Золото Карамкена - Юрий Николаевич Мильчинский

мной о любви к Полине Викторовне – это в корне неверно. Не по-человечески и не по-мужски. Согласны? – спокойным и уверенным тоном спросил Юра.

Анатолий Борисович попытался сосредоточиться. Алкоголь всё сильней распространял свое влияние на организм солидного влюбленного мужчины, но всё-таки он смог поймать взгляд Орлинского.

– Вы правы. Я всё скажу ей. Зачем я это говорю вам? Мне нужно всё сказать Полине! Полина Викторовна всё поймет. Но зачем я вам говорил, что люблю эту замечательную женщину? А? Зачем? Ну да ладно, всё скажу ей! Признаюсь и сознаюсь, что люблю. Но только при условии, что протрезвею. Удивительно… Спасибо вам, Юрий Николаевич, что помогли мне советом. Вы хороший человек. Спасибо вам! И ещё раз спасибо!

Они пожали руки, и хорошо захмелевший Анатолий Борисович, с приподнятым настроением человека, получившего ответ на давно мучивший его вопрос, пошёл в дом, из которого доносились звуки весёлого праздника.

Юра улыбался. Ему понравилось, как прошла его беседа с человеком, безответно влюбленным в Полину. Главное – действовать на позитиве: задать правильное направление, поправить курс – и порядок! Получится конструктивный диалог, полный смысла.

Всю обратную дорогу он слушал музыку и о чем-то думал, даже мечтал. Вспоминал глаза Полины и её взгляд при встрече. Раньше он не видел этого взгляда. Теперь он стал другой. Особенный. Раньше она никогда так на него не смотрела.

За свою жизнь он видел много разных женских взглядов, но в таком взгляде читались большими буквами только два чувства: большая симпатия и печальная тревога. Причём у всех женщин подобный взгляд абсолютно одинаков. Он направлен не в глаза мужчине, а нацелен прямо в сердце. И ты это не просто видишь – ты это чувствуешь. Этот взгляд не натренируешь, это от рождения дано женщине – так смотреть в сердце мужчины. Симпатия и тревога – это два смешанных в коктейль в одном бокале чувства, и на его дне осели несколько вопросов к мужчине, на которые он сразу не в силах ответить. И – в первую очередь – ответить честно. Вот что самое главное. Мужчине нужно время для правдивого ответа. Для того, чтобы не соврать себе и не обмануть ту, которая уже посмотрела тебе в сердце тем самым особым взглядом. Но всё-таки в самой глубине её души прячется уже рожденная благодаря тебе, растущая, легкокрылая, пугливая и очень осторожная надежда. Её надежда…

В юности есть чувства, и их достаточно для полного счастья или хотя бы для попытки его построить. А когда мальчики и девочки взрослеют, то тут уже в игру вступают не только чувства, но и обстоятельства. И порой именно обстоятельства выходят на первый план. Хорошо это или плохо? Что ставить во главу? Это каждый решает для себя сам.

Орлинский прервал свои размышления, когда доехал до парковки у своего дома. Он оставил машину и пешком пошёл в знакомую кафешку в одном тихих московских переулков. Столик он заказал на своё имя ещё вчера. Юра сел в углу возле окна, сделал заказ, взял в руки телефон и с удовольствием начал отправлять поздравления с праздником знакомым женщинам, которых ещё не успел поздравить.

Время было уже вечернее. В кафе сидели парочки, на улице похолодало, а здесь было тепло, вкусно пахло свежеиспеченным хлебом, тихо играла музыка. Орлинский поел борща, а на второе заказал большой говяжий стейк. Когда принесли кофе, его разморило, и он откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. Взял чашку кофе, вдохнул аромат. В этом месте готовят замечательный напиток…

У телефона засветился экран: входящий вызов. Юра протянул руку. Звонили из приемной офиса на Неглинной. Сегодня выходной, кто там может быть, да ещё и вечером? Может, что-то случилось?

Орлинский принял вызов.

– Алло! Юрий Николаевич! Это Марина Лаврова! – девушка была очень взволнована и буквально кричала в трубку.

– Да, Марина, привет! С праздником тебя! Давай потише, не волнуйся. Все живы-здоровы?

– Ой, все живы-здоровы, слава Богу. Юрий Николаевич, к нам в офис воры залезли! Меня полиция вызвала, потому что сегодня я ответственная. Сигнализация сработала, полиция – ведь они тут рядом – буквально через пару минут приехала, а воров уже и след простыл. Прямо из-за стола праздничного меня вытащили, мы с подругами на Кузнецком Мосту в кафе сидели.

Марина после вопроса о том, все ли живы-здоровы, заметно успокоилась.

– Взломали дверь в ваш кабинет и сейф ваш открыли, верхнее отделение. Там пусто. Вроде всё остальное на месте.

В верхнем ящике сейфа Орлинского лежали документы по золоту Карамкена, распечатанные с флешки, с картой и планами штольни. Однако точных координат входа в штольню и расположения хранилища с золотом там не было.

– Та-ак… – неожиданно спокойно для сотрудницы протянул в трубку Орлинский. – Марина, я сейчас подъеду. Скажи полицейским, хорошо? Минут через двадцать буду.

Орлинский рассчитался за стол, вызвал такси и поехал в свой офис на Неглинную. По дороге он пытался дозвониться Владу, но абонент был недоступен. Орлинский почему-то довольно улыбнулся.

Орлинский прибыл на Неглинную, как и обещал Лавровой, через двадцать минут. Прошел в офис. Возле входа в его кабинет сидела немецкая овчарка. Наклонив голову и высунув язык, она с любопытством посмотрела на нового человека. Он прошёл в кабинет. За столом сидел старший лейтенант и чертил схему расположения комнат в офисе для протокола осмотра. Дверь сейфа была открыта, и её обрабатывал специальным составом пожилой мужчина в гражданской одежде. Старший лейтенант встал из-за стола, показал свое удостоверение и представил коллегу-эксперта. В кабинет забежала Марина, испуганная, с трясущимися руками. Она была с красивым эффектным макияжем и в нарядном платье. Орлинский выслушал то, что она ему сказала, практически повторив слово в слово сказанное по телефону. Юрий поздравил её ещё раз с праздником, улыбнулся, попросил не волноваться и отпустил к подружкам за праздничный стол. Она поставила пару подписей на протоколе и убежала.

Старший лейтенант оказался опытным специалистом и задал Орлинскому несколько вопросов. Особенно его интересовало, что лежало в верхнем ящике сейфа: его коллеги всё осмотрели и пришли к выводу, что хотели открыть именно его. Орлинский объяснил, что иногда хранит там наличные деньги для выплаты гонораров, но это небольшие суммы и серьёзным профессиональным ворам это вряд ли интересно. Иногда там лежат кое-какие документы, но тоже не представляющие особой ценности.

Юрий осмотрел кабинет. Ничего ценного не пропало. Даже дорогая бутылка виски – подарок от Богдановой – была на месте. «Следствие должно сделать вывод, что вор непьющий», – почему-то весело подумал Юрий. Овчарка за дверьми