Оборотни - Эдди Шах

Двое других тогда выскочили справа, один за другим. Он перевел свой взгляд на эту часть зала. Снова там не было никого, кого бы он мог узнать. Третий, соблюдая дистанцию, открыл огонь из глубины помещения. Он обошел зал за цепочкой взволнованных официальных лиц и поднялся по ступенькам, которые вели на нижнюю галерею. При этом он обернулся взглянуть на авансцену Рейхстага. Он узнал руководителей, входивших в зал, президентов Соединенных Штатов и России, а также премьер-министра Англии. Группа остановилась, обмениваясь рукопожатиями с министрами и другими государственными деятелями. Это должно было занять некоторое время. Эдем предполагал, что пройдет еще по крайней мере девять минут, прежде чем они подымутся на трибуны. А за ними, на площади, он мог видеть борьбу, разгоравшуюся между полицией и группой протестующих. Все больше полицейских вступало в нее, пытаясь предотвратить опасную эскалацию беспорядков.

— Куда вы следуете? — спросил полицейский в форме при входе на лесенку.

— Снаружи начались беспорядки, — ответил он. — Мне приказано проверить, не проникли ли их зачинщики наверх.

Полицейский кивнул и пропустил его.

Лесенка вела на галерею первого яруса. За галереей находился коридор с дверьми, которые вели в различные кабинеты и складские помещения. Коридор был пуст, и Эдем прошел по нему до другой стороны галереи. Осторожно открыв первую дверь, он выглянул в зал. Собравшиеся там перегибались с балкона и пытались лучше увидеть церемонию приветствий, которая происходила внизу.

Один из русских сотрудников безопасности увидел полурастворенную дверь и подтолкнул своего товарища. Они находились в каких-нибудь двадцати метрах от Эдема и стали пробираться к нему через небольшую толпу. Но его внимание было привлечено неожиданным движением в другой стороне. Он быстро затворил дверь и побежал по коридору, проверяя все двери подряд. Четвертая дверь оказалась незапертой. Здесь был небольшой темный чулан, и он скользнул туда. При этом он споткнулся обо что-то на полу, но удержал равновесие и быстро закрыл за собой дверь. В полной темноте он ощупал замок, надел засов и задвинул его. Отступив от двери, он стал поджидать охранников.

Сотрудники безопасности проверяли каждую дверь в коридоре, заглядывая по пути в замочные скважины. Они потрясли дверь чулана, а затем прошли мимо. Эдем слышал, что они говорили по-русски. Один из них смеялся. По их тону он понял, что они не воспринимают происходящее серьезно, но службу свою знают. Через минуту после того, как наступила тишина, сознавая, что у него времени в обрез, Эдем провел рукой по стене в поисках выключателя.

Найдя, он включил свет так, чтобы щелчок не был слышен снаружи.

В углу неподвижно лежал человек, правая его рука покоилась под левой, а голова была откинута в сторону и вниз. Эдему не нужно было видеть красную дырочку на его голове, чтобы понять, что тот уже мертв. Но он все еще мертвой хваткой сжимал свой револьвер.

Эдем сразу признал в нем одного из штурмовиков Кааса, приведенных сюда для уничтожения политических деятелей мира. Но кто-то другой уничтожил его самого.

Обыскав его карманы, Эдем нашел пропуск представителя печати, выписанный на франкфуртскую газету «Дейли ньюс». Эдем не забыл, что Каас был также с бригадой журналистов. Так вот как они проникли внутрь! Больше в карманах ничего не оказалось, никаких других удостоверений, даже меток на одежде не было. Люди Кааса приготовились к самому худшему.

Оставалось трое. Включая Кааса. Если только других не постигла та же судьба.

Выяснять, как это произошло, нет времени.

Нужно двигаться, Маркус. Пригибаясь и подкрадываясь. Это единственный способ избежать беды.

Он прислушался у двери, убедившись, что снаружи никого нет, осторожно отпер ее и опять протиснулся в коридор.

Из зала теперь доносились приветственные крики. Руководители вступили туда, и их встречали аплодисментами члены бундестага и собравшиеся гости. Эдем прошел по коридору и открыл дверь в восточном крыле. Никто не увидел, как он опять проскользнул в обзорную галерею. Находившиеся там буквально свешивались с балкона, аплодируя и приветствуя руководящих деятелей. Эдем встал на цыпочки и заглянул вниз. Члены бундестага стоя приветствовали двух президентов. Между ними находились председатель бундестага и канцлер Германии, которые подводили их к возвышению и двум трибунам. Другие руководители европейских стран прошли вперед и стояли на возвышении за двумя трибунами.

Эдем отпрянул назад и оглядел галерею. Там не было ничего необычного. Теперь следовало перебраться по лесенке на второй ярус. Один из гостей, нависавших над перилами балкона, приподнялся и повернул голову. Эдем узнал Крагана в тот самый момент, когда нацист увидел его;

Итак, начальнички тоже были здесь. Эдем не стал ждать, а вышел в коридор и взбежал на второй ярус. Крагану пришлось бы выйти за ним, но Эдем знал, что действительная опасность исходит от Волосатого и его людей. Если не считать, что один из них уже мертв.

На втором ярусе происходило то же самое, что и на первом. Он быстро прошел позади собравшихся, внимательно осматриваясь. Ничего необычного, ничего тревожного. В конце концов, это было слишком высоко. Он снова посмотрел вниз на сцену. Два президента подымались по ступенькам к своим трибунам. Члены бундестага сидели на своих местах, так же как и приглашенные на нижней галерее. Но и здесь, так высоко, гости не возвратились на свои места. Они старались оставаться у барьера, только таким образом они могли видеть церемонию.

Эдем услышал, как начал говорить председатель бундестага. Он просил тишины, чтобы представить двух наиболее могущественных людей планеты.

— Наступило мирное время, — сказал он в своем вводном слове. — Время, когда люди и страны тянутся к единству. Народ Германии собственными руками снес Стену, ему открылась перспектива будущего. Но за будущее нужно бороться. Его нужно завоевать. Наша Германия, единая страна единого народа, может стать символом этого будущего, свидетельством надежды, возникшей из руин бомбардировок. Заклятые враги, ярые враги протягивают друг другу руки как друзья. Это наше наследие. Наш долг. И собравшиеся в этом зале будут достойны такого будущего.

«Которое напоминает преисподнюю», — подумал Эдем, заглядывая через барьер и пытаясь увидеть, откуда грянет уничтожение. Все на волоске. Смести эту кучку — и мир снова вернется к периоду баррикад и конфронтации.

Президент Соединенных Штатов переступил через последние ступеньки к своей трибуне; русский руководитель не отставал от него у своей трибуны. Когда оба они достигли своих трибун, русский президент сел в красное кожаное кресло, а американский руководитель остался стоять.

Щелкали фотоаппараты, аплодисменты вспыхнули снова, и председатель бундестага, как родитель, увещевающий непослушных детей, улыбался и делал знаки рукой, чтобы собравшиеся снова замолкли.

— Два судьбоносца, — продолжал он. — Первый — это президент Соединенных Штатов Америки.

Снова раздались приветственные крики, и наконец, почти две минуты спустя, американский руководитель начал говорить.

Эдему предстояло спуститься вниз, определить, откуда они могут появиться. Он покинул галерею и бросился к задней лестнице, прыгая через две ступеньки. Если они будут действовать строго по сценарию, разыгранному в том помещении для репетиций, это произойдет на нижнем уровне, так, как это происходило в том деревянном здании.

Он уже почти спустился, когда прозвучал первый выстрел, прозвучал в отдалении, через закрытую дверь, но Эдем знал, в кого он был направлен. Потом раздались еще два выстрела, прежде чем он успел открыть дверь и войти в зал заседаний.

Там царило столпотворение. Крики, паника, метавшиеся повсюду люди. Полицейский со вскинутым автоматом кричал на него, приказывая помочь навести порядок в толпе. Эдем не обращал на него внимания и осматривал зал. Выстрелы прекратились. Президенты остались целыми, оба они лежали на полу, прикрытые сверху своими телохранителями. Недалеко от них валялся мертвый чиновник, рот его застыл в удивлении.

Эдем взглянул наверх и увидел красный флаг, развевавшийся с верхнего яруса. На нем собравшиеся могли видеть изображение серпа и молота. Опуская глаза, он увидел Кааса, лицо которого было полускрыто длинным объективом телекамеры, которую он направлял с первого яруса. Эдем помчался обратно к двери и взлетел по лестнице.

Выйдя в коридор, он увидел в другом его конце штурмовика с пистолетом в руке. Пуля просвистела мимо, когда он, выхватив собственный револьвер, покатился по полу, нажимая при этом на спусковой крючок. Второй выстрел повалил штурмовика, пуля разнесла его лицо пополам.

Все же двое остаются, Маркус. Кто же убил первого?