Узнай меня - Юлия Кир

нужен лозунг! Например: «Справедливое общество, равные права». Ну, или если хочешь, сам можешь придумать.

Иэнель улыбнулась, а потом неожиданно побледнела.

— Сейчас вернусь, извини — икнула она через ладонь, и выскочила за штору в купальню.

Шаон с беспокойством слушал как ее тошнило, не выдержал, встал и принес стакан воды. Она благодарно приняла его. Напилась, прополоскала рот.

— Позвать лекаря, служанку? — взволнованно спросил дайн.

— Нет, лекарь тут не поможет, а Дина уже спит — поздно. Я ее с утра сегодня помотала, — смущенно улыбнулась принцесса, — Вечером ее не трогаю.

— Но тебе плохо!

— Пустяки, это просто стресс и отсутствие отдыха. Пройдет. Я наверно что-то съела не то.

— И когда началось твоё «съела не то»? — прищурился Шаон.

— Ну, несколько недэй. Наверно никак не привыкну к вашей пище, — рассеянно пожала плечами Иэнель, вновь возвращаясь к стопке документов на столе.

— Иэнель, ты вроде взрослая женщина, а ведешь себя как ребенок, — начал Шаон.

— Ну все мы чьи-нибудь дети, — отмахнулась принцесса, — отец меня до сих пор называет «солнышком» …

— Не увиливай от темы. Тебя тошнит с утра и вечером в течении нескольких недэй, наверняка этому сопутствуют сонливость, отсутствие аппетита, смены настроения…

— Да… но что ты хочешь этим….

— Прости, но когда у тебя были женские дни?

Шаон был уже взрослым, когда мама забеременела Лати и прекрасно помнил её состояние.

Иэнель вспыхнула от такого личного и интимного вопроса.

Мужчина видел, как чувства и мысли слишком часто менялись на ее лице, и не было времени, чтобы возмутиться.

— Ты хочешь сказать… Я идиотка, Шаон!

Она вскочила и нервно начала ходить из угла в угол, загибая пальцы, хватаясь то за голову, то за живот, то прикрывая ладонью рот, сдерживая позыв.

— А ведь и верно… Два месяца Шаон! Два!

Села на краешек стула и обхватив себя за плечи, разревелась.

Шаон выругался и присев рядом, крепко прижал к себе, давая выплакаться.

За последние недэи они с принцессой стали настоящими друзьями. И ему очень хотелось, чтобы и в его стране появились такие женщины. Сильные, самостоятельные, но бесконечно нежные и ранимые.

Как полагается, последний зимний месяц Инот был щедр на метели и морозы. Казалось с их наступлением энтузиазм Иэнель немного пошел на убыль. Она старалась больше отдыхать, а все важные вопросы взвалил на себя Шаон. Ей с Эндвидом оставалось лишь советовать и направлять.

Шел снег. Тихий, чистый, чуть влажный, похожий на брызги морской пены. Солнце то появлялось, то вновь исчезало за быстро бегущими в небе облаками. Ветер качал верхушки деревьев, но тут было тише и, казалось, даже теплей. Она стояла перед храмом Ушедших Богов и пуская изо рта белые облачка пара, любовалась видом на далекий город и молчаливый, уснувший парк.

Задумчиво смотрела на цепочку своих шагов, протоптанных в высоком снегу и вспоминала как первый и последний раз она была тут с Урмэдом.

Вспоминала его слова о солнечных мгновениях счастья и по щекам катились холодные ручейки слёз. Казалось, что счастье осталось где-то там, в маленькой комнатке за мастерской, в чужой, но прекрасной стране с удивительными богами и обрядами. А теперь у нее остались лишь холод, снег и одиночество.

Коснулась ладонями живота. Нет! Она теперь не одинока. У нее есть тот, ради которого надо жить. Она обещала.

Вошла в храм и мысленно поприветствовав тринадцать молчаливых хозяев, остановилась посередине.

Сегодня ей хотелось побыть одной. Сбежать ото всех, разобраться в мыслях, успокоить чувства. И утром она вспомнила об этом месте. Перешла порталом, но неведомая магия не позволила оказаться ей сразу внутри. Пришлось подниматься по ступеням, но ей это только нравилось. Постоянное сидение за столом в пыли бумаг здоровья не прибавляли.

Медленно пошла по правому ряду. В тот раз она плохо рассмотрела серых айданов.

Внезапно выскочившее из-за туч солнце прошило лучом отверстие в потолке, осветив предпоследнюю фигуру воина-хранителя. Вторую от верховного «Бога». Это была одна из немногих хорошо сохранившихся статуй. Мужчина в плаще с полным колчаном стрел за спиной и луком в левой руке. От лука теперь осталась только рукоятка «плеча», но он вполне угадывался.

Иэнель подошла ближе рассмотреть выщербленные временем руны. Хоть язык и древний, но прочтение символов было вполне понятным — Урмидаль — гласила надпись. Сделала шаг в сторону, чтобы лучше рассмотреть лицо и вздрогнула. Красивое лицо бога с правой стороны уродовал шрам.

— Ну привет, — прошептала она, смахивая редкие снежинки с основания постамента. Удивительно, но даже через дыры в потолке, снега тут совсем не нанесло.

«Может быть, именно поэтому Урмэду так много удалось совершить. Ведь у него был практически Бог-защитник, побратим или тёзка. Вот и не верь потом в судьбу и предназначение. Что тут еще скажешь?»

Постояла так некоторое время, ища в каменном лике знакомые черты, потом медленно прошла по кругу, рассматривая остальных…

Неожиданно услышала звук схлопывающегося портала и с досадой вздохнула.

«Никуда сегодня не скрыться»

— Иэнель вы здесь?

В проеме появилась фигура Нанда закутанная в плащ.

— Уф, наконец то! — где только я не искал, уж думаю если не тут, то тогда придется всем миром на поиски кидаться.

Иэнель улыбнулась. Он волновался искренне и ей было, что не говори, приятно.

— Пойдемте, наверно замерзли уже. Да и нельзя вам сейчас…

— Нанд, стой, погоди, — мягко улыбнулась принцесса, — не тараторь. Я не инвалид и не больна, чтобы постоянно лежать в постели. В моем положении наоборот советуют больше находиться на свежем воздухе. Так что прогулка мне только на пользу. Да и вообще, мы давно договорились на «ты».

Он смущенно вздохнул, но тут же пожал плечами и открыто улыбнулся.

«Мальчишка» — про себя тепло улыбнулась Иэнель.

— Ты что-то хотел?

— Да, мы же договаривались! Сегодня к нам на ужин. Вас, то есть тебя, — тут же поправился он — еще на прошлой недэе тётушка звала.

Иэнель охнула. Как она могла забыть?

— Я ужасно рассеянна последнее время. Конечно пойдем. Не стоит заставлять ее ждать. Прости.

Иэнель действительно было стыдно. Ведь специально договаривались загодя, чтобы ничего не планировать на этот день.

— Пойдем же! — позвала она Нанда, направляясь к двери. Но он, казалось, вспомнив что-то, медлил.

— Нанд?

— Иэнель…

Он приблизился, и по его лицу принцесса сразу поняла, что сейчас последует. Она зябко вздрогнула и плотнее запахнулась в теплый плащ Урмэда, словно желая, чтобы он обнял ее сейчас, предал сил, успокоил. Грустно улыбнулась, стараясь, что бы это не выглядело как снисхождение.

Но Нанд, как оказалось, не заметил этого. Он погрузился в