Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

И эта новая махинация Хескита — нечто подобное он и ожидал от этих одержимых машинерией предателей из клана Скрайр. Вечная жажда обладания новыми технологиями и новыми машинами. Вечно готовые предать общее дело скавенов ради своего собственного возвышения. Вечно изыскивающие способы обдурить своего законного предводителя, урвав его заслуженную долю славы.

Минуточку! А может быть, Ларк Стукач состряпал всю эту историю для того, чтобы подольститься к Танкуолю? Серый провидец немедленно отмёл подобную возможность. Ларк слишком туп, и ему не хватит воображения выдумать подобную историю. Кроме того, она сочетается с докладами, полученными Танкуолем от других шпионов, о тайном сосредоточении элитных подразделений клана Скрайр, о скрытных поставках и работах в норах, реквизированных Хескитом для своих войск.

Танкуоль обдумал вероятные последствия. Как очевидно, техномаги собираются напасть на новый Колледж Инженерии. Они рассчитывают заполучить себе паровые танки и органные пушки. Серый провидец не подвергал сомнению, что Хескит способен реализовать свои хвастливые высказывания о том, что способен миллионократно усовершенствовать эти образцы вооружения людей. Он знал, что никакая другая раса не может соперничать с гениальностью скавенов в деле конструирования машин, и, к сожалению, клан Скрайр располагает самыми выдающимися механиками этой самой выдающейся расы.

Эти новые виды вооружения, без сомнения, увеличат мощь клана Скрайр, и вместе с этим увеличится их влияние в Совете. Даже весть о том, что Хескит достиг успеха в захвате вооружения людей, поведёт к последующему увеличению престижа клана Скрайр, которое может оказаться достаточным для отзыва Танкуоля в Скавенблайт и выдвижения Хескита на верховное командование этой армией. Думать не хочется о подобных последствиях. Дешёвка вроде Хескита может лишь привести эту мощную силу к катастрофе. Для обеспечения разгрома человеческой мрази нужен титанический интеллект Танкуоля. Поэтому долг Танкуоля перед своим народом — обеспечить сохранение своей власти.

Но какие у него имеются варианты? Он уже решил, что Хескит слишком могущественен и весьма полезен, чтобы без раздумий его уничтожить. И что же ему делать? Он может уличить Хескита в измене. Не лучший вариант. Техномаг может просто отрицать это, и тогда его слово будет против слова Ларка. И он, несомненно, просто найдёт другой способ реализовать свои замыслы по похищению оборудования людей, когда Танкуоль будет озабочен более неотложными делами.

Танкуоль проклял Хескита и весь его злобный и изменнический род. И почему этому нужно случиться именно теперь? Ему следует использовать свой возвышенный интеллект для решения более срочных вопросов, а не заниматься изменниками — подчинёнными. Он должен спланировать неотвратимое покорение человеческого города Нульна и уничтожение Готрека Гурниссона и Феликса Ягера.

Минуточку! Возможно, вот он ключ к решению. Возможно, Рогатая Крыса подсказала ему способ прихлопнуть пару мух одним ударом. Замечательная идея возникла в мозгу Танкуоля. Почему бы не использовать обоих своих врагов, как оружие против Хескита? А что, если попросту известить их о том, где и когда состоится нападение техномага? Они, несомненно, предпримут меры по срыву нападения.

Да! Да! Истребитель, с его дурацким поиском славы, и тот факт, что эта парочка уже дискредитирована, удержат их от информирования туповатых человеческих властей. Несомненно, они вмешаются и будут в своей обычной неловкой манере препятствовать плану Хескита. Они слишком тупы, чтобы обнаружить, что действуют в роли пешек Танкуоля, и даже не имеет значения, если они будут подозревать западню. Личная гордость Истребителя и его стремление к героической гибели гарантируют его заинтересованность даже в случае подавляющего перевеса сил. Нет! Нет! Особенно в случае подавляющего перевеса сил.

И в этом случае, если что — то пойдёт неправильно, руки Танкуоля останутся чисты. Никто не сможет привязать вмешательство гнома к нему, уж он сумеет это обеспечить. Идея использования двоицы для расстраивания интриг других его врагов была слишком хороша, чтобы от неё отказаться.

Танкуоль всесторонне рассмотрел этот план, анализируя возможные исходы и их вероятность. Либо гном и человечий отпрыск сорвут заговор в своей обычной нелепой манере, либо будут убиты при попытке сделать это. Танкуоля устраивали оба исхода. Если они расстроят планы Хескита, то техномаг будет дискредитирован. Если они погибнут, у Танкуоля станет на пару могучих врагов меньше, и он ещё сможет организовать какие — нибудь мерзкие сюрпризы для техномагов клана Скрайр по их возвращении. Самым наилучшим из всех возможных исходов будет тот, при котором обе стороны уничтожат друг друга. Танкуоль воспользовался понюшкой искривляющего камня и ликующе поглотил её. Каков план! Такой замысловатый! Такой коварный! Достойный истинного скавена! Ещё одно доказательство его собственной потрясающей гениальности.

Теперь оставалось лишь продумать способ известить гнома и его приспешника о задумке Хескита. Способ должен быть запутанным, изысканным и оригинальным. Эти слабоумные тупицы никогда не должны подозревать, что оказывают помощь своему сильнейшему врагу.

— Для тебя сообщение, господин, — произнёс маленький чумазый мальчик, протягивая руку за оплатой. Другой рукой он сжимал кусок грубого пергамента.

Феликс посмотрел на него и прикинул, нет ли тут какого — нибудь подвоха. Мелкие попрошайки Нульна были особенно известны своей изобретательностью в избавлении тугодумов от денег. Однако не помешает присмотреться. Фонари только что зажгли. Было сравнительно рано, и пока не похоже, что „Слепая свинья“ сегодня вечером заполнится.

— Что это? Ты не похож на курьера.

— Я не знаю, господин. Тот забавно выглядящий джентльмен отдал мне этот клочок бумаги и медный грош, сказав, что я получу такой же, если доставлю это в „Слепую свинью“, высокому вышибале с белым мехом.

— С белым мехом?

— Он разговаривал как — то забавно, господин. И выглядел тоже забавно. По правде говоря, от него ещё и пахло забавно.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, у него был не совсем обычный голос. Какой — то писклявый и высокий. И он был одет в монашескую робу со скрывающим лицо капюшоном. Мне кажется, что эту робу давненько не стирали. Воняло так, словно внутри собака или какое — то другое мохнатое животное. Я это знаю, потому что мой пес Уффи…

— Неважно, что там с Уффи. Ты заметил в нём ещё что — нибудь?