Не бойся. Я рядом (СИ) - Абакус Наталья

Поднявшись с Димы, я пошла в сторону кухни, прихватив с собой кружку.

— Мне тоже налей, — добрался он до меня с небольшим опозданием.

— Ага.

— Ты чего? Все нормально? — поймал он пальцами кончик моего подбородка.

— Да, — смотрела я ему прямо в глаза.

— Хорошо… — прищурившись, изучал он меня своим изумрудным взглядом.

Несмотря на то, что я держала в руках только что вскипевший чайник, он притянул меня к себе, чтобы поцеловать.

— Я рад, что ты рядом, — услышала от него.

Улыбнувшись, молча поставила чайник на стол.

— Я тоже.

Мы вновь заняли весь диван, чтобы провести время за разговорами. И спустя некоторое время меня отпустило. Ушло то напряжение, которое возникло из-за… некорректных намеков Натальи. Я вновь чувствовала себя комфортно в Диминых руках, которые непрерывно пытались попасть мне под майку.

— Так не честно, я, может, хочу защитить твою честь…

— От чего или кого? — рассмеялась я, отгоняя его пальцы.

— Сняла с себя почти все, теперь вся грудь видна, а тут, между прочим, вон, — указал он головой на Павла, который был увлечен всем, но уж точно не рассматриванием моего тела.

— У его жены получше будет…

— Бред, — прижался губами к моему плечу Романов.

Самостоятельно обернув себя его рукой, я прижалась лицом к его груди.

— Так, — через некоторое время раздался голос Павла. — Вы еще сидите сколько хотите, а у меня тут спящая красавица нарисовалась.

— Серьезно? — мы с Димой убедились в том, что Ната заснула.

Наверное, она просто устала. Я не могла представить себя на ее месте, но могла предположить, что в подобном положении, у тебя меньше сил, чем обычно.

— Да… так что, мы пошли спать.

— Тебе помочь? — поинтересовался Дима.

— Нет, справлюсь, — усмехнулся его друг.

Вместе с Франком мы с интересом наблюдали, как Паша поднимает спящую жену по лестнице на руках.

— Ха-ха-ха! Смотри не перни от натуги! — шепотом крикнул ему Романов.

— Пошел ты!

— Спокойной ночи!

— Приятных! — мы попрощались, а после того, как Дима проверил закрыта ли дверь в дом, также отправились в сторону лестницы.

— А ну иди сюда!

В отличие от своего друга, он подхватил меня на руки очень легко и явно не испытывал огромного напряжения, поднимаясь наверх.

— Эй! Что это за шутки такие!? Ха-ха-ха!

— Муха! — рассмеялась я, сидя на его руках и мотая ножками. Воспользовавшись тем, что у меня в руках был лифчик, я приложила обе чашечки к его глазам. Вышло очень смешно.

— Ты забыла, что я и так почти слеп? И у меня нет дара видеть сквозь женское нижнее белье…

— К сожалению, да? — прикусила губу.

— Ха-ха-ха! Почему? — опустил он меня на пол в нашей комнате. — Ты и так будешь голой передо мной, когда я захочу, а остальные меня не интересуют.

Широко улыбнувшись, решила больше не провоцировать Франка на его пошлые шутки и с удовольствием потянувшись, принялась осматривать наш с ним чердак. Уже такой любимый и родной чердак.

— Я купила кое-что по мелочам в эту комнату, чтобы было прикольней.

— В смысле? — стащил он с кровати покрывало. — Тут и так верх прикола!

— Не-е-е-е… будет еще лучше!

Опустившись на кровать, Дима наблюдал за тем, как я расставляю на свободных местах всякие красивые мелочи, которые превратили его обитель в уже что-то более похожее на уютное гнездышко.

— Сразу почувствовал себя царем на барахоловке! — довольно заметил он, стоило мне присесть с ним рядом.

— Не правда! — я была довольна собой и своим вкусом. — Еще надо шторки повесить, они будут лучше подходить по тону.

— Так! Все! По идее это я должен сейчас трахать тебя, а не ты мой мозг!

— Ты с ума сошел? — постаралась я оттолкнуть его от себя подальше. — Какие гадости говоришь!

— Ничего не гадости!

Рассмеявшись, позволила ему прижать себя к кровати. Хотя даже если бы я этого не сделала, все равно оказалась бы пригвожденной к ней. В этом у меня не было ни капли сомнения.

Мы с наслаждением целовали друг друга, и все происходящее было настолько гармоничным и невероятно желаемым мной, что я уже в который раз за сегодняшний день почувствовала разницу в том, как чувствую себя, находясь одна, и как ощущаю, будучи рядом с Франком. С ним я действительно была счастлива. Только это слово могло описать все-все-все эмоции, которые дарил мне этот человек.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И вообще, — в один момент он оторвался от меня, опершись на локоть. — Как тебе было не стыдно раздеваться перед моим другом?

— Что? Ха-ха-ха! — рассмеялась я. — Ничего такого я не делала!

— Ага, типа под майкой же совсем ничего не видно! — прищурился Романов.

— Я же тебе говорила, у его жены с этим все гораздо лучше, так что…

После этой фразы мне пришлось извиваться, дабы он прекратил меня щекотать.

Добившись того, что у меня попросту не осталось сил на сопротивление, он стащил с меня всю одежду, оставив только трусы.

— Эй! Так не честно! — возмутилась я, набросив на себя одеяло.

Дима откидывал от себя мои руки, не позволяя прикоснуться к себе.

— Ты можешь успокоиться? — в конце концов поинтересовался он, сидя на мне.

— Нет! Ты же не раздеваешься!

— Ха-ха-ха! И что? — выдрав у меня из рук одеяло, он нахмурился после того, как я прикрылась обеими руками.

— Ничего!

— Убери руки.

— Ни за что!

Мы долго пристально смотрели друг другу в глаза.

— Почему ты меня стесняешься? — поинтересовался он, даже не думая слезать с меня.

— Потому что!

Лишь покачав головой, он сжал пальцами мои кисти.

— Перестань! — мне было нереально бороться с ним.

В итоге, заведя руки мне за голову, он вынужден был податься вперед, тем самым соприкоснувшись кончиком своего носа с моим.

— Я соскучился.

Глубоко вздохнув, я прикрыла глаза, чувствуя его поцелуи.

Он будто бы издевался, дольше, чем обычно, лаская мне шею и выступающие косточки ключиц. Лишь потом, потом-потом, когда я смирилась настолько, что уже не пыталась вырваться, а уже добровольно оставив руки где-то там, на подушке, спустился чуть ниже.

Его пальцы только лишь на мгновение коснулись груди, после чего, проведя по коже, согрели мои лопатки, тем самым обняв меня.

Я ощущала невероятный прилив возбуждения от каждого соприкосновения его губ и языка со своей грудью. Он никогда столько долго не увлекался именно ей, только ей. Обычно я чувствовала его по всему своему телу. Сейчас все было иначе.

Я чуть поморщилась, почувствовав, как его зубы зажали сосок, но подобную боль стерпеть было легко. Она была еще более возбуждающей.

— Ай, — простонала я, когда он засосал его. А затем повторил то же самое со вторым соском, одновременно сжав ладонью освободившуюся от его терзаний грудь.

В этот момент я все-таки решилась нарушить его покой и прикоснулась кончиками пальцев к его волосам. Но реакция была все та же.

Отвлекшись, он перехватил меня и, сжав в своих ладонях мои, развел их в стороны.

— Не торопи меня.

— Я не…

Прижав палец к моим губам, он покачал головой.

Я ответила ему на поцелуй, стараясь как можно нежнее касаться языком его языка, но он все равно не попался на этот крючок.

— Я так скучал, — прижавшись носом к моим волосам, пробормотал Романов.

— Я тоже…

— Порой мне кажется, что все самое красивое, что только возможно представить себе в женском теле, собралось вот здесь, — немного отвлекшись, он провел пальцами по моему телу: от самой шеи до коленок.

Улыбнувшись, я предприняла попытку спрятать лицо, прижавшись им к его предплечью. Получилось не очень.

— Что? — рассмеялся он, видя, как я краснею. — Думаешь, это не так?

— Думаю, ты преувеличиваешь…

— Серьезно? — как-то слишком бурно отреагировал он. — Ха-ха-ха! Может, преуменьшаю?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Не-е-ет! Ай! Перестань! — он ущипнул меня, и пришлось прикрывать грудь рукой, чтобы этого не повторилось.

Мне было так странно оттого, что Романов молча рассматривал меня. При этом еще и вновь убрав мою руку так, чтобы она ему не мешала.