Институт Сверхъестественного. Магии и Ворожбы - Любовь Кулагина

Нас нашли прежде чем круг из пентаграмм был готов. Как бы Вова не спешил, он не успел и пришлось сражаться так.

— Наше трио здесь? — интересуется парень, отбивая охоту откусить от его руки кусок, какую‑то тварь.

— Не видно. — морщусь, когда вижу как слюни брызнули на нас и запачкали и так грязные вещи, но раньше‑то хоть они сухими были.

— Чего же раньше не сказала?

— Не знала, что это важно.

И тут Вова перестают драться и просто смотрит на существ. Я хотела его потрясти, чтобы очнулся, но… но все замерли, а потом улеглись и кое‑кто зевнув, свернулся калачиком и заснул.

— А раньше так не мог?

— Нет, Рен, не мог. И никому не рассказывай что видела. Хорошо?

— Почему?

— У меня неприятности будут. — горько усмехается парень.

— Из‑за способностей? — всё ещё не могу понять его просьбы.

— Да, дорогая. До мастера я не дотягиваю, а ниже ранг мои не примут. Уж если есть дар — развивай по максимуму, либо не святи им вообще.

— Жестоко. Но смысл есть. — поделилась я своими мнением.

— Да? — походе он этого самого смысла не видел. — И какой же?

— Если ты имеешь дар о котором никто не знает и стремишься его развить до предела, то противник, который не в курсе о способностях, может создать ловушку из которой ты выберешься на раз два, а не будешь захвачен, как тот рассчитывал. Так что я никому не скажу, не переживай. Развивая свой дар, он же потрясающий. — и улыбаюсь. — А много сил уходит?

Вова задумчиво хмыкнул и продолжая меня рассматривать, произнёс.

— Я уже говорил, что ты потрясающая?

— Сегодня? — в шутку интересуюсь, но он даже не улыбается.

— Да. Вроде нет. Рен, — и он блеснул улыбкой.

— Что? — а сама оглядываюсь на шум.

— Кажется поводыри явились. Бежим.

Усыплять животных или просто их утихомиривать, забирало много сил, больше, чем признался Вова, и нам было тяжело. Я не умела драться, я не умела нормально ставить блоки и нас сильно потрепали, прежде чем мы попали к мастеру, который объявлял кто сколько лишних часов пробудет в связке. Мы и правда оказались молодцами, всего три часа и сорок две минуты.

— Пойдём, поедим. — и потащила Вову на полевую кухню.

Парень не сопротивлялся, видимо тоже проголодался. Глянула на него. М — да, ему бы поспать.

— Как думаешь, сколько времени на передышку нам дали? — и жду ответа.

— Не много. — устало ответил тот и мы наконец‑то пришли.

В молчании поели и направились к домику. А что? Это всё таки наш домик. Ну и как следовало ожидать нарвались.

Всё, я сейчас упаду и умру. Озвучить эту мысль не успела, Вова откупорил подаренный мальчиками пузырёк и влил мне в рот, без каких либо просьб и разъяснений. Чуть не подавилась, ладно хоть видела и понимала, что он собрался делать.

— А как же мы потом? — ужаснулась я, вспомнив предостережения ребят.

— Мы уже где‑то час бегаем. А оно три часа действует. — и тут он прикрыл глаза.

Я тоже, ведь такое приятное тепло прошлось по телу, что так и хотелось мурлыкать.

— Красота. — расплываюсь в улыбке и открываю глаза, чтобы убедить, на Вову подействовало и выглядит тот лучше.

А потом всё слилось в мешанину бега и пряток. До домика мы так и не добрались, нормально не отдохнули, но зелье было чудесным и мы не чувствовали усталости. Впервые в жизни, я не сбивалась с шага, не была обузой и душа пела. Сцепленные руки, уже не мешали совершенно. Всё было так как надо, и когда мы вдруг остановились по среди поляны, я не сразу поняла что произошло.

— Вов?

А тот оглядывается и что‑то высматривает, а потом поворачивается ко мне.

— Всё, Рен.

— Что всё? — не поняла я.

— Всё, кажется время истекло и от нас отстали. Всё. — и улыбнулся так безмятежно, что я тоже улыбнулась.

— И что теперь?

— Надо найти магистра, чтобы нас освободили и спать. Зелье‑то тоже скоро прекратит действовать.

— Угу. Давай.

Но с каждым шагом бодрость покидала и всё чаще я начинала зевать и клевать носом. Мамочки, да я так стоя засну.

— Вов? Я не дойду. Сейчас свалюсь.

Мне что‑то промычали и легонько дёрнули в сторону. Ещё два шага и мы в тени дерева. Вова закрутил меня в свои объятья и присел вместе со мной, а потом вообще лег, то есть облокотился на ствол дерева, а я на него и сразу вырубилась.

Ночь прекрасна. Такие яркие звёзды, что аж дух захватывает. Подул ветер и я поёжилась, а потом поняла, что сплю и на мне нет одеяла. Стала шарить рукой в его поисках. Что это? Не то, не то. Странная ткань. Что это на моей постели? Я разделась на ней? Не помню. Да где же одеяло, мне холодно?

Казалось, что я лежу на одеяле, но никак не могу найти край, к счастью, вскоре мне это уже было не нужно, стало тепло. Постелька нагрелась и я распласталась на ней. Не очень удобно, зато тепло.

— Связка завершена. — прошептали на ухо, и я вздрогнула, а наши руки разъединились.

И вот тут я всё вспомнила. Выпрямилась, села. Сонно похлопала глазами и попыталась сосредоточить взгляд на парне, но он очень быстро ретировался.

— Эммм. — только и промычала, вслед ему.

— Привет. — опять дёрнулась и повернулась, передо мной на корточках сидел Миша.

— Привет. — и спрятала зевок кулаком.

— Как день прошел?

Он издевается? Наверно, да. Вон, сидит, улыбается и даже голову по совиному склонил и ждёт ответа.

— Отвратительно. — не стала лгать я.

— Ммм. Ну и что ты творишь, Рен?

— Что?

Парень тяжело вздохнул.

— М — да. — и со вздохом глянул на меня так …, ну как на несмышлёных смотрят, вот так.

— Что ты хочешь? Я только проснулась. — попыталась оправдать свою тугодумность.

— Я видел. — и вдруг еле сдержался, чтобы не рассмеяться.

— Что? — я даже машинально волосы пригладила. — Такая смешная?

— Не то слово. — ну вот, я обиделась. — Не дуйся. Просто пообещай.

— Поконкретнее, пожалуйста.

— А говоришь, только проснулась. Соображаешь всё равно нормально. — я бросила на него скептический взгляд и он продолжил. — Не доводи его больше до такого состояния.

Я поморгала, но всё равно не поняла, про что это он сейчас толкует.

— А? Ты про что и кого?

— Про Вову, Рен. — и тихо смеётся. — Я бы уже не выдержал.

Всё, мне надоело его слушать. Я в конце концов и не скрывала, что плохо подготовлена физически. Да, мне чертовски неловко, что Вове приходилось таскать меня на руках. Но блин, как же не хочется слышать подобные обвинения, тем более, что Вову мне самой жалко, а он не жаловался.

— Миша, или говори прямо или иди куда шёл. — нагрубила на ровном месте и сжала губы, демонстрируя решимость.