Древняя техника усиления - 我是多余人 По Ювэнь

Хотя верхом на Угольном было теперь два человека, его скорость ничуть не изменилась, как если бы на нем сидел только один человек. Он поскакал невероятно быстрым галопом. Без сомнения, он был лучшим из лучших: в глазах Цин Шуй, высокий и сильный Угольный был словно львы и тигры из его прошлого.

Хотя Угольный скакал ровно, Цин Шуй и Ши Цин Чжуан все равно было неудобно. Цин Шуй вовсе не был хорошим наездником, ему оставалось только вцепиться покрепче в тонкую талию Ши Цин Чжуан. От ощущения ее мягкости и биения ее сердца у Цин Шуй закружилась голова.

То, что последовало дальше, только усилило головокружение Цин Шуй. Хотя Цин Шуй держал Ши Цин Чжуан за талию, она не только не побранила Цин Шуй, но и еще сильнее откинулась к нему в объятия, совсем расплавляя ему мозг.

Цин Шуй обнимал красивое тело, о котором мечтал, чувствовал жар ее тела, его гибкость и мягкость. Но когда он посмотрел в ее мрачные глаза, Цин Шуй почувствовал, будто на него вылили ведро ледяной воды.

Теперь Цин Шуй был уверен, что Ши Цин Чжуан находилась под действием афродизиака, причем очень сильного. Ему сложно было осознать, что кто-то такой сознательный, как Ши Цин Чжуан, может ступить на такой путь. Цин Шуй обнимал Ши Цин Чжуан, и на его сердце становилось нелегко. Следует ли ему воспользоваться этим, оказать ли медицинскую помощь, или что-то другое?

«Как мне спасти ее?» — Цин Шуй был растерян. Прямо сейчас он мог обнимать ее, целовать ее, или даже трахнуть ее, но что-то его останавливало…

«Хм, преследователи близко?» — Цин Шуй услышал какие-то нарастающие звуки позади себя и взглянул назад.

— Дерьмо! — Цин Шуй не удержался и выругался. Он хлестнул лошадь, чтобы та поскакала быстрее, потому что Ситу Бу Фань и еще несколько человек скакали на огромном Леопарде огненного ветра и все больше приближались к ним.

Тело этого Леопарда огненного ветра представляло собой сочетание красного и белого. Передняя его часть была огненно-красной, а задняя — белоснежной. Он был пять метров в длину, два в высоту. Хоть он и был очень мускулист, но был невероятно проворен. Хоть он и был только на уровне яростного чудовища, его скорость и сила впечатляла. Единственным недостатком была малая выносливость, что означало, что он больше подходил для коротких бросков, а не для длинных дистанций.

Цин Шуй посмотрел на Ши Цин Чжуан в его руках, которая была не в себе. Сейчас она выглядела совсем не как снежная королева, но это делало ее еще более привлекательной.

Теперь руки Ши Цин Чжуан принялись наугад касаться различных частей тела Цин Шуй. Цин Шуй же оставалось одной рукой держаться за ее гибкую талию, а другой — держаться за голову Угольного, перенося энергию Древней техники усиления в его тело.

Цин Шуй понимал, что ему нужно продержаться еще немного. Им нужно оторваться от Леопарда огненного ветра, который нес на себе много людей и скоро должен был выбиться из сил.

Цин Шуй прижался к спине Ши Цин Чжуан. С тех пор, как он вскочил на коня, все его тело было прижато к спине Ши Цин Чжуан. Его реакция была такой сильной, что он чувствовал, что его вожделение вот-вот разорвет его. Его отвердевшее хозяйство упиралось между округлыми упругими ягодицами Ши Цин Чжуан, и от трения, возникавшего из-за скачки, его накрывали волны экстаза.

Угольный, благодаря поддержке Цин Шуй энергией из Древней техники усиления, скакал так быстро, как будто был под воздействием стероидов, и вскоре оторвался от преследователей. Цин Шуй даже смог расслышать их безжалостные вопли и проклятия.

Цин Шуй не испытывал никакой доброжелательности к этому отбросу общества… Самоуверенный, высокомерный, дерзкий, холодный и даже желающий таким способом вернуть себе невесту — он был чудовищем.

Угольный, неся на себе Цин Шуй и Ши Цин Чжуан, пересек несколько широких авеню и оказался за пределами города.

Вдруг Цин Шуй обдало холодом: «О, мой бог!».

Руки Ши Цин Чжуан бессознательно обхватили член Цин Шуй, приближая его к неожиданной разрядке.

«Ты ухватилась за одну мою часть тела, я же должен вернуть тебе долг вдвойне!», — рука Цин Шуй, которая до этого была на талии Ши Цин Чжуан, обхватила ее груди.

«Вау!» — Цин Шуй застонал от удовольствия. Так вот, каково это — полно, мягко, гладко и блаженно. Это ощущение было очень приятным и принесло ему необъяснимое удовлетворение, заставив его сердце забиться быстрее, а разум — очиститься от всех мыслей.

Может быть, потому, что Цин Шуй ласкал ее грудь, может быть, благодаря своим инстинктам, но внезапно глаза Ши Цин Чжуан прояснились. Ее лицо порозовело и приняло соблазнительный вид — побочный эффект употребления наркотика.

Цин Шуй понял, что теперь он увидит лишь лицо снежной королевы, и глядя на прояснение Ши Цин Чжуан, Цин Шуй безумно испугался.

— Ты так много позволила себе со мной, но я — лишь немного, — прошептал Цин Шуй, помедлив немного, не желая убирать руку. Ощущение ее груди не давало остановиться.

Внезапно дыхание Ши Цин Чжуан участилось и перешло в мелодичный стон. Затем она развернулась и обвила руками шею Цин Шуй. Она начала покусывать губы Цин Шуй, оставляя влажные следы на его лице.

«Съесть ее или нет?»

Глава 86. Обезвреживая яд

«Съесть ее или нет?».

Сомнения зародились в сердце Цин Шуй, пока он смотрел на Ши Цин Чжуан, лишенную всякой сдержанности после отравления афродизиаком. Хоть он и знал один способ, как излечить ее — он был слишком чудовищным.

Его медицинских навыков было вполне достаточно, чтобы обезвредить яд в Ши Цин Чжуан, но, если он это сделает, ничто не будет отличать его от чудовища. Несмотря на это, Цин Шуй в самом деле хотя бы один раз хотел побыть чудовищем.

Темная сторона его души показалась на поверхности, или, если быть точнее, его эгоистичная сторона, когда эта мысль мелькнула в голове Цин Шуй. Не воспользоваться таким удачным моментом — нужно быть полным глупцом или идиотом!

Им все сильнее овладевала похоть!

Он крепко обнимал Ши Цин Чжуан, пока лошадь галопом не миновала ворота города. Стражник, охранявший вход в город, увидев лошадь Ши Цин Чжуан, не стал препятствовать этому. Кроме того, Цин Шуй крепко обнимал человека на лошади. Он был так тих, что не осмелился даже поднять голову. Казалось, он был в очень близких отношениях с владельцем лошади.

Выехав за пределы города, Цин Шуй позволил Угольному скакать, куда ему вздумается. После того, как они миновали город, его руки не теряли времени даром и без остановки ласкали красивые линии тела Ши Цин Чжуан.

«Дерьмо, так холодно. Нужно найти подходящее место, чтобы трахнуть ее и обезвредить яд. Или нам просто следует заняться сексом у всех на виду в каких-нибудь кустах? Я не боюсь холода, но боюсь, что ее нежная кожа может пострадать», — Цин Шуй рассматривал окрестности, ругаясь себе под нос.