Стальные гробы рейха - Михаил Курушин

Англичанам понадобилось немного времени на установление того, что экипаж именно этой субмарины повинен в мартовском расстреле беззащитных людей. После опроса выживших моряков с «Пелеуса» и осмотра вахтенного журнала U-852 пленные немцы были взяты под усиленную охрану.

Суд над теми из них, кто вел огонь с палубы, начался 17 октября 1945 года в Гамбурге — почти через месяц после начала исторического Нюрнбергского процесса. На суд в качестве свидетеля был вызван даже Адальберт Шнее, дававший напутствие Экку перед дальним походом. Когда опытнейшего «серого волка» Шнее спросили, что бы он сделал на месте Экка, тот честно сказал: «Я недостаточно хорошо знаю этот случай, чтобы дать ответ».

Такая фраза суд не удовлетворила, и вопрос во время слушания задавался еще много раз, пока Шнее не ответил: «Я бы этого не сделал».

Хейнц-Вильгельм Экк, напомнивший суду о приказе «Лакония», заявил, что уничтожал обломки только ради безопасности своей лодки от возможного обнаружения с воздуха. Бывшие офицеры и старший матрос утверждали, что просто выполняли приказ командира. Выяснилось и то, что остальные члены экипажа, находившиеся во время расстрела внутри субмарины, не догадывались о происходящем наверху. О том, что случилось, они узнали позже, когда лодка отвернула и устремилась прочь от места бойни — обо всем рассказал командир, надеявшийся заручиться поддержкой экипажа.

Англо-греческий военный трибунал отклонил все аргументы обвиняемых и квалифицировал их варварский поступок как военное преступление. Командира лодки Экка, второго вахтенного офицера Хоффмана и корабельного врача Вейспфеннига приговорили к расстрелу. Механик Ленц получил пожизненное заключение, а старший матрос Швендер — 15 лет. По свидетельству присутствовавших, лица приговоренных к смерти оставались такими же бесстрастными, как и лица тех, кто избежал ее.

Холодным утром 30 ноября 1945 года в 8.40 на Люнебургской пустоши взвод английских стрелков привел приговор в исполнение. К двум другим осужденным судьба оказалось более благосклонной: Швендер был отпущен на свободу 21 декабря 1951 года, а Ленц — 27 августа 1952 года.

Примечателен еще один факт: оба защитника немцев — адвокаты Пабст и Тодсен — вскоре после процесса поразительно быстро ушли из жизни. Один, предположительно, совершил самоубийство, автомобиль второго был раздавлен британским армейским грузовиком.

В своих мемуарах гросс-адмирал Дениц вспоминал о случае с Экком как «о единственном преступлении, совершенном германскими подводниками в годы войны».

Конечно, это далеко не так.

«АТАКА ВЕКА»

В конце января 1945 года советская подводная лодка С-13 под командованием капитана 3 ранга Александра Маринеско действовала на прибрежной коммуникации между Данцигской и Померанской бухтами. Вечером 30 января вахтенный сигнальщик доложил, что обнаружил большое судно, шедшее на запад с сильным боевым охранением. Маринеско быстро принял решение провести чрезвычайно рискованную атаку со стороны берега на малой глубине.

Вражеским судном оказался огромный пароход «Вильгельм Густлофф» водоизмещением 24 484 тонны, первоначально предназначенный для перевозок элиты нацистской Германии. В последнее время судно, названное в честь швейцарского нацистского лидера, погибшего в 1936 году, использовалось в основном как плавучая база для подводников. На этот раз на нем находились экипажи из 1-й учебной дивизии подводных лодок в Готтенхафене, прошедшие полный курс подготовки и передислоцирующиеся в одну из западных военно-морских баз на Балтийском море.

Шведская газета «Афтонбладет» 20 февраля 1945 года сообщала, что на борту судна находились 9000 человек, в том числе 22 высокопоставленных партийных чиновника из Восточной Пруссии, генералы и офицеры РСХА (гестапо), батальон вспомогательной службы порта из войск СС численностью 300 человек, 3700 унтер-офицеров — выпускников школы подводного плавания и 100 командиров субмарин, окончивших специальный курс по управлению лодками Вальтера. На самом деле, согласно немногим сохранившимся документальным свидетельствам, в списке пассажиров значились: 918 военно-морских офицеров и специалистов-подводников, 373 служащих флотских женских вспомогательных подразделений, 162 раненых и 4424 беженца, всего — 6050 человек вместе со 173 членами команды. Официальные данные не учитывали сотни беженцев, среди которых, по свидетельствам оставшихся в живых, было очень много женщин и детей, расположившихся прямо на палубах «Густлоффа». Точное количество пассажиров, вероятно, никогда уже не установят, однако предполагают, что их число могло достигать 8000.

С-13 легла на параллельный курс с пароходом, держась между ним и берегом. Погрузиться она не могла, так как скорость конвоя превышала ее подводную скорость. Немцы заметили лодку и световым семафором просигналили ей. Маринеско приказал своему сигнальщику (который, естественно, не знал немецкого кода) передать бессмысленный набор световых сигналов. Пока немцы разбирались, что это за новый, незнакомый им код, Маринеско обогнал их и вышел на позицию для атаки. В 23.08, когда дистанция сократилась до пяти кабельтовых, Маринеско выстрелил «веером» тремя торпедами по судну. Первая торпеда ударила «Густлофф» у руля ниже ватерлинии, вторая разорвалась под оборудованным на корабле плавательным бассейном, третья влетела в машинное отделение. Повреждения оказались фатальными, и через 50 минут корабль скрылся в ледяных водах Балтики, унося на дно всех, кто не успел покинуть судно. Кораблям охранения удалось подобрать 1252 человека, остальные — а их могло быть от пяти до семи тысяч человек! — погибли.

Ярость Гитлера была беспредельна. По сообщениям европейских газет, командир конвоя военных кораблей, не обеспечивший надежного охранения «Густлоффа», был расстрелян.

Субмарина С-13 продолжила свой поход и 10 февраля на подходах к Данцигской бухте атаковала еще один крупный транспорт «Генерал фон Штойбен» водоизмещением 14 660 тонн, на борту которого находилось около 3000 человек. Сторожевые корабли, подоспевшие к месту гибели судна, смогли поднять из воды не больше 300 человек.

Судьба самого Маринеско, ставшего «личным врагом» фюрера, сложилась драматически. После возвращения из похода он попал в немилость к начальству, позже оказался в лагерях и умер, совершенно забытый и больной. Лишь в 1990 году ему посмертно присвоили звание Героя Советского Союза.

VIII

КРАХ ПОДВОДНОЙ ВОЙНЫ КРИГСМАРИНЕ

АГОНИЯ И РАСПЛАТА