Тайны Морлескина - Наталия Викторовна Шитова

– Кто ты? – проговорил он по-русски, запинаясь. – Ты чья?

– Ничья, – буркнула я по-морлескински и ткнула пальцем в бейдж на моём жилете. – Я здесь работаю, в отеле.

– Работаешь? – удивился парень и сморщился от накатившей боли. – Кто прислал тебя?

– Да никто меня не присылал. Я местная, живу здесь.

Его взгляд стал совсем насторожённым. Даже злым.

– Ты не из Морлескина, – бросил он с подозрением. – Выговор странный.

– Я здесь родилась. У меня предки из Морлескина.

– А, – с некоторым облегчением выдохнул парень. – Такое бывает. Полукровка…

Его вдруг снова скрючило в припадке, он побледнел ещё сильнее, хотя сильнее было уже некуда, и стиснул руки у груди.

И эти руки вдруг из бледно-розовых стали превращаться в землисто-серые. Пальцы удлинились, суставы увеличились в размерах, делая кисть руки похожей не то на пучок бамбуковых стеблей, не то на лапу огромной птицы… Впрочем, нет. Пальцы остались пальцами, но не человеческими. Тёмные изогнутые дугой когти превратили обычные мужские ладони в какие-то крысиные лапы. Ладони из кожи, а на тыльной стороне серые шерстинки, которые росли на глазах.

Парень страшно, мучительно застонал и снова потерял сознание.

Хоть я и устала смертельно от изучения его изнутри, я снова вгляделась. Тонкая сеть нитей переливалась то алым, то пурпурным, то фиолетовым. Но в целом картина поменялась. В кистях рук нити стали спокойнее, тлели рыжеватым цветом. А выше уже оранжевыми, а чем дальше, тем ещё темнее. А в ногах беспокойно алыми, переливающимися.

Я вынырнула и взглянула, что там с его ногами. Ноги как ноги, с ними ничего не происходило.

Очевидное объяснение пришло, наконец, в мою голову само.

Парень был метаморфом. Он никак не мог превратиться в какого-то гигантского грызуна. Что-то ему мешало и приносило нестерпимые мучения.

Я очень устала, так, что хотелось привалиться к стене прямо в этой ужасной ванной и немного подремать. Но парнишку было жалко, да и когда мне ещё выпадет случай кое-что понять про метаморфов.

Последний рывок. Глубже, ещё глубже. Настолько глубоко, чтобы тонкие нити стали хорошо различимы, чтобы проявились их сплетения, и стала видимой вся их сеть целиком… Вот он, разрыв. Нити оборваны, концы смяты и полыхают багровым. И, похоже, из-за этого разрыва у основания черепа, все и беды.

Я выпуталась из пелены видений и посидела немного, прикрыв глаза.

Когда я снова посмотрела на парня, он пристально изучал меня. Его руки всё ещё были лапами.

– Больно? – спросила я.

Он только губы поджал.

– Попробуй расслабиться. Может и это… – я кивнула на его руки. – … пройдёт, если напрягаться не будешь.

– Да не выходит, – вздохнул он. – И не выйдет. Порвала она меня…

– Кто?

Он не ответил. Стал приподниматься, опираясь на локти.

– Тебя как зовут?

– Райс, – ответил он недовольно. – Ты вот что… Ты вообще кто?..

– Я – Алиша.

Он непонимающе фыркнул.

– Ты помоги мне исчезнуть отсюда так, чтобы никто ничего не понял, – проговорил он, наконец, и сел. – В таком виде у меня могут быть проблемы.

– Если ты вообще сможешь идти, надо просто одеться и спрятать руки в карманы пальто…

Я не договорила. Райс выгнулся, его лицо перекосила ужасная гримаса, снова завоняло какой-то гадостью. Его руки стали стремительно меняться, и вот они уже без шерсти и даже розовеют, а тёмные когти втягиваются… Но лицо! Лоб и глаза остались человеческими, а нос и челюсти вытянулись вперёд и покрылись тёмно-серой шерстью. Крылья носа стали тёмными, тугими иголками выстрелили и выросли редкие усы, а верхняя губа раздвоилась, выставляя напоказ два передних верхних зуба, длинных, широких и противно-жёлтых…

Не до конца изменившийся метаморф, качаясь, поднялся на ноги и бросился на меня.

На самом деле он не бросался, а просто падал без сил. Но это я сообразила уже потом. А в тот момент сработал инстинкт самосохранения, и я с силой оттолкнула метаморфа назад. Он отлетел к стене, звучно приложился к ней затылком и без чувств свалился на пол.

Несчастный крыс выглядел ужасно и был еле жив. Будь я помассивнее, могла и убить его с перепугу. Но, к счастью, он хоть и был на вид тщедушным, оказался на редкость живучим.

Я присела рядом с ним, ощупала его затылок, почти уверенная, что обнаружу кровь. Но нет, обошлось.

И я снова вгляделась в его цветную сеть. Нашла разрыв. Подсунула под его затылок обе ладони… Соединить оборванные концы нитей. Не просто соединить, срастить, так аккуратно и тщательно, чтобы они ожили и снова начали пропускать ту странную силу, которая делает живое существо метаморфом… Как и обычно, когда я бралась устранять неполадки в чужом организме, я совершенно не понимала, что именно делаю. Просто знала, что надо вот так, а не иначе.

А