Совенок. Путь к трону. Пятая часть - Екатерина Александровна Боброва

Ларс, естественно, все испортил, выразительно присвистнув. Лицо адмирала начало наливаться румянцем.

— Мы не менее вашего поражены столь неожиданным появлением Шестого высочества у вас на борту, пусть и с благой целью, — торопливо заверил оскорбленного шакринарца Пятый.

Мужчина удивленно вскинул брови.

— Шестого? Высочества? — и адмирал по-новому взглянул на парней.

Харт недовольно поморщился, похоже, шакринарцы были не в курсе, кто исполнил роль доставщика, а они сами выдали себя. Провал, однако. С другой стороны, к такому невозможно подготовиться. Но Шестой! Отжег. Понятно, что мальчишка не пожелал остаться в стороне, но куда смотрели капитаны⁈ Не страна, а сплошная вольница.

— Левый явно такиец, их косички ни с чем не спутаешь, — Ларс оскорбленно звякнул своими, но Арвэл предупреждающе наступил ему на ботинок, и Второй зашипел, отвлекаясь от непрозвучавших слов, — значит, тот, кто в центре. Ну, конечно. Вы до сих пор ухитряетесь каким-то чудом поддерживать чистоту крови. Эти серые волосы и желтые глаза… Я был слеп.

— Слепы были и мы, — горячо заверил его Харт, подарив вздрогнувшему Альгару многообещающий взгляд. — Нам искренне жаль, что мой младший брат доставил вам беспокойство.

Адмирал был мудр, а потому, покивав головой, с сочувствием поинтересовался:

— Думается, он доставил вам не меньше хлопот. Судя по вашим лицам, это был побег. Не удивительно — мальчишки всегда сбегают на войну. Я сам только вчера узнал о… — короткий выразительный взгляд в сторону стоявшего у стены шакринарца, — но и подумать не мог, что он здесь, на одном из кораблей. Еще и к такийцам решил пробраться… — Рохас явно хотел добавить что-нибудь нелицеприятное о принце, однако сдержался.

— Мне жаль, что мы встретились в подобных обстоятельствах, — вздохнул адмирал. Ситуация складывалась щекотливая: с одной стороны, героев следовало наградить за возвращение принцессы, с другой — император все еще колеблется и, судя по слухам, склоняется к объявлению войны. Подобные выверты судьбы больше для дипломатов, он же простой вояка и предпочитает воевать делами, а не словами. — Лично я ничего не имею против вашей страны, однако у меня приказ, которому я обязан подчиниться. Пусть остатки вашего клана рассеяны по территории, но у нас с вами общие корни, единая вера и традиции. Император все еще считает вас своими детьми, пусть вы и покинули страну несколько веков назад. И пока вы продолжаете порочить Девятиликого богомерзким браком на троне, император не успокоится.

Харт постарался, чтобы его лицо осталось беспристрастным. Конечно, Асмас очень удобно считать своим ребенком, особенно если не было приложено никаких усилий к его воспитанию, не считая проклятий, отправленных вслед беглецам. Но теперь, когда «ребенок» вдруг добился успеха, когда о нем заговорили на материке, стало полезно вспомнить, кто родитель сего чуда, ну и заявить свое недовольство, прицепившись к внутренней традиции. Они ведь никого не призывали жениться по восемь раз. И все подданные знали, браки короля — тяжелое бремя правителя, но император видел лишь то, что было выгодно ему.

Впрочем, адмирал молодец, сказал больше, чем мог. Придется готовиться к полномасштабной войне. Не вовремя, конечно. Ну а когда война была вовремя⁈

— Я могу дать вам слово, что, когда стану королем, у меня будет единственная жена, — Шестой с отчаянным выражением на лице шагнул из строя. Харт знал это выражение. С ним младший брал заявлял, что женится на Майре в кабинете ректора… С ним спорил со стихией и защищал ассару. Упрямец!

Свист Ларса прозвучал в абсолютной тишине. Альгар стоял, с вызовом встречая скрестившиеся на нем взгляды: от удивленных до взбешенных.

— Ты? Король? — справившись с удивлением, засмеялся адмирал.

Харт, уже мысленно пообещавший младшему лично накостылять шею, расслабился, готовясь перевести все в шутку, мол, дурачок он у нас, выдумщик, никто же волю огня наперед не знает.

— Огонь свидетель, — мрачно заявил Альгар, и над его головой, ослепив всех присутствующих до зайчиков в глазах, засияла, брызгая искрами пламени, желто-алая корона.

Харт застонал про себя, едва сдерживаясь, чтобы не подскочить, встряхнуть мальчишку и привести в чувство! Что делает, паршивец, что делает⁈ Это ведь шакринарцы! Адмирал молчать не станет. О том, кто взойдет на трон Асмаса, в империи узнают раньше, чем в самом Асмасе. Подданные такого не простят. Да и не скрыть теперь… Поганец сам не понимает, на какую жизнь себя обрекает. Охрана принца и кронпринца — совершенно разные вещи.

— Ваше высочество, — первым на колени опустился, под раздраженные взгляды взрослых, Цыбаки.

— Прибью, — рыкнул за спиной Харта Ларс, — обоих. И этого, который задохлик. Не принц, а немощь. Его тоже прибью.

— Если бы это помогло, — вздохнул Арвэл и тоже опустился на колени. В Асмасе традиция коленопреклонения существовала лишь на коронацию, но кому сейчас до деталей⁈

Адмирал явно не желал преклонять колени перед мальчишкой, которого буквально недавно охрана гоняла по палубе, заботливо, правда, без членовредительства, ибо, ее высочество была категорична в требовании не трогать гостей. Но будущий правитель пусть и чужой страны по рангу был выше адмирала, так что опустился на колени и он.

В кают-компании остались стоять лишь Альгар, да щуплый шакринарец.

— Мои соболезнования, — пропел он, одним движением коснулся коленями пола и тут же вскочил обратно.

— Мои поздравления, — буркнул адмирал, с трудом поднимаясь и недоверчиво косясь на затухающую корону над головой Шестого, — ваши устремления похвальны, но ничего не значат. Вы не можете усмирить вулканы без ветви, — проявил он свои познания по Асмасу.

— Как вы понимаете, смогли, — с широкой улыбкой совершенно уверенного в своих словах человека заявил Арвэл, выходя на середину комнаты.

У Харта аж в горле заскребло от такой наглой лжи. Они же только испытания проводят!

— Девятиликий не зря даровал нам кристаллиты. С их помощью мы выстроили сеть артефактов, забирающих накапливаемую вулканами энергию, — продолжал распинаться Арвэл, пристально, точно первый раз увидев, разглядывая стоящего перед ним Шестого. Тот под тяжелым взглядом брата смущенно шагнул назад, к