Русский Севастополь - Александр Борисович Широкорад

и 340-го артполков и 725-я (мобильная) береговая батарея. Всего имелось 13 – 155-мм французских гаубиц[205], 8 – 152-мм гаубиц-пушек МЛ-20, 14 – 122-мм дивизионных гаубиц, 4 – 76-мм дивизионные пушки, 6 – 76-мм полковых пушек, 11 – 45-мм противотанковых пушек, один 120-мм миномёт, 8 – 107-мм горных миномётов и 33 – 82-мм миномёта. Кроме того, в дотах и дзотах второго сектора было установлено 76-мм пушек: 4 полковые, 7 дивизионных и 5 зенитных, а также 7 – 45-мм пушек 21К.

В третьем секторе находились 25-я стрелковая дивизия в составе 278-го стрелкового полка и 3-го полка морской пехоты, а также 7-я бригада морской пехоты[206]. Третьему сектору были приданы 69-й артиллерийский полк с шестью 76-мм орудиями, 99-й гаубичный артиллерийский полк с одиннадцатью 122-мм гаубицами, 724-я береговая мобильная батарея с четырьмя гаубицами-пушками МЛ-20, батарея 134-го гаубичного артиллерийского полка, 164-й отдельный противотанковый артдивизион, 26-й и 323-й отдельные зенитные дивизионы. Всего 4 – гаубицы-пушки МЛ-20, 4 – 152-мм гаубицы, 11 – 122-мм гаубиц, 12 – 76-мм зенитных орудий, 10 – 76-мм дивизионных пушек, 8 – 76-мм полковых пушек, 16 – 45-мм противотанковых пушек, 11 – 120-мм миномётов, 6 – 107-мм горных миномётов и 56 – 82-мм миномётов. Кроме того, в дотах и дзотах находились: одна 100-мм морская пушка[207], одна 76-мм дивизионная пушка и три 45-мм пушки 21К.

В четвёртом секторе обороны находилась 95-я стрелковая дивизия в составе трёх полков – 161-го, 241-го[208] и «местного стрелкового полка». Кроме того, в четвёртый сектор была включена 8-я бригада морской пехоты в составе пяти батальонов, из которых первые четыре были батальоны бригады и пятый – батальон Учебного отряда Черноморского флота.

Четвёртому сектору были приданы 57-й артиллерийский полк с двенадцатью 76-мм пушками, 397-й артиллерийский полк с двенадцатью 76-мм пушками, 97-й отдельный противотанковый артдивизион, 928-я, 227-я и 271-я зенитные батареи, 30-я, 10-я и 12-я батареи береговой обороны (4 – 305/52-мм, 4 – 203/50-мм и 4 – 152/45-мм орудий). Итого без орудий береговой обороны имелось 11 – 122-мм гаубиц, 9 – 76-мм зенитных орудий, 13 – 76-мм дивизионных орудий, 9 – 45-мм противотанковых пушек, 2 – 120-мм миномёта, 17 – 82-мм миномётов. Кроме того, в дотах и дзотах находилось 6 – 100-мм морских пушек, 4 – 76-мм дивизионные пушки, 2 – 75/50-мм пушки Канэ и 8 – 45-мм пушек 21К.

Наконец, в резерве командования СОРа находился 265-й корпусный артиллерийский полк и 51-й артиллерийский полк. Всего 4 – 152-мм гаубицы-пушки МЛ-20 и 23 – 107-мм корпусные пушки.

Глава 9. Севастополь в ноябре 1941 г.

Официально первым днём обороны Севастополя считается 30 октября 1941 г. В этот день в 16 ч. 25 мин. самая северная береговая батарея Севастополя № 54 открыла огонь по немецкой мотоколонне бригады Циглера, двигавшейся по прибрежной дороге из деревни Ивановка на село Булганак. Батарея № 54 была расположена в 40 км к северу от Севастополя. Батарея выпустила 62 102-мм снаряда и рассеяла колонну. Командир батареи лейтенант И.И. Заика, как полагается, донес начальству, что уничтожил «колонну танков».

В 18 ч. 25 мин. с той же батареи донесли, что по той же дороге двигались до 90 вражеских танков и бронемашин, которые повернули в сторону села Булганак.

На следующий день, 31 октября, в 7 ч. 25 мин. из Севастополя вышел эсминец «Бодрый» (проекта 7). В районе Замрук – Николаевка он обстрелял немецкие колонны, приближавшиеся к Севастополю. Уже возвращаясь в базу, «Бодрый» подвергся нападению вражеской авиации. Далее процитирую С.А. Балакина: «В 16.25 на дистанции 60 кбт были обнаружены вражеские самолёты – 9 “юнкерсов” и 6 “мессершмиттов”. “Бодрый” увеличил ход и через минуту открыл огонь. Пилоты люфтваффе (явно имевшие немалый опыт) действовали грамотно, заходя на цель выше облаков, а затем пикируя со стороны солнца. Всего немцы сбросили на советский эсминец 26 бомб и выпустили огромное количество пуль и снарядов. Причем, если бомбардировщики, сбросив свой груз, ушли, то истребители продолжали обстреливать корабль в течение часа – вплоть до его входа в Севастополь.

Прямых попаданий бомб не было, но некоторые из них взорвались в опасной близости от корабля, на расстоянии 7—10 м от корпуса. Осколки буквально изрешетили эсминец: по возвращении в Севастополь в надстройках и надводном борту насчитали около двух тысяч пробоин! Ещё 19 пробоин оказалось в подводной части – по левому борту в районе ватерлинии. Из топливных цистерн начала вытекать нефть – как за борт, так и внутрь корабля. Давление в котельных отделениях резко упало, что вызвало снижение скорости. Вышли из строя дальномеры, различные приборы, загорелись дымовые шашки и 37-мм снаряды в кранцах. Потери экипажа составили 4 человека убитыми и 49 ранеными (в числе последних был и командир эсминца капитан 3-го ранга В.М. Митин)»[209].

Любопытно, что ни в «Хронике…», ни в «Потерях…» об этом инциденте даже не упомянуто. Там попросту сказано, что 31 октября в 17 ч. 37 мин. «Бодрый» прибыл в Севастополь. Видимо, дело свелось к атаке нескольких истребителей, расстрелявших моряков на палубе эсминца. А повреждения были столь незначительными, что эсминец даже не попал в списки поврежденных кораблей.

Замечу, что кроме «Бодрого» ни один корабль Черноморского флота не пытался поддерживать огнём наши части, отступавшие в Крыму. А может, Октябрьскому это запрещала Москва? Нет, наоборот. Ставка приказывала использовать для обстрела побережья Крыма линкор, крейсеры и эсминцы. И какова реакция Октябрьского?

9—10 ноября была произведена фактически единственная попытка поддержать гибнущие советские войска на Керченском полуострове огнём кораблей Черноморского флота. В 22 ч. 25 мин. 9 ноября крейсер «Молотов» вышел из Туапсе в район Феодосия – Чауда для оказания артиллерийской поддержки частям Красной армии. С 4 ч. 45 мин. до 4 ч. 53 мин. 9 ноября он выпустил 110 снарядов по пунктам скопления войск противника в районе селений Асун-Альчик, совхоз «Кенегез», Марфовка и Новоселовка.

На следующую ночь «Молотов», маневрируя южнее Эльчан-Кая, обстрелял скопления немецких войск в пунктах: Султановка, Джеллькеджи-Эли и Марфовка. Обстрел был закончен в 5 ч. 06 мин. Выпущено 100 снарядов.

А вот разнести вдребезги германские части, двигавшиеся к Севастополю по прибрежным дорогам от Евпатории и Алушты, наши корабли почему-то не могли. Можно было подойти ночью к побережью, выпустить за 20 минут десяток снарядов и уйти за пару часов в Севастополь или в отдаленные районы моря. Германская авиация ночью не летала и просто не сумела бы среагировать, да и РЛС в ноябре 1941 г. у немцев в Крыму не было.

В ночь на 1 ноября немцы заняли деревню Мангуш в 8 км