Созданный монстр (СИ) - "Liziel"

— Слушаю вас.

Сколько энтузиазма в глазах… Сколько жажды деятельности.

— Я обратил внимание, что вы воплощаете в камне только живые формы. Животных, растения, подводный мир…

— Все верно, — кивнул Юталиен.

— Вы превосходно передаете их движения. Глядя на ваши работы возникает ощущение, что они все живые и готовы, — Ашир позволил себе тихо хмыкнуть, — сорваться с полок и унестись в леса.

Мастер скромно улыбнулся и на миг опустил взгляд. Но тут же снова встретился глазами с Аширом-Энваром.

— Но я хочу от вас иного, — Ашир позволил себе легкую улыбку. Словно в извинение, но ни в коем случае не иронию.

Ох уж это ни с чем не сравнимое чувство чужого предвкушения.

— …Я хочу, чтобы вы сделали для меня диск.

И тот момент, когда азарт от интересной работы обламывают.

— Я… возможно вас неправильно понял, — с сомнением нахмурился Юталиен и чуть тряхнул головой.

Ашир продолжал улыбаться. Реакция мастера для него была абсолютно предсказуема. Вот только как обычно, все самое интересное кроется внутри.

— Вы правильно меня поняли, анэ, — Ашир положил руки на прилавок, соединил пальцы, касаясь только подушечками, и продолжил, глядя в глаза. — Я хочу заказать у вас диск. Идеально отполированную и ровную пластину. Прекрасную в своем исполнении. Совершенную в своей точности. И гладкую до зеркального отражения. Которое оно не дает.

Юталиен слушал как завороженный, словно видел то, с чем ему предстоит работать. В какой-то момент, он даже почувствовал этот диск. Тяжелый, странный на ощупь. Гладкий, но одновременно бархатистый. И при этом неожиданно теплый. Такими не бывают обычные камни.

— Но почему вы просите именно меня? — растерянно спросил Юталиен, отойдя от наваждения. — Ведь есть же станки…

Ашир чуть наклонился вперед.

— Потому что никто не чувствует камень лучше Вас. Никто не справится с его шлифовкой лучше Вас. А главное — никто не сделает эту работу чище Вас. Ведь если вы можете “оживить” результат своего труда, то вы знаете, как не оставить на нем ни единого следа.

Ответ Юталиена вроде бы даже удовлетворил. Но парень продолжал хмуриться, выискивая подвох.

— Какие еще мне нужно знать подробности заказа?

Названный Энваром улыбнулся, отстраняясь. На его работу почти согласились.

— Диск должен быть размером строго семьдесят сантиметров в диаметре. Без единого следа от станка и инструмента. Идеально гладкий, насколько это будет возможно. Без остаточного фона. Абсолютно энергетически чистый.

Последние слова Ашир проговорил особо отчетливо, чтобы смысл гарантированно дошел до мастера.

И судя по изменившемуся лицу Юталиена, он понял.

— Но это же означает полностью ручной труд! Наши силовые станки не подойдут.

Заказчик улыбнулся, кивая.

А мастер по камню задумался еще крепче, прикидывая время, которое может отнять у него эта работа и стоимость, которая окупила бы эти недели. Идеи для чего клиенту мог понадобиться такой диск пока не посещали Юталиена. Он уже начал привыкать к различной блажи своих клиентов, и такой вроде бы простой заказ мог и вправду быть кому-то очень нужным. Может, у его клиента желание сделать особую декоративную плиту. Или потом этот диск станет частью дорогого предмета интерьера… Какая по сути разница?

Энергетически чистый диск… Любой лазерный и импульсный резак дает свои помехи в структуру вещества. Юталиен знал об этом. С другой стороны ручной труд “по-старинке” с зубилами и шлифовальными дисками тоже оставлял свой своеобразный аурный след от мастера. Но юный ториец знал, как этот фон можно свести на нет и устранить. Методики энергетической очистки ему подсказал старший дядя, а уж он всегда знал, о чем говорил. Недаром ему дъерки в уши нашептывали.

Подумав еще немного, Юталиен согласился на попытку. За работу пришлось бы взять много денег, и это еще придется обсудить с клиентом. Но перед оглаской стоимости оставалось задать последний вопрос.

— Из какого камня вы желаете получить диск? — мастер обвел рукой прилавки своего магазина, прибавляя сразу к стоимости работы цену за поиск и добычу подходящего материала.

Но Ашир не ответил. Его рука потянулась до внутреннего кармана верхней одежды и извлекла на свет в кулаке небольшой сверток. После чего, развязав тесьму, мужчина положил на стол увесистый образец.

Юталиен с немым вопросом взирал на раскрытый камень и не узнавал материала. Тяжелый, как осколок железного метеорита. Поблескивающий на острых гранях как стекло. И маслянисто-черный не прозрачный как густая нефть. На сколах камня едва искрилось отражение светящихся ламп, но камень не давал отражений.

Мастер протянул руки, взял образец со стола и поднес ближе к глазам. Было в ощущениях от него что-то особенное. Что-то напоминающее ту бархатистость и теплоту из мимолетного видения. Такое Юталиен не мог сформулировать словами. Он просто держал образец и понимал его. Словно бы пальцами чувствовал, какие нагрузки может выдержать данный материал. Какое давление и температуру. И нет, этот камень не удалось бы обработать лазерными резаками. Материал просто поглотит все излучение, впитает как губка, но не поддастся резке. Высокая температура ему не страшна. Как и тяжелый пресс. Одно удачно — материал казался довольно колким и податливым на аккуратное воздействие. Всю работу действительно придется выполнять по-старинке, руками, обтачивая грани и орудуя рубанками и мелкой шлифовкой.

Можно было только гадать откуда этот странный гость мог достать столь необычный камень. С другой стороны, неужто в галактике мало материалов… Юталиен знал много доступных в обработке камней, но был уверен, что изучить их все он был не в состоянии. Не в его статусе и не в его возрасте. И тем более не при его отмеренном сроке жизни. Вот если бы жизнь можно было бы продлить лет на тысячу…

Юталиен надолго замер с образцом в руках, а Ашир изучал парня, с прискорбием осознавая, что забрать под свое крыло такой талант он не в состоянии. Канцлер первый же отберет у него торийского мальчишку, просто как врага народа и вероятного шпиона, а сам Юталиен просто не должен быть посвящен в глобальные дела их отдела. Таких ребят нельзя ломать правдой. Иначе они тут же норовят испортить или заблокировать свой талант во имя своих псевдоморальных ценностей.

Жаль. Если вытащить его с Тории — его загубят под давлением цивилизации. А если оставить здесь — он просто не разовьет свой дар.

Но на Тории он хотя бы живет в безопасности…

Юталиен тем временем закончил изучать образец, и когда он вновь встретился взглядом со своим клиентом, то его глаза горели от предвкушения. Мастер уже видел этот диск и чувствовал его манящее, пока не ограненное тепло под пальцами.

Он предвкушал, что это может стать настоящим испытанием для его таланта и мастерства. А если все получится, как следует… если ему удастся достичь той гладкости и чистоты, то, возможно, этот диск станет его лучшей работой.

Странной, для простого любителя творить скульптуры по камню. Но тем более ценной в глазах тех, кто будет знать обо всех ньюансах сложности самого процесса.

— Я возьмусь, — заключил Юталиен, опуская образец на стол, после чего смутился. — Только…

— Не принижайте стоимость, — тут же угадал его мысли Ашир. — Вы получите за свой труд столько, сколько пожелаете. Я не ограничен в средствах.

Юталиен неуверенно кивнул. Его взгляд сам собой упал снова на черный материал, который словно приманивал им любоваться.

— Мне нужно поработать с образцом, чтобы оценить материал и назначить окончательную цену, — ответил в итоге мастер. — Только после этого я готов буду взяться за кристалл.

Ашир понимающе кивнул. Он был почти наверняка уверен, что мальчишка охотно продолжит работу. Этот камень его притягивал. Редчайший экземпляр, от которого не мог отказаться ни один уважающий себя мастер. Тем более, давно забывший «вкус» настоящих энергетически насыщенных материалов. Такие камни всегда словно бы сами просились в руки. Их хотелось трогать и держать в руках. Невольно подпитываться чем-то, что казалось необъяснимым, но интуитивно понятным. А уж в руках такого таланта, который уже поуши вдохновлен необычной структурой и чуть ли не влюблен в свою работу, этот кристалл обретет лучшую форму.