Крестовый поход - Дэвид Вебер

А ведь из всех фиванских космических крепостей «Святой Эльм» – мощнейшая и наиболее надежно защищенная!

Орудийные расчеты систем наведения в остальных крепостях угрюмо наклонились над дисплеями, ожидая следующей волны смертоносных беспилотных носителей.

– Господин адмирал! Вторая волна беспилотных носителей готова к переходу сквозь узел пространства, – доложил Сущевский.

– Очень хорошо, коммодор! – Антонов взглянул на хронометр: – Старт через три часа пятьдесят минут.

– Есть!

Начальник штаба отвернулся к своему дисплею и содрогнулся, попытавшись представить, что чувствуют фиванцы по другую сторону узла пространства. Он понимал, что у них страшно напряжены нервы, что их тела скручивает страх, что им дурно от непрерывного напряжения. Сущевский встрепенулся, пытаясь отогнать от себя эти страшные мысли. Потом он взглянул на адмирала Ланту, наклонившегося над вспомогательным дисплеем вместе с Ангусом МакРори, и быстро отвернулся к своим приборам.

Снова завыли сирены. Адмирал пятого ранга Панханаль еле продрал глаза. Взгляни он на голографический дисплей, он увидел бы там уже хорошо знакомое жуткое зрелище, но ему не нужно было туда смотреть, чтобы знать, что происходит. Адмирал вот уже неделю не сходил с мостика сверхдредноута «Чарльз П. Стедман». Ради ночи спокойного сна он пошел бы на убийство, а горячая ванна была для него сейчас желаннее всего на свете. Но постель и горячая вода остались в какой-то другой жизни. От него воняло потом, а тело в скафандре невыносимо свербело, но он старался не думать об этом. Адмирал выругался, когда из узла пространства появилась новая волна беспилотных носителей стратегических ракет.

Панханаль протер глаза и постарался привести мысли в порядок, ведь после гибели вместе с «Масадом» адмирала четвертого ранга Вантара и старшего военного капеллана Урлада он остался старшим по званию офицером Разящего Меча Святой Матери-Земли.

Когда же погиб Вантар? Вчера? Или позавчера?.. Впрочем, какая разница! Проклятые язычники уже который день кряду бомбардируют из Лорелеи космические укрепления Фив. Они могли бы отправить все свои носители сразу, но предпочли продлить пытку, посылая их по определенному графику, чтобы продемонстрировать фиванцам уверенность в своих силах и техническое превосходство над ними. Каждый удар был направлен на одну конкретную цель, и Возлюбленный Народ в ужасе понял, что язычникам известно все о его обороне. Самый короткий интервал между волнами беспилотных носителей равнялся пятнадцати минутам, а самый длинный – девяти с половиной часам. У гарнизонов космических крепостей нервы были напряжены до предела. Служившим там фиванцам оставалось только сидеть и гадать, на кого будет с хирургической точностью направлен следующий смертельный удар.

Адмирал пятого ранга смотрел, как пилоты его космических истребителей отчаянно пытаются сбить хотя бы несколько беспилотных носителей… Но у них ничего не получалось! Он подвел свои драгоценные авианосцы на расстояние всего сорока световых секунд от узла пространства, чтобы в патрулировании участвовало как можно больше истребителей, ведь ангары с поверхности космических крепостей были давно сметены яростными бомбардировками язычников. Некоторое время его пилотам удавалось сбивать довольно много носителей, но фиванцы были слишком неопытны и быстро устали. Постоянные патрули сильно их выматывали. Они стали вялыми и невнимательными.

Но кроме них, бороться с носителями было практически некому.

Носители из последней волны внезапно замедлили свой полет и выпустили тучу ракет по «Вердену», последней космической крепости фиванцев. Панханаль закрыл глаза, перед его мысленным взором предстал шквал оборонительного огня крепости.

Офицеры на мостике даже не застонали, а издали какой-то сдавленный хрип. Панханаль открыл глаза и повернулся к оптическому дисплею, на котором гасли вспышки страшных взрывов. Он вздохнул и обмяк в кресле. От «Вердена», построенного на одном из сравнительно небольших астероидов, вообще ничего не осталось. Космическая крепость рассыпалась в прах.

Адмирал откинулся на спинку кресла и изучил последние донесения. Из множества некогда грозных крепостей уцелело не более шести, да и те были разрушены почти до основания. Каждая из них была теперь лишь немногим опаснее обычного сверхдредноута, а на «Виксбурге» и «Рорке» оружия осталось меньше, чем на линейном крейсере. Сорокалетний каторжный труд был уничтожен за шесть страшных дней. Одна Святая Мать-Земля ведает, сколько Ее отважных воинов погибло за это время! Панханаль этого не знал и не хотел знать.

Теперь, после уничтожения крепостей, оставалось только ждать вторжения язычников. Хорошо хоть уцелели минные поля! Панханаль постарался приободриться, потому что спутники-истребители из состава минных полей были непреодолимой преградой на пути любого обычного вторжения. Впрочем, язычники наверняка знают и о них. Недаром же они бомбили крепости с такой дьявольской точностью! А если им известно о минных полях и они все равно пойдут на штурм, значит, они что-то придумали!

От этой мысли адмиралу стало еще тоскливее. Он надеялся, что хотя бы его подчиненные пребывают не в таком подавленном настроении, ведь на других кораблях еще не знали о том, что вчера вечером старший военный капеллан Санак удалился с флагманского мостика «Стедмана». Он сказал, что скоро вернется, но на самом деле он застрелился у себя в каюте из автоматического пистолета. Теперь Панханаль старался не смотреть на его пустующее кресло с мостика сверхдредноута «Чарльз П. Стедман». Ради ночи спокойного сна он пошел бы на убийство, а горячая ванна была для него сейчас желаннее всего на свете, и постель и горячая вода остались в какой-то другой жизни. От него воняло потом, а тело в скафандре невыносимо свербело, но он старался не думать об этом. Адмирал выругался, когда из узла пространства появилась новая волна беспилотных носителей стратегических ракет.

– Всем кораблям приготовиться к бою, – хрипло скомандовал он.

– Есть приготовиться к бою, – устало откликнулся капитан его флагмана.

Яркие точки на антоновском дисплее, стройными рядами двигавшиеся к узлу пространства, на самом деле представляли собой флот невероятно разношерстных грузовых космических кораблей.

Вопреки всем ожиданиям, в эпоху межзвездных перелетов возродился допотопный тип грузового космического корабля, летавшего куда угодно и с любым грузом. Реакционно-инертные двигатели были дорогим удовольствием, но они почти ничего не стоили в эксплуатации и не требовали от корабля определенной рабочей массы. Через узлы пространства любой корабль, способный выйти в открытый космос, мог теперь перелетать из одной звездной системы в другую, и таких космических судов развелось бесчисленное множество; Андерсон без особого труда реквизировал их для Антонова. Загвоздка же, из-за которой в основном и откладывался штурм, заключалась в том, что каждый из этих кораблей нужно было оснастить простейшим маскировочным устройством, способным работать в дезинформационном режиме, так как лишь при этом условии они могли выполнить то, что предназначил им Ланту.