Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

убегая. Она расправила его и завернулась с головой, натянув край на лицо. Интересно, как она теперь выглядит? Жаль, нет зеркала. Если еще скинуть туфли и чулки и остаться босиком, пожалуй, ее не узнают. Арабская женщина, пусть бедная, но добродетельно закутанная в покрывало, пользуется неприкосновенностью. И ни один мужчина не вправе с ней заговорить, это было бы верхом неприличия. А вот если преследователем окажется европеец, его такой маскировкой, пожалуй, не обманешь. Но, как бы то ни было, выбора у нее нет.

Виктория до того устала, что сразу двинуться дальше у нее не было сил. Еще ей безумно хотелось пить, но с этим пока ничего не поделаешь. Единственное, что можно, — это немного полежать в тени от пригорка. Приближение автомобиля будет слышно издалека, а вжавшись в неглубокую рытвину на склоне пригорка, она сумеет рассмотреть, кто в нем сидит. И можно остаться незамеченной, если осторожно переползать, так чтобы пригорок все время оставался между нею и автомобилем.

Но ведь ее цель — вернуться в цивилизованный мир, а для этого есть, похоже, только один способ: остановить автомобиль, в котором едут европейцы, и попросить, чтобы подвезли. Но только европейцы должны быть такие, как нужно. А как узнать?

Размышляя на эту тему, Виктория совершенно неожиданно заснула, сморенная долгой дорогой и разнообразными переживаниями.

Когда она проснулась, солнце стояло прямо над головой. Было страшно жарко, болели мышцы, и все плыло перед глазами, а жажда стала настоящей мукой. Виктория застонала. И в то же мгновение, когда стон слетел с ее потрескавшихся губ, вдруг замерла и прислушалась. Потому что отчетливо различила далекий звук приближающегося автомобиля. Виктория осторожно выглянула. Действительно приближался автомобиль, но он ехал не от деревни, а с противоположной стороны. И значит, это не погоня. Виктория, припав к склону пригорка, вглядывалась в увеличивающееся черное пятно. Вот бы сейчас бинокль.

На минуту автомобиль скрылся из виду за небольшим подъемом рельефа, потом опять появился, уже совсем близко. За рулем сидел араб, а рядом человек в европейской одежде.

«Ну, — подумала Виктория, — надо решаться. Что делать? Выбежать на дорогу, остановить машину, не упустить шанс?»

Она уже чуть было не встала в рост, но вдруг ее охватили сомнения. А что, если, допустим на минуту, это Враг?

Как узнать? Дорога эта не из людных. Появился первый за все время автомобиль. Других, ни легковых, ни грузовиков, не было. И даже ослов не было. А этот едет, кажется, в ту деревню, откуда она сбежала…

Что же делать? Такое ответственное решение, и надо принять его за какие-то минуты. Если там Враг, тогда конец. А если не Враг, то это, наверно, единственный шанс на спасение. Если она потащится пешком дальше, то, вернее всего, вскоре погибнет от зноя и жажды. Как поступить?

Пока Виктория ломала голову, замерев на карачках, автомобильный мотор забасил, сбавляя скорость, автомобиль съехал с дороги и направился прямо по камням к пригорку, за которым она притаилась.

Ее заметили! Ее разыскивают!

Виктория съехала по откосу вниз и на четвереньках поползла вокруг пригорка, спеша скрыться от подъезжающего автомобиля. Ей было слышно, как он затормозил, встал, хлопнула дверца, один человек вышел. Прозвучали какие-то слова по-арабски. Потом — ничего. И вдруг Виктория увидела у себя над головой мужчину. Он брел поперек склона, глядя себе под ноги, и время от времени, нагибаясь, что-то подбирал. Что уж он там искал, кто его знает, но явно не девушку по имени Виктория Джонс. И более того, он бесспорно был англичанин.

Виктория с облегчением перевела дух, встала во весь рост и шагнула ему навстречу. Он поднял голову и удивленно вытаращил глаза.

— Простите, — произнесла Виктория. — Я так рада, что вы приехали.

Он по-прежнему хлопал глазами.

— Какого черта, — выговорил он наконец. — Вы что, англичанка? Но…

Виктория со смехом сбросила черное покрывало.

— Ну конечно, англичанка, — весело сказала она. — И пожалуйста, будьте добры, подвезите меня до Багдада.

— Я в Багдад не еду. Я как раз оттуда. И что вы тут, черт возьми, делаете одна посреди пустыни?

— Меня похитили, — торопясь, объяснила Виктория. — Я пришла голову мыть, а меня усыпили хлороформом. А очнулась в арабском доме вон в той деревне.

Она указала за горизонт.

— В Мандали?

— Не знаю, как она называется. Сегодня ночью я убежала. И все время шла, шла. А от вас спряталась тут за пригорком, потому что, а вдруг вы — Враг.

Незнакомый избавитель смотрел на Викторию очень странно. Это оказался мужчина лет тридцати пяти, довольно заносчивого вида. Говорил по-ученому, правильно и четко. Теперь он нацепил пенсне и стал разглядывать ее сквозь стекла с крайне неодобрительным выражением на лице. И до Виктории наконец дошло, что он не верит ни единому ее слову.

Она сразу же страшно возмутилась.

— И все это истинная правда! — с вызовом сказала она. — Все до последней мелочи!

Но тот глядел еще недоверчивее.

— Поразительно, — произнес он ледяным тоном.

Викторию охватило отчаянье. Надо же, как обидно, ведь она всегда может наврать до того убедительно, что любой поверит, а вот истинная правда у нее получается неправдоподобной! Просто голые факты как есть, без прикрас и без вдохновения.

— А если у вас не найдется с собой чего-нибудь попить, то я умру от жажды, — добавила она. — И я умру от жажды так и так, если вы уедете и оставите меня здесь.

— Этого я, разумеется, не сделаю, — сдержанно возразил он. — Англичанке не следует одной разгуливать по пустыне. Господи, да у вас даже губы растрескались… Абдул!

— Сагиб?[513]

Из-за пригорка появился шофер.

Выслушав распоряжение по-арабски, он сбегал к машине и принес большой термос с пластмассовым стаканом.

Виктория напилась воды.

— Ф-фу! — отдуваясь, произнесла она. — Совсем другое дело.

— Меня зовут Ричард Бейкер, — сказал англичанин.

Виктория сразу отозвалась:

— А я Виктория Джонс. — И чтобы он отнесся к ней с подобающим уважением, исключающим недоверие, добавила: — Виктория Понсфут Джонс. Я еду на раскопки к своему дяде профессору Понсфуту Джонсу.

— Какое удивительное совпадение! — оживился Бейкер. — Я тоже к нему еду. Он копает всего в пятнадцати милях отсюда. Так что очень удачно, что вас нашел здесь именно я.

Виктория, мало сказать, изумилась. Она была совершенно ошарашена. И, не вымолвив ни слова, молча, кротко последовала за Ричардом к автомобилю и забралась на заднее сиденье.

— Вы ведь, кажется, антрополог?[514] — сказал он, освобождая для нее место от каких-то предметов. — Я слышал краем уха, что вы должны приехать, но не понял, что прямо