Вещи, которые мы не смогли преодолеть - Люси Скоур

Ты не можешь просто прийти в мой дом, ударить меня по лицу, поиграть с моей собакой и выпить мое пиво».

«Мы можем, когда ты ведешь себя как глупый, упрямый сукин сын», — огрызнулся мой брат.

«Нет. Не садитесь. Не устраивайтесь поудобнее. Наконец-то у меня есть вечер для себя, и я не собираюсь тратить его впустую с вами двоими».

Люциан взял свое пиво и побрел в гостиную. Он опустился в одно из кресел и положил ноги на кофейный столик, выглядя достаточно довольным, чтобы оставаться там до конца ночи.

«Иногда я действительно ненавижу вас, засранцы», — пожаловался я.

«Чувства взаимны», — проворчал Нэш. Но его рука была нежной, когда он наклонился, чтобы одарить Уэйлона любовью, которой тот требовал. Собачий хвост расплылся от счастья.

«Ты не ненавидишь нас», мягко заявил Люциан. «Ты ненавидишь себя».

«Отвали. С чего бы мне ненавидеть себя?» Мне нужно было двигаться. Мне нужно было купить тысячу акров и построить чертову хижину в чертовой середине и никогда ни одной чертовой душе не рассказывать, где я живу.

«Потому что ты только что сказал, что самое лучшее, что с тобой когда-либо случалось, — это отправиться в чертову прогулку», — сказал Нэш.

«Женщина никогда не будет лучшим, что со мной случается», — настаивал я. Слова подозрительно смахивали на ложь.

«Ты самый глупый сукин сын в штате», — устало сказал мой брат.

«Он не ошибается», — согласился Люциан.

«Какого черта вы двое так переживаете из-за того, с кем я встречаюсь, а с кем нет? Все равно это никогда не было настоящим».

«Ты совершаешь огромную гребаную ошибку», — настаивал Нэш.

«А тебе-то какое дело? Теперь у тебя есть шанс попасть в нее». Мысль об этом, всего на долю секунды представив его с Наоми, чуть не поставила меня на колени.

Мой брат отставил свое пиво. «Да, я определенно ударю его снова».

Люциан откинул голову на подушку. «Я сказал, что дам тебе один. С тебя хватит. Найди новый способ пробиться сквозь его толстый череп».

«Отлично. Давайте попробуем что-нибудь новенькое. Правду».

«Как ново», сказал Люциан.

Я не собирался избавляться ни от одного из них, пока они не выскажутся до конца. «Скажи то, что тебе нужно сказать, а потом убирайся к черту».

«Это происходит каждый раз, когда он видит его», — пожаловался Нэш Люциану.

Люциан кивнул. «Я в курсе».

Мне не нравилось, что у моего брата и лучшего друга, казалось, была история примирения и обсуждения моих проблем.

«Вижу кого?».

Нэш смерил меня взглядом.

Я закатил глаза. «О, да ладно тебе, черт возьми. Я порвал с Наоми, потому что она собиралась навредить себе. Я поступил правильно, и это не имело никакого отношения ни к кому другому. Так что перестань, блядь, пытаться анализировать меня».

«Значит, это просто совпадение, что ты видишь его, и уже на следующий день решаешь, что все становится слишком серьезным?».

«Он не имеет никакого отношения к тому, что я делаю», — настаивал я.

«Сколько вы ему дали? ” спросил Нэш.

“О чем ты говоришь?”

«Сколько наличных ты ему дал? Это то, что ты делаешь. Ты пытаешься решить проблемы с помощью денег. Попытаешься купить себе возможность избавиться от чувства боли. Но ты не можешь. Ты не сможешь убедить папу в трезвости. Ты не смог бы купить мне жизнь, которая устраивала бы тебя. И ты чертовски уверен, что не можешь заставить себя чувствовать себя лучше из-за того, что разбил сердце Наоми, вручив ей пачку наличных».

Взгляд Люциана скользнул по мне. «Скажи мне, что ты этого не делал».

Я грохнул бутылкой о стойку, разбрызгав повсюду гейзер пива. «Я предупреждал ее. Я сказал ей, чтобы она не привязывалась. Она знала, что у нее не было ни единого шанса. Это не моя вина, что она такая романтичная, которая думала, что я могу измениться. Я не могу измениться. Я не хочу меняться. И какого хрена я вообще веду с тобой этот разговор? Я не сделал ничего плохого. Я сказал ей, чтобы она не влюблялась».

«Действия говорят громче слов, придурок». Нэш вскинул здоровую руку. «Люци, возьми это».

Люциан наклонился вперед в своем кресле, положив локти на колени.

«Я полагаю, что твой брат пытается сказать тебе, что, хотя ты сказал, что тебе все равно, твои действия сказали ей кое-что еще».

«У нас был секс», — решительно сказал я. Отличный секс. Умопомрачительный секс.

Люциан покачал головой. «Ты появлялся перед ней снова и снова. Ты дал ей жилье, работу. Вы ходили в школу ее племянницы. Ты ударил по лицу ее бывшего».

«Купил ей сотовый телефон. Помог ей купить машину», — добавил Нэш.

«Ты смотрел на нее так, словно она была единственной женщиной, которую ты видел. Ты заставил ее поверить», — продолжил Люциан. Уэйлон подбежал к нему и взгромоздил свою тушу на колени моего друга.

«А потом ты попытался подкупить ее», сказал Нэш.

Я закрыл глаза. «Я не пытался подкупить ее. Я хотел убедиться, что о ней позаботятся».

И она швырнула его обратно мне в лицо.

«И какая часть этого чувства гласит: “Ты мне безразличен”?» — спросил Люциан.

«Ты не можешь использовать наличные в качестве замены того, чтобы действительно прийти к кому-то».

Голос Нэша был настолько несчастным, что я открыл глаза и посмотрел на него. По-настоящему посмотрел на него.

Это то, что, по его мнению, я сделал, когда предложил ему лотерейные деньги? Когда я почти запихнул это ему в глотку.

Его карьера в правоохранительных органах была для нас камнем преткновения. Но вместо того, чтобы сесть и поговорить с ним об этом, я попытался подергать его за ниточки, пообещав кучу наличных. Достаточно, чтобы ему больше никогда не пришлось ни беспокоиться, ни работать. Я воспринимал это как заботу.

«Тебе следовало оставить деньги себе. Может быть, тогда ты бы не закончил тем, что истекал кровью в гребаной канаве», — спокойно сказал я.

Нэш покачал головой. «Ты все еще не понимаешь этого, не так ли, Нокс?».

«Не понимаю чего? Что ты более упрямый, чем я? Что, если бы ты послушал меня, этот трус-угонщик не оборвал бы твою жизнь? Кстати, Люци, ты уже что-нибудь раскопал?».

«Работаю над этим», — сказал Люциан.

Нэш проигнорировал боковую панель. «Ты не понимаешь, что я бы все равно надел эту форму. Даже если бы я знал, что завтра получу еще один удар. Я бы все равно вошел в то здание, за которое заплатили твои деньги, даже если бы знал, что это мой последний день на