Нелегал (том I) - Павел Николаевич Корнев

убежал; я попрощался с Касатоном и тоже отправился восвояси. На первом этаже встретил Ирину Лебеду, подсказал ей номер палаты и вышел на улицу.

Со стороны главного корпуса доносился гул голосов — поначалу решил, будто там до сих пор так и требуют отстранить от руководства кафедрой пиковых нагрузок профессора Чекана, но — нет, когда подошёл, расслышал совсем другие лозунги.

— Нас не запугать! Нет террору! Нас не запугать! Нет террору! Нас не запугать!

Задавала ритм скандированию взобравшаяся на импровизированную трибуну Эля, вокруг той сгрудились активисты из кружка Резника. Такой уж великой популярностью ни они, ни их научный руководитель в студенческой среде не пользовались, но покушение взбудоражило всех до крайности, неравнодушных людей собралось очень и очень много, даже если сделать скидку на неизбежное присутствие в толпе случайных зевак.

Немного понаблюдав за митингом со стороны, я со всей отчётливостью осознал, что шансов протолкнуть нашу инициативу теперь попросту нет, и решил обсудить сложившееся положение дел с Ингой, но бывшую одноклассницу в общежитии не застал — та сегодня дежурила в студенческой дружине на Текстильке.

— Будет поздно, — предупредила не слишком-то довольная моим визитом Марина и спешно прикрыла дверь, но шляпу Карла на полке в прихожей я успел заметить и так.

— Кровать только не сломайте, — буркнул я себе под нос, спускаясь по лестнице. — Опять…

Постоял немного на крыльце, и хоть день выдался насыщенней некуда, решил проведать Льва. Увы, зря только время потратил — со слов его соседа, мой одноклассник убыл в отпуск. Я понятия не имел, сколь доверительны у них отношения, поэтому о состоянии руки товарища справляться не стал, попросил передать привет и отправился домой.

Отсутствию на рабочем месте Касатона Стройновича следующим утром я нисколько не удивился, но рано радовался — тот заявился в студсовет уже без четверти десять, лишив тем самым меня всякой возможности поработать с документами в тишине и спокойствии.

— Сбежал? — усмехнулся я.

— Выписали, — буркнул Касатон. — О Чертопруде слышал?

— Слышал.

— А о Чекане?

Я резко вскинулся.

— А с ним-то что? Тоже зарезали?!

— Нет, — невесело усмехнулся Касатон. — Под домашний арест отправили.

— Серьёзно? — поразился я неожиданному известию.

— Серьёзней некуда, — вздохнул Стройнович. — И ещё нескольких преподавателей от работы отстранили. — Он вдруг резко вскинулся. — Погоди, ты и о Ломовом, получается, не в курсе?

— А с ним-то что? Он же то воззвание не подписывал и вообще в столице сейчас на симпозиуме?

— Вот именно что в столице, — кивнул Касатон. — Только не на симпозиуме, а за решёткой. Его под белы рученьки прямо на аэродроме взяли.

— Но за что?!

— Он с Обществом изучения сверхэнергии тесно сотрудничал, вот кто-то и просигнализировал в РКВД.

— Донёс, ты хочешь сказать, — скривился я, крайне раздосадованный тем обстоятельством, что идея расспросить Ломового о его сотрудничестве с Резником отправилась прямиком псу под хвост.

Другие люди его теперь расспрашивать станут и совсем о другом.

Стройнович погрозил пальцем.

— Не донёс, а сообщил о подозрениях, — поправил он меня и коротко ругнулся матом. — А с нас теперь объяснительную запросили, как проморгали этого реакционного персонажа.

— Погоди-погоди! — возмутился я. — Мы тут причём? Он не студент и даже не преподаватель! И вообще работал на Кордоне! Да и мы не Бюро! Задачи другие!

— Ты это знаешь кому объяснять будешь? — поморщился Касатон. — Да и не одних нас озадачили. Запрос на имя начальника корпуса пришёл, тот его контрольно-ревизионному дивизиону отписал, а они в ректорате информацию затребовали.

Я понимающе кивнул.

— Там решили всех подряд озадачить, да?

— Именно. Опять же Ломовой у медиков преподавал и на практику к нему старшекурсники ездили. Никак не откреститься.

— Посыл-то какой у задания был? Его вытаскивать собираются или топить?

Стройнович только плечами пожал.

— Давай не будем изменять нашему правилу сохранять беспристрастность и объективность.

Я не удержался от широченной улыбки, и Касатон махнул рукой.

— Да ну тебя, Петя! Оставайся на хозяйстве, а я студентов, у которых Ломовой преподавал, опрашивать пойду.

— Дохлый номер. Наверняка их всех в Бюро уже выдернули. Им же тоже отчитываться нужно.

— И что ты предлагаешь? Ничего не делать?

— Давай я на Кордон смотаюсь? Опрошу, кого смогу, и со Звонарём заодно на этот счёт пообщаюсь. Он мне не откажет, я ж в его проекте ассистентом числюсь. Всех обскачем! Точно обскачем — на Кордон просто так не попасть, это у меня долгосрочный пропуск оформлен!

Касатон ответил пристальным взглядом.

— А транспорт?

— Всё решаемо.

— Сегодня вернёшься?

Я кивнул.

— Съезди тогда, — разрешил Стройнович. — Надо начинать хоть какие-то результаты показывать.

Как по мне, результаты и результаты весьма неплохие мы показывали уже давно, но говорить об этом не стал, вместо этого развернул к себе печатную машинку и набил лаконичное поручение дисциплинарного комитета студсовета на сбор сведений о Ломовом Эм Эл.

— Корявенькая формулировка, — посетовал Касатон, но всё же скрутил с авторучки колпачок и поставил размашистую подпись. — Держи!

Я поднялся из-за стола и охлопал себя по карманам. Документы и деньги оказались на месте, тогда проверил заточку карандашей и сунул сразу пяток в портфель, туда же отправил блокнот.

— А что там с Резником? — уточнил между делом. — Был у него инфаркт, нет?

Касатон махнул рукой.

— Не знаю, но вчера на митинг его отпустили. Он там пообещал назло врагам выставить свою кандидатуру на выборы в наблюдательный совет. Почтил память, так сказать, своего погибшего соратника. И демонстративно от охраны отказался. Позёр!

— В Бюро ему навстречу пошли? — хмыкнул я. — Зря.

— Да там его подопечные подсуетились. Одни квартиру караулят, другие на кафедре дежурят, третьи всюду хвостиком ходят. Их Илья Скоморох организовал, а у него какой-никакой опыт имеется, всё же актив военной кафедры.

— Будем надеяться, покушение не проворонит.

— Будем надеяться, покушения не случится!

— И то верно.

Я взглянул на часы, попрощался с Касатоном и рванул в лабораторный корпус, где достал из сейфа отчёты по проекту Звонаря и поспешил на проходную, но забирать пистолет не стал и сразу вышел на улицу. До учебного центра добрался на автобусе, а там договорился с дежурным и уже через полчаса отбыл с попутным транспортом из Новинска