Ведьма в погонах - Мика Ртуть

Я слегка приоткрыла глаза, но из-под кровати вылезать не спешила, лишь немного выглянула. К счастью, койка была намертво прибита к полу, поэтому устояла в эпицентре бури, творящейся в комнате.

За окном потемнело, высоко в небе, так, чтобы продемонстрировать силу ведьмы, но не разрушить город, завывал ураган, сверкали молнии, гремело и грохотало. Разошлась ба не на шутку. Она стояла посреди комнаты, вытянув руки, и перебирала в воздухе тонкими пальцами, унизанными перстнями. Черные волосы шевелились, обрамляя строгое лицо, и казалось, что у нее на голове шипит и раскачивается клубок змей. Стройная фигура подернулась мраком, в глазах зеленый колдовской огонь. Жуткая и прекрасная Верховная ведьма на пике своей силы. Я завороженно наблюдала за легкими пассами и не сразу заметила, что по виску опытной и сильной ведьмы стекает капелька пота. Не поняла!

– Сдавайтесь, леди, – прозвучал холодный и спокойный голос Мина. – Мне бы не хотелось причинять неудобства своей любимой будущей родственнице.

– Наглец! – фыркнула ба. – И льстец!

Я, осмелев, высунулась чуть дальше, чтобы рассмотреть, что делает Мин. Наг, широко расставив ноги, стоял у стены. Его тело, лицо и скрещенные на груди руки покрывали металлические чешуйки, а глаза стали цвета расплавленного серебра. Он не шевелился, пристально глядя на бабушку, и я с запозданием поняла, что он не может двигаться, потому что его держат два воздушных элементаля.

– Ба! – жалобно протянула я. – Ты только не нервничай, не убивай его. А то убьешь наследника и нарвешься на дипломатический скандал с Серебряным кланом.

– Наследник Серебряного клана? – взревела ба и ударила.

Легко, изящно и мощно. Огненная плеть со свистом распорола воздух перед лицом Мина и с шипением врезалась ему в грудь.

– Ты с ума сошла! – заорала я и полезла из-под кровати. – Это же запрещенное колдовство! Да что он тебе сделал, что ты его убила?

Сердце чуть не выскочило из груди, я с ужасом ждала грохота, отчетливо представляя, как верхняя часть мужчины падает на пол, отрезанная самым мощным из ведьмовских заклинаний.

– Так, труп надо спрятать быстро, пока никто не...

Мин, живой и злой, как разбуженный Божественный Темный, с усилием отшвырнул от себя элементалей и шагнул к обессиленной бабушке. Заклинание плети отнимало у ведьм все силы, поэтому его и запретил ковен несколько десятков лет назад.

– Ну, знаете, леди Верховная, это даже для вас слишком! – прошипел наг. Чешуйки на его груди почернели, словно их кто-то замазал сажей. – Если вы так встречаете избранного вашей внучки, то как вы встретите моего отца?

– С твоим отцом я встречусь, только когда он будет лежать в гробу! – не хуже нага прошипела ведьма. – Приду на прощание, чтобы плюнуть в его поганую рожу!

– Ба! – взвыла я. – Что ты говоришь?

– Армина – моя избранная, моя душа, моя...

– Шиш тебе, а не темная ведьма! – Верховная сунула под нос Мину фигуру из трех пальцев.

– Это почему еще? – просто из вредности уточнила я.

– Потому что он твой брат!

– Он?

– Я?

Нет, что за чушь! Это становится похоже на представление в цыганском балагане, где все поют, танцуют, страстно влюбляются и дерутся, а в конце спектакля оказывается, что все герои между собой родня, и узнают они об этом по родинке на пятке!

Я уперла руки в бока и только собралась открыть рот, чтобы потребовать объяснения, иначе я завизжу, как бабушка вдруг ойкнула и, схватившись за Мина, согнулась.

– Что с тобой? – кинулась я к ней, старательно не глядя на хмурого нага.

Я не готова думать о том, что чуть не переспала с собственным братом! Бабушка мне никогда не лгала, у меня нет повода ей не доверять. Сейчас, вспоминая, я осознала, что о своем отце ничего толком и не знаю. Мать говорила, что, вопреки наставлениям ба, все же напоила его зельем забвения и уверена, что он не знает о моем существовании. Она говорила, что он был красивый, благородный, высокопоставленный и не мог жениться на ведьме из-за своего положения.

У маленькой Армины было много версий, кто он, и обе ведьмы не спешили разубеждать меня в неправоте. Вообще, это типично для нас, мы, темные, легко расстаемся с мужчинами, особенно когда добиваемся от них того, что нам нужно. Мать получила меня и с чистой совестью избавилась от обузы в штанах. Но вспоминала она о нем с теплотой и грустью.

Бабушка же всегда утверждала, что мой отец – подлец и сволочь с отвратительными манерами. А еще, когда она на меня сердилась, говорила, что характер у меня отцовский, такая же упрямая!

Не хочу об этом думать! Вообще не хочу ни о чем думать! Хочу быть легкомысленной и ветреной ведьмочкой!

Мин уже убрал чешую и теперь красовался воспаленным ожогом через всю грудь и парой глубоких царапин. Сильна Верховная, раз смогла через стальную броню прожечь, но и мой наг силен, коль получил всего лишь ожог. Мужчина быстро поставил перевернутое кресло и помог ба в него сесть.

– Не юница я уже, радикулит прихватил.

Я подняла взгляд на Мина, он понял без слов и указал в сторону шкафа. Там стоял мой саквояж, на плечиках висел мягкий теплый халат, на полке красовались тапочки ему в тон. Я отодвинула халат и увидела притихшего Мурза. Колобок сделал «страшные» глаза и откатился в дальний темный угол, да еще тапочками прикрылся. А я только сейчас сообразила, что мы занимаем комнату в трактире. Странно, что никто еще не прибежал проверить, что тут так грохочет.

– Я полог тишины навесила, – буркнула бабуля, когда я протянула ей тот самый пузырек, который мне отдала тетушка Сова. Ба прочитала этикетку и качнула головой. – Вот старая перечница!

Вообще-то, тетушка Сова была на двадцать лет моложе ба, но я деликатно промолчала. Мин огляделся, со вздохом приставил на место дверь, а потом вытащил из угла второе кресло, куда и уселся с видом победителя.

– Итак, начнем сначала.

Не успела я пикнуть, как оказалась на коленях у Мина, крепко оплетенная его руками. Бабушка, прищурившись, зашевелила губами, но наглый оборотень не дал темному проклятию сорваться с ее губ.