитель провидцев что — то напророчил, то можно считать это практически случившимся. Но, возможно, повелитель обманывает его для каких — то своих целей. Это частенько случалось, о чём Танкуолю было хорошо известно.

— Беду, хозяин?

— Да… вижу гнома и человека… предназначение переплетено с твоим… ты не убил их когда…

Тут послышался чрезвычайно громкий финальный хлопок. Танкуоль метнулся с табурета и укрылся на полу. Во рту ощущался едкий привкус. Медленно дым рассеялся, и он увидел перекрученные и расплавленные останки дальновещательной машины. Среди них лежало несколько мёртвых скавенских рабов с обуглившимися шкурами и сгоревшими усами. В одном из углов в состоянии шока лежал свернувшийся комком техномаг, хныкающий и мучающийся от боли. Его судьба не волновала Танкуоля. Слова повелителя провидцев наполнили его огромным страхом. Он хотел бы иметь возможность подольше поговорить со своим хозяином, но увы, это невозможно. Он поднял маленький бронзовый колокольчик и позвонил им.

Медленно в помещение вошли его телохранители. «Лидер когтя Газат вроде бы выглядел разочарованным, заметя меня среди живых», — подумал Танкуоль. На краткий миг в мозгу Танкуоля пронеслась идея, что этот воин мог подстроить поломку дальновещателя. Он отбросил её — Газату недостало бы воображения. В любом случае, у серого провидца имелись более важные поводы для беспокойства.

— Вызвать диверсантов[23]! — прочирикал Танкуоль в наиболее повелительной манере. — У меня есть для них работа.

На мгновение в помещении воцарилась тишина. Противный запах заставил подёргиваться усы Танкуоля. Простое упоминание ужасающих ассасинов из клана Эшин вызвало у лидера когтя Газата выделение мускуса страха.

— Быстро! Быстро! — добавил Танкуоль.

— Незамедлительно, хозяин, — печально ответил Газат и поспешно побежал в лабиринт канализационных проходов.

Танкуоль злорадно потёр лапы. Диверсанты не подведут, в этом уж он был уверен.

Феликс отпер дверь и вошёл в свою комнату. Он широко зевнул. Проработав более двенадцати часов, он более ничего не хотел, кроме как улечься на свою соломенную постель и заснуть. Он поставил фонарь возле набитого соломой матраса и расшнуровал свой камзол. Он пытался, насколько возможно, не отвлекаться на происходящее неподалёку, но сложно было игнорировать громкие страстные стоны из соседней комнаты и пение пьянчуг этажом ниже.

Помещение было недостаточно хорошим для платежеспособных посетителей, но его вполне устраивало. Ему доводилось устраиваться и получше, но у этого главное достоинство — бесплатность. Оно досталось вместе с работой. Как и небольшая часть работников старого Хайнца, Феликс решил поселиться там, где работал.