Фантастика 2025-46 - Маркус Кас

движения. Они стоят, как и стояли, даже не моргнули. Вот я и выяснил, в чём подвох.

Осматриваюсь и вижу, что двое, что стояли у дверей, приблизились. Улыбчивые, зараза. И направляют свои трубки прямо мне в лоб. С расстояния пары метров не промахнутся.

Но с другой стороны, хотели бы убить, уже справились бы. Что я им смогу сделать? Ну может успею пару морд набить, пока не получу иглу в мягкое место. А то и в глаз. Эта мысль меня окончательно примиряет.

Цокаю, укоризненно смотря на старичка, и беру чашку. Напиток обжигает язык, но я упрямо делаю большие глотки. Вкусы десятков трав перемешаны в этом пойле. Даже, можно сказать, приятно.

— А ничего на самом де…

Перед глазами плывёт, я заваливаюсь на бок. Тело отключается полностью, даже губы немеют и глаза не моргают. Я цепляюсь за прощающееся со мной сознание, внутренне поддерживая себя матом. Сила не отвечает.

Пытаюсь связаться с Игнатом, символы на стене вспыхивают и поглощают прощальное матерное послание.

Меня берут под руки и под ноги, куда-то тащат. Помещение растекается расплавленным воском, огни свечей устраивают бешеные пляски. Голова кружится, всё сильнее и сильнее. Вырубаюсь под монотонный бубнёж под ухом.

А говорили в жертву приносить не будут. Везде нае…

* * *

В глаза словно горячий клей залили. Открыть их — настоящий вызов. В голове раскалённые иглы, от каждого движения они дёргаются и погружаются глубже. Во рту — та же пустыня, что и снаружи.

Знавал я жёсткие похмелья, но так плохо мне ещё не было. Глаза приходится открывать пальцами, шипя от стреляющей в голове боли.

Всё ещё темно. Или уже темно? Я не понимаю, сколько тут провалялся и что снаружи, день или ночь. Тело вроде слушается, хоть и вялое, значит не долго был в отключке. Сморщенное лицо старика прямо передо мной — смеётся, тряся бородкой.

Вот так и знал, что не надо было пить…

— Что это было? — свой прокуренный голос я не узнаю.

— Как ты себя чувствуешь? — заботливо спрашивает старик.

Что? Какого хрена я его понимаю?

«Кхе, такого наивного я ещё не пробовал…» — вдруг противно и пискляво звучит в моей голове. А я понимаю, что это не ментальная связь, отчётливый голос идёт прямо изнутри.

«Ну что, белобрысый, а теперь повеселимся!» — не отстает он.

Что, лять, происходит!?

Глава 14

— Что это было? — повторяю я вопрос, игнорируя голос в башке.

Либо я сошёл с ума, либо… Другой вариант даже представлять не хочется. И если мне не показалось, что теперь я понимаю этого дедка, не слезу с него, пока не получу ответы.

«Ну попробуй, белобрысый. Старик Адапа так тебе мозги заморочит, сам не рад будешь своим вопросам, кхе-кхе». Так, я не сошёл с ума.

«А по мне так сошёл, иначе как ты тут оказался?». Я мотаю головой, отгоняя и голос, и мысли. Внутренние диалоги с неизвестным писклявым собеседником оставим на потом.

Старичок смотрит на меня очень внимательно:

— Я обучил тебя одному из самых древних языков.

«Он?! Это я тебя обучил! Вот старый хрен, постоянно все себе в заслуги записывает!».

— И на… зачем? — я хватаюсь за лоб, уйди ты.

— Поговорить, Белый волчонок.

— Откуда…

— Твой бог-волк приходил во время ритуала. Молодые боги очень любопытны и нетерпеливы, — усмехается сморчок.

Молодые? Э-э-э, я думал египетские боги самые древние…

«Ух, ты ещё и думать иногда умеешь? Ахаха». Заткнись!

Я пытаюсь вспомнить хоть что-то полезное из истории обоих миров. Но в голове мешанина. Пока я тут пытался вникнуть в пантеон, ритуалы и воззвания, остальное окончательно перепуталось.

— Вы провели ритуал изучения языка? — доходит до меня и пробивает в холодный пот.

Значит, я реально свихнулся. Всё, что я узнал про эти ритуалы — проводить такой без хорошего целителя очень опасно. Именно тем, что можно кукухой поехать. И их вообще не проводят, если о языке нет никаких знаний. Тогда точно сумасшествие.

«Точно, точно».

— Не пугайся, — он видит все мои душевные терзания на лице, я их и не скрываю. — Молодые народы не умеют правильно такие ритуалы проводить. Забыли, откуда они вообще появились и как это должно было работать. Хватают духов, без разбора, без подготовки.

— Духов? Каких ещё духов?

— Ну а ты думал, как понимание языка чужого появляется? О письме, о речи и её особенностях? Призывается дух и сливается с человеком. Чем древнее дух, и чем активнее, тем лучше происходит понимание. Но духи разные бывают. И они очень не любят, когда их к человеку привязывают.

«Ну а кому понравится в глупой башке сидеть? А, белобрысый?».

— И для чего вы поселили в моей голове психованного духа? — у меня начинает дёргаться глаз.

— Он не психованный, — старичок недовольно морщится.

— Ну не в вашей он голове орёт. Так что уж поверьте.

— Намтару, может и обладает скверным характером, но остальные от тебя бы просто избавились сразу же.

«Да я в любой момент это сделать могу!» — возмущается дух — «Щёлк! И мозги из ушей потекли. Хочешь покажу, белобрысый?».

— А чего он злобный тогда такой?

«Тебя бы дёрнули из женской душевой в тупую башку! Летал себе, никому не мешал и вот здравствуйте! И полвека не прошло, я даже толком отдохнуть не успел!».

— Успокоится, — обещает старичок. — Дай время, привыкнет. Слишком долго он по земле носился без дела. Набрался дурных привычек и слов… Но, когда подружитесь, великая польза тебе от него будет.

— И как с ним подружиться?

«О, я девок люблю! И накатить чего-нибудь крепкого. И девок!». Вот зашибись, теперь в моей голове будет жить алкаш и бабник. Я не обращаю внимание на его возмущённый вопль, хотя он отдаётся звоном в правом ухе.

— А избавиться от него как?

— Избавиться? — удивляется старик. — Никак. Только после твоей смерти дух будет свободен. Тебе придётся с ним договориться или управиться. Силы у тебя хватит, поэтому я и призвал Намтару.

— И зачем? — вздыхаю я, пока дух орёт, что знает пять тысяч способов убийств и начинает занудно их перечислять.

— Домой мы хотим вернуться. В пустыню, — старик грустнеет. — Но пока там силы хаоса, не можем. Даже древние боги не могут с ними совладать.

— А я, значит, могу? — делаю логичный и совершенно дурацкий вывод, а дух прерывается на хохот.

— И ты не можешь. Но помочь можешь. Ты можешь увидеть то, что другим не дано. Может, пока понять не можешь, но научишься. И Намтару тебе