Позвонок (СИ) - Ланда Ив

Из-за бледноты служитель Деворинфир казался не спящим, а мертвым. Если не брать во внимание размеренно вздымающуюся грудную клетку. Что бы там ни вколол ему Фрик, это работало. Пока что.

Франку стало спокойнее. Одной рукой он приоткрыл боковое окно, а второй прогладил рукой карман джинсов в поисках пачки сигарет. Увы, все, что оставалось, он добил еще во время трансляции. Выдохнув с досадой, юноша обратился к неформалу, который, дождавшись зеленый сигнал светофора, повел машину дальше:

— Есть сигарета?

Тот мотнул подбородком.

— Обычно, я не курю, парень.

Удивление вновь легло тенью на лицо Франка Брауна. Несколько секунд старшеклассник недоверчиво смотрел на Фрика, в очередной раз отмечая его залитые чернилами глаза, исписанное татуировками тело, пирсинг… Такой образ ассоциировался с весьма экстравагантным образом жизни. А тут некурящий тип, который получал или получил высшее образование… Если это правда, то она не укладывалась в голове.

— Любой может прикинуть, что из себя представляет человек напротив. Легко сделать это сразу, всего-то пробежавшись взглядом по внешности. Однако, приятель, помни о том, что видно не все.

Фургон завернул налево и поехал мимо гнетущего вида завода, обнесенного высоким массивным забором. Дорога начинала ощутимо портиться. Покрытый трещинами старый асфальтобетон то тут, то там испещрялся выбоинами.

Легкий мираж над землей приветствовал редких гостей Пыльного района — самого странного места на далекой окраине Города-1.

Проплывающие мимо высокие серые многоэтажки тянулись к солнцу, будто призраки. Давно заброшенные и пустые, они выступали сухим скелетом некогда живого и развитого спального района.

О былой инфраструктуре остались лишь воспоминания в виде вереницы магазинов. Вероятно, торговых точек здесь было гораздо больше, но они разбросались по всей безлюдной окрестности.

То, что проезжаемые одноэтажные здания когда-то являлись именно магазинами, Франк Браун догадывался интуитивно, потому что вывески отсутствовали почти везде. Он видел в больших разбитых окнах от пола до потолка ничто иное, как витрины. Кое-где на входе уныло колыхались ветряные колокольчики, покрытые толстым слоем грязи свинцового цвета.

Ни единого прохожего… Только раскаленная мертвая тишина, какая бывает среди пожухлого поля в середине летнего дня.

Вокруг Пыльного района ходили разные слухи, ведь как может такая большая застроенная территория внезапно потерять актуальность? Люди, жившие здесь, имели свою недвижимость, в пешей доступности у них была школа, детский сад, больница… Что же случилось?

Когда-то отец рассказывал Франку, будто люди начали переезжать из Северо-Западного района, который пока еще не получил название «Пыльный», из-за смещения «сердца» города. Так обозначали деловой центр, где были сконцентрированы офисные здания, крупные компании, банки и прочие места с престижной работой. Якобы, местный металлургический завод закрылся, а в шахте произошел мощный взрыв метана, после которого пришлось закрыть и шахту. Жители остались без работы и были вынуждены стекаться ближе к центру мегаполиса.

Однако, юноша слабо верил в эту версию. В школе, на уроке географии, он услышал иную историю: якобы, обитатели Северо-Западного района эвакуировались из-за подземных пожаров, которые, собственно, и стали причиной закрытия шахты.

Ромул Брэгг однажды говорил о Пыльном районе, как об обители жестоких бандитских группировок. Он был твердо уверен в том, что именно банды поспособствовали исчезновению жителей. Укрепившись среди заброшенных зданий, они превратили это место в подобие собственного государства и «Дьявольские кости» не могли ни конкурировать, ни воевать с ними — настолько организованной и отмороженной здесь считалась преступность.

Но Франк познакомился с Генри Луккезе, поэтому история бывшего Позвонка утратила реалистичность. Безусловно, в такой местности водились разные отбросы общества, однако все они, подобно мухам, копошились среди липкой паутины серого кардинала. Если тот пожелает, они исчезнут в любой момент.

Когда фургон проехал мимо расколотого надвое, словно рассеченного чьим-то гигантским топором, десятиэтажного дома, Браун решил поинтересоваться у Фрика:

— Ты знаешь, почему этот район прозвали «Пыльным»?

— А ты присмотрись, — ответил тот и усмехнулся. — Найдешь хотя бы что-нибудь чистое в округе — я отдам тебе свои рисовые чипсы.

И правда, на улице, казалось, все было покрыто тонкой серой пленкой. Даже редко встречающаяся полусухая трава.

Франк потер подбородок, ощутив легкую колкость подросшей щетины. Он обязательно займется ею, когда закроет гештальт. Когда вернется домой свободным от разъедающей ненависти. Когда восстановит справедливость для Роба…

— Что здесь произошло? — вяло спросил он, глядя в окно, на оставленный у обочины ржавый автобус модели тридцатилетней давности.

Автомобиль завернул в узкий переулок и остановился в тени двух пятиэтажных домов с окнами без стекол.

— Что-то с шахтой. — Фрик заглушил двигатель и полез в бардачок. Послышалось шуршание под его пальцами. — Чрезвычайное происшествие, из-за которого над целым районом образовался смог из золы и пыли. Городское правительство признало район экологически неблагоприятным. Выживших людей эвакуировали и расселили по более благополучным окраинам.

— Выживших? — подметил старшеклассник. Неформал же словно ждал, чтобы тот уцепится за слово.

— Многие жители Северо-Западного района погибли от резкой вспышки заболеваний дыхательных путей. — Он извлек из бардачка блестящую желтую упаковку чипсов и протянул Франку. — Со вкусом сыра. Угощаю.

— Откажусь.

— Ты где-то успел поесть? — Парень в татуировках хмыкнул и забрал пачку себе. — Как хочешь.

Аппетит у Брауна отсутствовал, будто желудок временно исчез вместе с потребностями. Юноша понимал, что не сможет прожевать ни крошки. По крайней мере сейчас, когда Яков жив.

— И ты веришь, что все так и было? — Раньше Франк не слышал о массовых смертях в этой части города, но почему-то новому напарнику ему хотелось верить больше, чем другим рассказчикам.

Похрустев парочкой чипсов, Фрик развел ладонями.

— Раз уж ты в теме, знаешь о существовании таких, как Яков, то скажу, что не исключаю активность какого-нибудь служителя. Полегло много народу за короткий промежуток времени. Их легкие превратились в гнойные мешки сливочного цвета. Насколько мне известно, ситуацию быстро решили. Подробнее не расскажу — в то время меня еще в планах не было.

— Мистер Луккезе ведь тоже знает о служителях?

Неформал покачал кистью руки, как лодочкой, мол, и да, и нет. Прожевав, он ответил:

— Знает, но верит ли — это совсем другой вопрос. Ты точно не будешь? — он снова придвинул к парню упаковку. От насыщенного сырного аромата во рту невольно выделилась слюна, однако, даже после такого желудок Брауна не проснулся.

— Точно, — парень закатил глаза и, открыв дверь, вышел из машины. — Мы ведь приехали, верно? Пора заниматься делом. Потом поедим.

От колючего воздуха засаднило в горле. Перед юношей разверзлась дверь темного прохладного подъезда. Он не знал наверняка, в каком здании им предстоит разбираться с Яковом, но чувствовал, как его влечет именно сюда. Пропахшие затхлостью тени казались Франку уютными, словно он уже бывал здесь. Эдакое дежавю.

Резкий шепот над ухом заставил старшеклассника отдернуться.

— Не стой столбом, братец. Так делом не занимаются.

С мерзким скрипом за спиной Брауна открылась задняя дверь фургона. Оставив чипсы на водительском сидении, Фрик принялся доставать Якова из салона. Ему пришлось здорово согнуться из-за высокого роста.

— Я подтолкну, а ты бери за ноги.

Франк кивнул. Взгляд его стал пугающе холодным. Едва из автомобиля показались стопы охотника, как юноша крепко схватил их и с силой рванул на себя. Яков выскользнул на улицу мгновенно, и тут же хорошенько приложился затылком об асфальт.