Лицей. Венценосный дуэт (СИ) - Чернов Сергей

— Вы идиоты, которые отстают от прогресса… ха-ха-ха. И я, признаться, тоже дура, совсем забыла. Координаты моего мобильника отслеживаются постоянно. Плата за это небольшая, и после известных вам событий, мой папочка озаботился. Так что свидетелям можно и не звонить. Как только папочка узнает, что я не явилась домой, местонахождение мобильника выяснят с точностью до метра.

— Спасибо за предупреждение, — вдруг ухмыляется следователь, — мы примем меры.

— Если уже не поздно, — смотрю на него скептически. Достали они меня. Придётся их уничтожать на месте. Артподготовку беру на себя. Жить им, как полицейской структуре, осталось недолго.

— Вас уничтожит ваше же МВД. Потому что предателей не любят больше всего, — мой голос сух и холоден, — если к врагам могут проявить милосердие, то изменников уничтожают на месте, без суда и следствия. С вами именно так и поступят. В военное время вас перевешали бы на ближайших столбах, а так с вас просто сорвут погоны и выбросят на улицу. Без выходного пособия.

— Деточка, ты не много на себя берёшь? — подаёт голос капитанша.

— Заткнись, — небрежно бросаю в её сторону, — вы обязаны защищать закон, вы принимали присягу. Вы охраняете Закон, а Закон защищает вас. Но сейчас вы этот Закон на моих глазах топчете и насилуете. И вы что, всерьёз думаете, что Закон вам всё простит? Вы — клятвопреступники и предатели, вы подняли руку на то, что обязаны защищать. Мало того, вы защищаете серийных убийц, на совести которых дюжина изнасилованных и убитых девочек. И что с вами будет, когда я выйду отсюда и всё журналистам расскажу?

Харитонов невозмутим, но на дне глаз мелькает-таки тень. Достала я его, пусть не прикидывается непробиваемым. Не бывает такой защиты, которую нельзя пробить. А против калибра, какой сейчас в моём распоряжении, слабовата у них броня.

Во многом я блефую, но ведь не во всём. И знать точно они не могут, где я привираю, а где — нет. Про мобильник соврала частично, его местонахождение установить — нет проблем. Но вот постоянное отслеживание, про это я не знаю, возможно такое или нет. Вероятность, что те молодые люди, свидетели моего задержания, позвонят в РУВД, всё-таки не нулевая. Тоже надо учитывать.

И как бы они не ерепенились и не запугивали, какой-то политес им придётся соблюдать.

Немного раздражает эта ситуация, но в принципе всё нормально и естественно. Нарабатываю репутацию в этом мире. Меня уже многие знают, теперь узнают и генералы. И как бы некоторым из них икать, заслышав моё имя, не пришлось. В том мире уже было так. Выход против Катрины — серьёзнейший шаг. Шаг, требующий вдумчивой и долгой подготовки, что, однако, не гарантирует даже ничьей. Бывало, я проигрывала, особенно в юности. Но после редкой победы надо мной враг очень долго зализывал раны. О, Катрина! Карающая длань Мессира.

Харитонов и Коротких резко подскакивают от звука распахнувшейся двери. Чуть поворачиваю голову, больше никаких движений. Вошедший сразу становится центром комнаты. В форме, но без кителя, по той же причине, почему я в лёгком сарафанчике. Жарко. На погонах две крупные звезды, подполковник. Лицо, как из гранита высечено, короткая причёска, волосы чуть тронула седина. На пару сантиметров выше и можно назвать высоким, а так, просто крупный мужчина. Крупный, но без выпирающего живота и распирающих брюки телес.

Снова отворачиваюсь, не желаю показывать, что мужчина абсолютно в моём вкусе, вкусе Катрины. Сильной и уверенной аурой на патриарха похож. Мне такие нравятся, но возраст, как бы не за пятьдесят. Великолепен, но не для меня, к сожалению.

Это новое действующее лицо. И как мне быть теперь? Может так?

Эпизод.

— Господин Харитонов, это третий? — на мой вопрос следователь только смотрит удивлённо: какой ещё третий?

— Двое, это вы с капитаншей, а третий — господин подполковник. Это вас троих скоро поставят на четвереньки, снимут штаны и оттрахают длинным и толстым дрыном…

Хрясь! Бум-к!

— Господин подполковник! — отчаянный вопль Харитонова.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Что это у меня перед глазами? Кое-как фокусирую глаза на поверхности стола, оказавшегося от них в нескольких сантиметрах. С трудом отрываю голову, на столе небольшое красное пятно.

Только сейчас понимаю, что мне прилетел мощный подзатыльник от подполковника. Офигеть! И что дальше? А дальше так…

Держу голову наклонённой, якобы пока не очухалась. Чуть подгибаю левую ногу вверх, инстинктивно зажимаясь от полученного удара. Пора! Наношу резкий и хлёсткий удар, целясь каблуком в мошонку. Не получается! Подполковник поднимает правое бедро с лёгким поворотом вбок. Хватает меня за шею, сжимает железными пальцами.

— Не надо, господин подполковник! — Харитонов явно стремится нас растащить, но не может. Держит капитаншу, которая тоже рвётся в бой. А в ушах шум и в голове сгущается туман, мне сонную артерию передавили.

Конец эпизода.

Бр-р-р-р! Стряхиваю морок. Нет, это, конечно, весело, но я неизбежно получу травмы при таком преимуществе у противной стороны. Синяков и шишек не боюсь, но вот рисковать внешним видом не готова, могут выбить зубы или сломать нос. Если придётся защищать свою жизнь или честь, плата небольшая. Но не ради развлечения.

Судя по выражению глаз подполковника, он на оскорбления в свой адрес среагирует рефлекторно. Так что делаем невинную и глупую моську.

И с такой же мордочкой теперь иду по мрачному коридору под конвоем могутного парня в форме.

— Вперёд! Лицом к стене! Руки за спину! Пошла! Стоять! Лицом к стене!

Выполняю все команды беспрекословно, с лёгкой расхлябанностью. И не забываю стрелять глазками в конвойного. В конце пути меня вталкивают в небольшую камеру. Судя по единственной откидной кровати одиночка. А где пять брутальных мужчин, которых мне обещали? Так не честно!

За мной злорадно лязгает железная дверь. Всё это результат короткого разговора без моего участия несколько минут назад.

— Что у вас? — подполковник холоден и лаконичен.

— Показания не даёт. Ссылается на подписку о неразглашении. Показания по интересующему нас делу давала следователю Карганову из Сокольнического РУВД.

— Проверили?

— Нет.

— Проверьте.

— Что делать с задержанной?

— В камеру до выяснения.

После этого я подписала протокол. Он оказался для следака обидно коротеньким. Один вопрос по существу и мой ответ в духе «пошли нафиг, не ваше дело!».

6 августа, вторник, время 14:40

Москва, корпорация «Инфотехн».

В лифтовый холл тридцать пятого этажа 36-этажного полупрозрачного высотного здания компании «Инфотехн» выходит импозантный и озабоченный мужчина. Владислав Олегович Молчанов не дожидается лифта, увидев по индикатору, что ближайший находится в районе пятнадцатого этажа. Проскакивает мимо и взлетает на следующий этаж по лестнице.

Вбегает в дверь с надписью «Начальник СБ», приветствует кивнувшую ему блондинку секретаршу и влетает в кабинет. С хозяином даже не здоровается, ни к чему, только что говорили по телефону. Сейчас опять говорит с кем-то. Тут же входит ещё один мужчина, с ним Молчанов здоровается за руку.

— Виталий, — обращается начальник к вошедшему за Молчановым, положив трубку, — бери оперативную группу, оператора и машину-пеленгатор. Владислав с вами. У него опять дочку украли. Я только что всё выяснил, Дима тоже на связь не вышел. Узнай у диспетчера его номер мобильника, ищите обоих.

Молчанов поступает точно в соответствии со своей фамилией, не произносит ни слова. Виталий отвечает коротким «Есть!». Оба незамедлительно покидают кабинет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

6 августа, вторник, время 16:25

Москва, Северо-Восточный округ, ул. Лермонтова 17.

Сижу за решёткой в темнице… сухой. Ни разу не кормленая орлиц молодой.

Как-то не выходят стишки, и пушкинские строки какой-то северо-кавказский акцент приобретают. Не иначе угнетающая обстановка действует. Сказать честно, не такая уж и угнетающая. Окошко высоко и маленькое, но солнце бьёт точно в него, и ворвавшийся сноп света рассыпается во все стороны, загоняя тени в дальние углы