Футбол на всю жизнь - Олег Блохин

— И вы согласились с ним?

— Нет. С такой позицией я не смирился. Она мне совсем не нравится. Но дело тут не в личной амбиции. На мои взгляд, это довольно типичная проблема для всего нашего футбола. Помню, когда я начинал играть в киевском «Динамо», то при прочих равных условиях предпочтение всегда отдавалось более опытным игрокам. Может быть, сейчас это новый, более современный подход? Не думаю, что он верный. Поверьте, это не брюзжание «возрастного» Блохина, а вопрос, заслуживающий самого пристального внимания, — отношение к так называемым «возрастным игрокам».

— Согласен с вами, но это характерно для нашего футбола. Похоже, что за рубежом такой проблемы не существует.

— Верно. Вот тому пример. В Италии разговорился однажды с известным в Европе тренером Миляном Миляничем. Он рассказал, что 25-летние футболисты заключают контракт на вполне средние по их меркам суммы. Для 30-летнего игрока сумма гонорара возрастает. Если же подписывает контракт футболист старше тридцати лет, то его сумма уже в два раза превышает контракт 25-летнего. Это, как мне видится, и есть профессиональное отношение к делу, уважение и соответствующая оценка опыта ветеранов. Можно привести десятки примеров — и не только в футболе — каким почетом и уважением пользуются в профессиональных клубах игроки, которым уже за тридцать…

— Согласен с вами, Олег. Но для этого нам не обязательно приводить примеры «западного» образца типа «Горди Хоу с сыновьями». Есть они и в советском спорте. В гандбольной команде киевского «Спартака» наша легендарная в этом виде спорта — прямо-таки королева гандбола! — Зинаида Турчина выходит на площадку уже вместе со своей дочерью. Как играющий тренер, Зина приносит неоценимую пользу клубу и сборной страны. К слову, не задумывались для себя о такой роли — играющий тренер?

— В нашем футболе пока это невозможно. Надо менять психологию — отношение к ветеранам! — игроков, тренеров, спортивных руководителей. Пример Зины Турчиной убедительный, но, к сожалению, единичный в нашем большом спорте. Не надо также забывать, что старший тренер гандболисток «Спартака» и сборной СССР — муж Зины — наш замечательный наставник Игорь Турчин. Только, бога ради, не подумайте, что я намекаю на семейственность. Хочу подчеркнуть другое: кроме всех профессиональных качеств большого тренера, не забудем, что Турчин — кандидат педагогических наук и на практике всё время это показывает.

…Пришла футбольная осень. Читатели-болельщики в своих письмах продолжали недоумевать, сокрушаться и чуть ли не атаковать редакции различных газет, журналов и самого Блохина одним и тем же вопросом: «Так будет ли уже в этом сезоне забит 300-й гол?» — «Обязательно будет, — отвечал Олег. И с легким налетом грусти добавляя: — Если тренеры вновь доверят место в составе…»

Свидетелями 300-го гола Блохина могли стать сто тысяч болельщиков, заполнивших 16 сентября трибуны Республиканского стадиона, и миллионы телезрителей, наблюдавших за матчем 1/16 финала Кубка европейских чемпионов между киевским «Динамо» и шотландским клубом «Глазго Рейнджерс». На 74-й минуте гости нарушили правила в своей штрафной, и арбитр дал свисток. Пенальти. Все видели, как Блохин взял мяч и поставил его на 11-метровую отметку. Отошел для разбега и приготовился бить. Но… В следующие секунды произошло непредвиденное. Со скамейки запасных, где сидело руководство киевского «Динамо», на поле полетело тренерское указание: «Пусть бьет Михайличенко!»

После матча я спросил Лобановского:

— Вы говорили на установке, что в случае пенальти его будет бить Михайличенко?

— Да, — ответил тренер.

Правда, ни один динамовец, с кем мне довелось беседовать, не припомнил, что на установке был такой разговор…

А 300-й гол Блохин забил 4 октября в Харькове. В рядовом матче чемпионата страны с «Металлистом», который (как и многие игры киевлян в этом городе!) завершился вничью — 2:2. Один из обозревателей предположил, что наше поколение так, вероятно, и не увидит футболиста, который превысит бомбардирское достижение Блохина. Дескать, «Рекорд столетия!»… 16 октября Олег вышел на поле стадиона «Раздан» в Ереване, и наши статистики зафиксировали еще один его рекорд — 428 матчей в чемпионатах страны (одно из самых «старых» высших достижений в отечественном футболе, принадлежавшее москвичу Виктору Шустикову, киевский форвард превзошел на одну игру). После этого и пошли вопросы болельщиков: «Думает ли Блохин побить еще какой-нибудь рекорд?»

— Я не думал бить даже те рекорды, которые побил, — говорит Блохин. — Я просто играл в футбол. Но, коль скоро мы коснулись этой темы, и самому хочется спросить: для чего устанавливают рекорды?

— Видимо, чтобы их бить, — ответил я.

— Вот именно! — воскликнул Олег. — А теперь пусть болельщики не поймут меня превратно и не сочтут нескромным за мои рассуждения. В свое время наш выдающийся футболист Григорий Иванович Федотов установил определенный рубеж — стал первым в стране футболистом, забившим 100 голов. Рекорд легендарного футболиста, перед памятью которого я преклоняюсь, был «утвержден»: появился «Клуб Федотова». Когда мне посчастливилось превзойти этот рекорд и первым в стране забить 200 голов, я получил поздравительную телеграмму из Тбилиси от комментатора Котэ Махарадзе: он поздравил меня с «Клубом Блохина»… Когда же я забил 300 голов, поздравлений уже не было. «Теория» тут такова: дескать, Блохин будет в своем «Клубе» один. Но ведь когда-то и Федотов был один. Пусть, к примеру, Олег Протасов превзойдет мой рекорд — и я его от души поздравлю. Иначе для чего же устанавливают рекорды?

Для того чтобы после подобного высказывания Олега не обвинили в нескромности или, не дай бог, — в кощунстве, а меня — в квасном патриотизме, приведу одно интересное и, на мой взгляд, очень справедливое высказывание москвича Сергея Шмитько. В его футбольных воспоминаниях (по собственному утверждению известного футбольного обозревателя!) навсегда остались Федотов и Бобров, позже — Стрельцов, Месхи, Хусаинов, Старухин…

«Если обратиться к нехитрым подсчетам, — пишет Шмитько, — сопоставить число сезонов и матчей, проведенных футбольными кумирами прошлых лет, а также их результативность с временным отрезком в футболе, выпавшим на долю Блохина, то, очевидно, можно предположить, что за полтора десятка лет почти беспрерывной игры в высшей лиге и в сборной и Федотов, и Бобров, и Стрельцов могли бы, наверное, забить голов значительно больше, чем наш нынешний рекордсмен среди бомбардиров. Но такого в их жизни не произошло, и при всем к ним уважении, благоговении перед ними и другими выдающимися форвардами все-таки следует заметить, что свои звездные часы пребывания на поле они сократили во многом сами. И тут, по-моему, нужно винить не только грубых защитников, наносивших им бесконечные травмы. Чего скрывать, не доиграли и не забили они своих голов, как бы это кощунственно ни звучало, из-за порой не до конца профессионального отношения к столь любимому ими футболу, будучи одареннейшими в нем выше всякой меры.