Янтарный Меч 5. Эпоха Смертных (ЛП) - Фей Ян

«Тогда давай поторопимся и пойдём во двор», — нахмурившись, ответила Фрейя: «Я действительно не хочу оставаться здесь ни на минуту дольше. Чёрт возьми, этот парень на самом деле превратил место, где раньше жили родители Амандины, в это — — грязная атмосфера!»

Брендель не мог не горько улыбнуться, когда услышал это. Вероятно, это была так называемая ненависть к хозяину, воздействующая на объект. По его мнению, этот дом на самом деле не был чем-то особенным. Разве дом могильщика не должен быть таким? Вонь была всего лишь запахом разложения и вонью трупа. Несмотря на то, что на хранителя могилы нельзя было надеяться, быть осужденным из-за этого было чем-то вроде катастрофы. Но он не осмелился сказать это в присутствии двух дам, потому что увидел, что Амандина смотрит на Фрейю с явной благодарностью.

Казалось, что с тех пор, как они плакали перед своей матерью, отношения между ними стали лучше.

Как и в традиционной структуре дома в районе Брэггса, кухня вела к черному ходу. Амандина вывела их на задний двор, и действительно за домом росла высокая черная сосна. Но лужа в ее памяти уже высохла. К счастью, могильщику не пришло в голову превратить свой задний двор в кладбище, так что двор остался нетронутым. Но Амандина не знала, где под черной сосной зарыто наследство ее отца, так что Брендель и Фрейя смогли вырыть только круг вокруг дерева. К счастью, в доме могильщика была лопата, и сила у них двоих была безграничной.

В первые час или два они ничего не нашли. Отец Амандины, похоже, закопал наследство очень глубоко, или они не угадали, наследства вообще не было, или его кто-то выкопал. Словом, яма становилась все глубже и глубже, но от наследства не осталось и следа. Но когда Фрейя вырыла землю примерно на два-три метра в определенном направлении, она вдруг почувствовала, как ее лопата наткнулась на что-то твердое. Она сразу поняла, что могла что-то найти. Она быстро остановилась и вскопала землю, чтобы взглянуть. И действительно, она нашла зарытый в землю ржавый железный сундук.

Коробка не большая, размером с чемодан. Фрейя быстро позвала Брендель и Амандину, и они втроем вместе выкопали коробку из-под земли. После того, как коробку почистили, обнаружилась эмблема, выбитая на поверхности коробки. Эмблема была разделена на четыре квадрата, на двух из которых был изображен полумесяц. Брендель не мог не воскликнуть, когда увидел эмблему. Полумесяц был символом семьи Эруин. Эмблемой семьи Сейферов был полумесяц, встроенный в полную луну на щите. Эмблема Дома Ковардо произошла от эмблемы семьи Сейфер. Эмблема Дома Ковардо произошла от эмблемы семьи Сейфер. Эмблема Дома Ковардо произошла от эмблемы семьи Сейфер.

Брендель не мог не смотреть на Амандину. Он не ожидал, что ее семья будет связана с семьей Сейфер. Но его познаний в геральдике не хватало, иначе он, вероятно, смог бы узнать, что она потомок рода Сейфер.

«Мой отец дворянин из Сейфера, милорд… …» Амандине пришлось объяснять тихим голосом.

Брендель вдруг понял. Дворяне семьи Сейфер были более или менее связаны с семьей Сейфер. Это неудивительно. Но это сомнение только мелькнуло у него в голове, и он быстро отбросил его. Он посмотрел на Амандину. По крайней мере, на данный момент самым подходящим человеком, чтобы открыть коробку, несомненно, была эта благородная дама.

… …

В эти выходные будут доступны две главы. Я надеюсь, вам понравится их читать, и я также попрошу ежемесячное голосование.

Глава 892.

— Амандина, ты открой его. Брендель посмотрел на коробку и сказал.

Амандина была ошеломлена на мгновение, прежде чем отреагировала. Она внимательно посмотрела на своего лорда, чувствуя себя немного тронутой, а затем мягко кивнула.

Она положила руку на холодный железный ящик и подавила волнение в сердце. Она пропела заклинание тихим голосом. Слово за слово слетало с ее мягких губ, тихо и отчетливо. Замок шкатулки, казалось, был поднят невидимой рукой, а затем бесшумно скользнул в сторону. Наконец он с грохотом упал на землю. Она глубоко вздохнула и медленно открыла коробку. Внизу был слой непромокаемого брезента, а под брезентом лежали три плотно свёрнутых пакета. Обертки тоже были сделаны из того же брезентового материала, а поверх пакетов было письмо. Печать на письме также была напечатана с эмблемой, которую они видели раньше.

Амандина открыла конверт и внимательно прочитала содержимое письма. Содержание письма было похоже на завещание. Если это наследство найдет кто-то другой, он надеется, что тот, кто его найдет, разделит его на три части. Он сможет унаследовать самую богатую часть, а две другие части и некоторые другие предметы останутся у Амандины и Сэди. По крайней мере, им будет на что опереться в жизни, а заодно и на память. В письме были также оставлены слова для Амандины, вероятно, в надежде, что она сможет обрадоваться и простить его безответственного отца. Прочитав последнее предложение, Амандина долго держала письмо обеими руками, не говоря ни слова. Она опустила голову, и ее густые ресницы слегка подрагивали, как перышки.

Брендель и Фрейя посмотрели друг на друга позади нее. Глаза будущей Валькирии были полны сочувствия, и ей почти хотелось разделить горе в сердце Амандины. Она подумала о своем происхождении, и ее сердце также смягчилось.

Через некоторое время Амандина отложила письмо. Она выглядела так, как будто ничего не произошло, но лицо ее было пугающе бледным: «Милорд, давайте откроем эти пакеты».

Увидев ее такой, Брендель не смог ничего сказать, поэтому просто кивнул. Он вдруг задумался, действительно ли он принял правильное решение, придя сюда. Он думал, что Амандина давно забыла туман прошлого, но не ожидал, что эти печали так глубоко погребены в ее сердце. Амандина первой открыла самый большой пакет, и золотые и серебряные лучи тут же осветили лица троих. Были аккуратно сложены вместе золотые слитки и серебряные слитки, а также некоторые драгоценности и документы на дома и земли. Амандина быстро подсчитала, что состояние Тора оценивается как минимум в сто тысяч, что было большой суммой денег для небольшой дворянской семьи. Однако эти деньги были приготовлены ее отцом для человека, обнаружившего наследство. Амандина молча отложила его и открыла второй пакет.

Во второй посылке были аналогичные предметы, но их количество составляло лишь половину первой посылки. Эта посылка была для ее матери. Было также письмо, подписанное Сэди, ее матерью. Амандина не открывала конверт. Вместо этого она долго смотрела на письмо, прежде чем осторожно положить его. Затем она взяла третий пакет. Это была самая маленькая посылка, размером с туалетную коробку. Эта посылка осталась для нее.

Когда она держала сверток, она чуть не задохнулась, но все же затаила дыхание и осторожно открыла его. Она разделила слои промасленной бумаги, и внутри оказалась изысканная ореховая шкатулка. Когда она снова открыла коробку, поверх бархатной ткани было кольцо и тонкое ожерелье. В тот момент, когда она увидела ожерелье, она не могла не плакать.

Брендель и Фрейя молча смотрели на ожерелье. Оказалось, что хрустальный кулон ожерелья был прекрасным Записывающим Кристаллом. Когда коробку открыли, кристалл засиял и отразил мужчину и женщину, стоящих рядом. У мужчины была копна черных волос, и его лицо отдаленно напоминало лицо Амандины. Он нежно улыбнулся Амандине.

«Анна, если наступит день, когда ты откроешь этот ящик своими руками, я верю, что в это время я уже буду мертв. Моя возлюбленная дочь, я не смею просить у тебя прощения как безответственный отец, но, пожалуйста, поверь, что жизнь твоего отца направлена ​​на достижение самых праведных и справедливых вещей в этом мире. Потому что я знаю, что человек, который берет на себя ответственность за этот мир, никогда не будет грешником. Анна, я надеюсь, что наступит день, когда ты сможешь своими ясными глазами увидеть правду этого мира, а не быть ослепленной ложью. Потому что ты такой умный, ты моя гордость. “

«Это кольцо — знак моей помолвки с твоей матерью. Получив разрешение твоей матери, я оставлю его здесь. Я надеюсь, что однажды оно станет свидетелем твоего счастья, твоей второй половины».