Прах человеческий - Кристофер Руоккио

Унизить императора, если получится. – Я отпустил пояс-щит и потер запястье, вспомнив кандалы, которыми был прикован к алтарю Элу. – Ему известно, какой властью обладают символы. Убив вашего отца, он просто откроет дорогу новому императору, а унизив его, уничтожит само понятие императора…

Я смутно припомнил цитату, кажется Импатиана, в которой говорилось о плененном царе земном и о том, как его пленитель глумился над ним, заставляя служить себе табуретом. Мне, видевшему черный город Дхаран-Тун и пиршества в залах Дхар-Иагона, не хотелось даже гадать, какая участь ждала нашего императора, попади он в руки Дораяики.

– Понимаю, – кивнул Александр.

– Значит, у нас есть шанс, – сказал я и, не отдавая себе отчета в том, что делаю, приблизился к принцу.

Его охранники-марсиане – забытые, словно статуи позади кресла, – заметно напряглись. Я опустился на колено, не в знак подчинения, а чтобы оказаться с сидящим принцем лицом к лицу.

– Созовите капитанов.

Принц резко вдохнул и откинул с лица прядь ярко-рыжих волос.

– Вы не считаете… что нам нужно бежать?

– С чего бы? – спросил я, оглядываясь на Леонору.

Архиприор поджала губы.

– Нам не следует… бросить моего отца?

Я почувствовал, как мой рот сам собой раскрылся, но сразу не смог издать ни звука.

– Ваш отец – император всего человечества. Мы не можем оставить его врагу.

Губы Александра беззвучно шевельнулись, словно в темных складках его мозга закопошились старые мысли.

– Если он падет, – сказал я, – мы поступим так, как должно. Мы с вами.

Я схватил его за запястье, и марсиане дернулись к нам, но Александр вскинул свободную руку, не сводя с меня глаз.

– Если он падет, – повторил я, – вы займете престол.

– Отпустите его высочество! – взвизгнула архиприор.

– Я же сказал, что это не так устроено, – ответил Александр.

Я потряс головой.

– Если ваш отец погибнет, вы должны за него отомстить. Укрепите свои притязания на трон. Вернитесь на Форум победоносным мстителем. Никто не осмелится вам перечить.

– А вы сможете править, будучи моей правой рукой? – спросил принц. – И жениться на моей сестре?

– Не нужна мне ваша сестра, – ответил я. – И власть не нужна. И трон не нужен. Я хочу… – Я запнулся.

Мне хотелось вернуть свою семью. Паллино и Элару. Айлекс и Карима. Корво, Сиран и Дюрана. Но даже наш святой император был не в силах этого сделать. Это вряд ли было под силу даже черному колдовству Кхарна Сагары. Время нельзя повернуть вспять, и даже темные боги, которым поклонялись наши Бледные враги, не исполнили бы моего сокровенного желания.

– Чего? – спросил Александр, поворачиваясь в кресле, чтобы лучше меня видеть. – Чего вы хотите?

– Немедленно отпустите его высочество! – снова рявкнула Леонора.

Но я крепко, долго держал руку принца и не сводил с него глаз. Мы оба замерли. Даже Леонора застыла как вкопанная за спиной Александра.

– Я хочу… – Я сглотнул, покосившись на советницу в черной мантии, затем на настороженных красно-белых марсиан.

Красный. Черный. Белый. Цвета лабиринтных шахмат. Мои цвета.

– Я хочу свободы, – ответил я. – Если мы прибудем на Перфугиум и обнаружим, что ваш отец погиб… Если по возвращении на Форум вы станете императором… я хочу, чтобы вы дали мне вольную.

– Вольную? – переспросил Александр, как будто я говорил на чужом для него языке.

Я долго и пристально посмотрел на него, затем на Леонору.

– Вы хотите стать императором, – произнес я и, когда Александр открыл было рот, чтобы возразить, повторил громче: – Вы хотите стать императором и поэтому не можете даже представить, что есть люди, которым этого вовсе не хочется.

Не сводя сурового взгляда с Леоноры, я продолжил:

– Люди твердят, что я Избранник Земной, но сам я никогда этого не говорил.

– Но как же Береника?! – воскликнул принц. – Я видел, что вы сотворили! На что вы способны!

– На что я был способен, – поправил я без лишних объяснений. – Я не Избранник Земной. У меня другая роль.

– Какая же?

– Не знаю! – прошипел я.

Крепче сжав пальцы, я вновь посмотрел мальчишке в глаза:

– Александр! Александр, я поклялся служить вашему отцу и выполню клятву. Мы спасем его. Зовите капитанов.

– Вы хотите… уйти? – Слова Александра донеслись как будто со дна колодца, а его подбородок задрожал. – Я думал… я думал, вы считаете себя возрожденным Богом-Императором.

Я помотал головой и наконец отпустил его руку.

– Я простой солдат Империи. Я не имею отношения к тому, что сочиняют другие, – сказал я, грозно взглянув на Леонору. – Мне не нужна власть, за исключением той, что позволит положить конец войне.

Я выпрямился и отошел на шаг, опустив руки, скрытые белым плащом. Мне пришлось напомнить себе, что передо мной был не император, не Вильгельм Двадцать Третий, Вильгельм Великий, Солнце Тысячелетия. Александр был мальчишкой, юнцом, сорока лет от роду.

Нужно было потрясти его. Подтолкнуть.

– Александр, я знаю, что это вы стояли за тем несчастным урсликом на Картее, – намеренно выбирая слова, произнес я.

Принц поднял голову; его взгляд стал внимательным и суровым.

– Я знаю, что вы пытались меня убить.

– Да как вы смеете! – Леонора выскочила из-за кресла принца, придерживая подол мантии. – Вы обвиняете его высочество! Обвиняете в… в…

Священнослужительница должна была произнести «в убийстве», но не нашла в себе сил выговорить это.

– Ваше преосвященство, я ни в чем его не обвиняю, – ответил я в надежде, что почтительное обращение умерит ее пыл. – Я точно знаю, что это были вы, – продолжил я, вновь обратившись к Александру.

Принц потерял силу и волю смотреть на меня. Его руки опустились.

Я отошел еще на шаг.

– Все еще думаете, что я ваш соперник? – спросил я. – Что я хочу отнять у вас трон? – Я едва не усмехнулся; на меня нашло какое-то легкомыслие. – Если так, Александр, то убейте меня. Прикажите вашим людям убить меня.

Я знал, что он этого не сделает, но все равно испугался. Если я ошибся, если неверно истолковал намерения юноши и его опасения в отношении меня, то с четырьмя марсианами мне было не сладить. Не в том состоянии. Вырваться из каюты я тоже не мог, и даже если бы на мою сторону встала четверка стражников, прибывших со мной с «Бури», добраться до корабля Бассандера нам бы не удалось. Я бы больше не увидел ни Валку, ни «Ашкелон».

Если я ошибся, то в моей истории началась бы последняя страница.

– Стража! – указала на меня пальцем Леонора. – Схватить этого безумца!

– Валяйте, – бросил я и откинул плащ, чтобы показать пустые руки. – Валяйте, – повторил я, обращаясь прямо к Александру.

Марсиане приготовились, ожидая приказа.

Но