Иван-царевич и С.Волк - Светлана Багдерина

Бешеные медные быки, пышущие огнем, которых надо запрячь в плуг и вспахать на них поле.

"Это катастрофа. Я погиб," — захолодело все внутри у Иванушки. — "Я же не умею пахать!.."

Если бы Иванушка не уронил бы Монстеру на пол, она бы назначила ему свидание и рассказала, как справиться с первым испытанием.

Или подарила бы книжку "Триста вопросов про фермерство, которые вы хотели задать, но не решались."

Ивану не спалось.

Атмосфера, царившая в среде космонавтов после аудиенции и до самого отхода ко сну, напоминала Иванушке, скорее, о сне вечном, и к простому просмотру цветных широкоформатных грез не располагала.

Провертевшись часа полтора на жестком ложе, он тихонько встал, натянул сапоги из кожи заменителя и прошептал заклинание невидимости — у него было нехорошее предчувствие, что за их залом могут следить.

Как часто это бывает, предчувствия его не оправдались. За их квартирами не следили. Они просто были заперты снаружи. Единственной связью с внешним миром было окно, в которое смогла пролезть бы разве только кошка.

Или кот.

В образе усатого-полосатого запрыгнуть на подоконник шириной с лезвие его меча и на высоте двух метров от пола для Ивана было делом одной секунды. Еще мгновение — и он уже снаружи.

Он уже собирался снова превратиться в человека и произнести заклинание невидимости, как в его ушастую кошачью голову вместе с тяжелым запахом дыма и раскаленного металла пришла одна мысль и осталась там.

Найти быков, не рыская человеком-невидимкой по городу, а в образе кота — по запаху! Ксенофоб сказал, что быки медные и раскаленные. Значит, запах должен быть как раз такой, какой принесло сейчас откуда-то ветром! Откуда?.. Сейчас посмотрим… Ага, оттуда! Вперед!

Первая попытка привела его к пожарищу в мастерской медника. Вторая — к кузнице. Третья — еще к одной. Равно как и четвертая, и пятая, и шестая, и седьмая…

Иван уже собирался начать сомневаться в гениальности своей идеи, как у источника очередного смрада — похоже, где-то уже почти за городом — оказался нос к носу с закрытыми воротами.

Обитыми железом.

Защищающими проход в каменной — не в глинобитной! — стене.

У которых, оперевшись на копье, в угрожающей позе всех охранников мира, работающих в ночную смену и стерегущих что-то, на что не позарится ни один здравомыслящий человек, спал стражник.

А из-за ограды доносилось пыхтение и вздохи, как будто работали мехами в кузнице десяток кузнецов.

Снова прыжок — и с верхушки забора в каменном стойле с новыми прожженными воротцами царевич увидел быков.

Быки были как быки. Полностью соответствовали ожиданиям. Медные, огнедышащие, бешеные.

Быки увидели Ивана.

При известной доле фантазии и снисходительности рев, который они издали, можно было сравнить с мычанием. Потому, что теплоходные гудки в то время еще не были изобретены.

Заклинание невидимости сорвалось с губ Иванушки без тени раздумья.

Минут через двадцать, когда злонравная скотина успокоилась, царевич осмелился спуститься во двор и осмотреться.

На противоположном конце двора располагался склад с дровами. "Корм их, наверное," — догадался Иванушка. Рядом — колодец. Ближе к коровнику — или быковнику? — еще один. На деревянном щите, обитом железом — красное ведро, топор, багор и лом. Под щитом — ящик с песком. У стены стойла, недалеко от входа — небольшая поленница.

"На завтрашнее утро приготовили…" — обреченно подумал Иван. "Покормят спозаранку — и вперед. Глаза горят, из ноздрей дым валит, медные бока раскалились докрасна, копытами землю роют — раздавят, и не заметят, как эти… как их…" — нужное сравнение Иванушка подобрать так и не смог, потому, что паровозов тоже еще не придумали.

Смутное подозрение подсказывало ему, что использование магии популярности ни ему, ни его товарищам на гористой гаттерийской земле не прибавит, да и в присутствии Монстеры, совершенно справедливо опасался он, вряд ли у него получится это сделать. Больше одного, очень короткого, раза, во всяком случае.

Что не оставляло ему никакого выбора.

Как поступил бы королевич Елисей?

А отрок Сергий?

Уж они-то что-нибудь сходу придумали, это факт… Вот так вот, просто: раз-раз — и пешка в дамках. А король в дураках.

Но так ведь это они!

А что делать ему, Ивану?..

Царевич вздохнул, превратился в человека, почесал невидимой рукой в невидимом затылке и снял с ржавого крюка красное ведро.

Через минуту в душной темноте заскрипел разбуженный колодезный журавль.

Усталый невидимый кот вернулся в зал, где спали гости-пленники, только под утро, уже отчаявшись было найти в кромешной тьме и грязи незнакомого города этот проклятый дворец. Тяжело спрыгнув на так и не успевший остыть за ночь после горячего летнего дня каменный пол, Иванушка быстро добрался до своей лежанки, очеловечился и повалился на пыльные мягкие шкуры делать вид, что спит. Он был уверен, что после всех впечатлений и треволнений этой ночи и вчерашнего дня уснуть он не сможет.

Проснулся он от того, что знакомые голоса со всех сторон выкликали его имя.

— Ион!

— Тс-с-с! Дурак! Язон, надо говорить!

— Язон!.. Какой Язон? Язон спит! Сам дурак!

— Иона мы называем пока Язоном!

— Пока не кончатся испытания…

— Или пока он жив…

— А ты орешь: "Ион"!..

— Ты хочешь, чтобы услышала эта змея Монстера?

— Думаешь, она стоит под дверью?

— Идиот!!! Она же колдунья!

— Колдуньям незачем стоять под дверью, чтобы услышать что-либо, Акефал!

— Точно-точно! Вот моя двоюродная тетушка Амфибрахия однажды рассказывала, взяв с меня обет молчания, что когда она была маленькой, однажды к ним в дом темной дождливой ночью постучалась незнакомая одноглазая старуха, которую…

— Ирак!!!..

— Язон!..

— ИОН!..

Ах, чтоб тебя!!!

Идиот!!!

Хорошо, хоть сапоги не снял!

"Бумс," — торопливо шепнул Иван и натянул на себя побольше успевшее куда-то отползти шкурное одеяло.

— Язон!..

— Язон!..

— Я…

— Ну чего раскричались, как на пожаре? — лицемерно потягиваясь, выглянул из-под своего укрытия царевич. — Здесь я, куда денусь?

— ЗДЕСЬ?!

Все стеллиандры, как один, повернулись к Иванушке и уставились.

— ЗДЕСЬ!?

— Ну, да…

— Но мы посмотрели — твоей обуви нет, и мы решили…

— Ну, естественно, ее не было… Я… Я в ней спал.

— Спал?!

— Спал?..

— Ну, да… А что тут такого? Ночью у меня замерзли ноги… и я решил… я решил… Что это вы на меня так смотрите? Ночи в этих местах могут быть очень прохладными, между прочим… Несмотря на высокую дневную температуру… Да что случилось?