Попаданка на десерт, или Любовь в Новогодие - Наталия Журавликова

28.1

Я неслась на занятия, потому что опаздывала. А на зельеварение мне успеть очень хотелось. Очень меня увлекал теперь этот предмет. Даже не зная рецепта нужного мне зелья, я должна уметь правильно подогревать, смешивать, взбалтывать и так далее. Гадкий мешочек с персиковым компонентом прожигал карман и совесть.

Успеваю! Галопом вбежала в аудиторию и врезалась в такую же опоздашку.

– Ой, извини, пожалуйста! — притормозила я. И увидела, что это Ассия. Ее личность меня сейчас тоже изрядно волновала. Не давал покоя разговор Кормилла и Кантарисса. Что у нее было с принцем? И почему она сейчас бросается его обнюхивать, а он злится до раздвоения языка?

– Девушки, встаем на свои места за столом практики! — возвестила Трамея. — Сегодня будем учиться готовить мандрагору правильной прожарки для зелья долголетия.

Не уверена, что мандрагора входит в рецепт антидота, но чем хару не шутит, пока Элоир спит?

Я увлеклась разведением и поддержанием пламени правильной высоты и яркости, когда услышала шепот над ухом:

– Ты специально вчера залезла на принца?

Вздрогнув, я решила что это Агамиль. Она меня вечно преследует и всегда все узнает первой.

Но это оказалась Ассия. Видимо, мы одинаково друг другом заинтересовались.

– Ты была на Играх? — ответила я ей вопросом на вопрос.

– Да! И все видела. Ты и мой принц!

Ох, что-то слишком много желающих владеть сердцем Кантарисса в моем окружении. Хотя, чему удивляться?

Он принц, и воистину прекрасный. Менталист, который старается не пользоваться своим даром направо-налево, из этических соображений. Мудрый правитель, который сумел решить проблему грабительских налогов, обдирающих атраморцев при прежних хозяевах этих земель… Проницательный сыщик, что сумел раскрыть банду фальшивомонетчиков. И много всего другого, о чем рассказывают в академии. И что я почувствовала сама, говоря с ним.

– А Кантарисс в курсе, что он твой?

Трамея увлеченно что-то объясняла студентке, которая успела поджечь край стола, поэтому я могла поговорить с Ассией.

– Еще нет. Но он все чувствует. Он же менталист! — с гордостью сказала Ассия. Будто она и правда его девушка. — Понимаешь, Жози, есть знание, которое приходит к нам свыше! И я просто знаю, что он - мой истинный. А я его.

Нет, ее всё же не долечили. Отравление яблоками в полный рост.

– Нет у нас ничего с Кантариссом, — попыталась я ее успокоить, чтобы она мне свою мандрагору за шиворот не сунула, — он просто узнал меня и попросил стать наблюдателем, вот как раз потому что у нас ничего нет.

Ассия с сомнением на меня посмотрела. На лице ее отразилась работа мысли. Уж не знаю, поверила ли, но отстала.

После зельеварения мы повторяли подвиги василисков на “Истории”. Я рассеянно слушала Нурманна, думая о том, почему нам ничего не рассказывают дальше отца пяти братьев-королей. Кем был их дедушка по отцовской линии? С материнской понятно - жена императора, Арианна, наследница короны в государстве, которое чуть ли не было уничтожено мятежниками. Но явился Вазилисс и обратил всех нападавших в камень. Жаль, что отец принцессы Арианны успел погибнуть к тому времени.

Но Вазилисс оказался не только смелым, но и очень дальновидным политиком. А также успешным завоевателем. Он не только сохранил королевство, которым правили до него родители Арианны, но и значительно расширил его границы, превратив в империю. Очень удобно, когда у тебя пятеро сыновей, родившихся в один день. И хочется каждому дать порулить и не разругаться.

Хотя, насчет “не разругаться” - не очень получилось, судя по тому, что рассказывает Тарис.

Это Андарисс и Алидисс у них не разлей вода. С остальными сложнее.

Мне надоело слушать про королевское семейство и я начала думать, как заставить одного симпатичного василиска захотеть фруктовый лед в разгар зимы.

Пожар в кафе устроить не вариант.

Придется действовать убеждением и личным обаянием. Но вначале лакомство следовало приготовить, причем по памяти. Потому что в местных поварских рецептах я видела муссы, желе и мороженое. А фруктового льда не заметила. Возможно, потому что его там не было.

Придя на кухню, я долго и сосредоточенно сидела, приложив пальцы к вискам, пока не забеспокоились все, даже белка, которая при посторонних хранила молчание.

– Вспомнила! — закричала я, видимо, так внезапно, что Иора подскочила, вылив на себя только что тщательно взбитые ею сливки.

– Чего ты вспомнила, дурная? — выругалась матрона. Она со мной не церемонилась, но все равно очень мне уже нравилась.

– Рецепт льда фруктового, что в каких пропорциях класть. Но мне нужны будут палочки. Чтобы замораживать вокруг них лакомство.

– Рецепт льда? — удивился шеф-повар Фельезер. — А не холодно его есть в такую погоду?

– Не на улице же! — я надеялась, что моя беспечность не выглядит наигранной. — И вообще, я готовлю рецепт только для первых лиц, которые ужинают в кафе с принцем Кантариссом. А у них там тепло.

– И верно, там порой так нагреют, что у меня бюстье плавится, — неожиданно поддержала меня Иора.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍